Thursday, October 23, 2014

Шотландия - 600 000 подопытных животных в год /NAVS: animals experimented on in Scotland last year

источник: NAVS - 600k animals experimented on in Scotland last year

Более полумиллиона животных были использованы в качестве подопытного материала в лабораториях Шотландии за прошлый, 2013 год.

Под эгидой Парламентского акта, относящегося к научным опытам, или Акта о животных 1986 года (Animals /Scientific Procedures/ Act 1986), в различных болезненных экспериментах использовали 619 798 животных.

Приматы, кошки, собаки, лошади – вот лишь некоторые виды, подвергаемые болезненным тестам.

Данные по Великобритании за прошлый год достигли 4,12 миллионов – наивысшая цифра за последнее время. И это несмотря на обещание правительства сократить число опытов на животных.

В Шотландии, правда, цифра за 2013 года несколько ниже, чем за 2012 – тогда насчитывалось 623 194 подопытных животных.
Почти 80% опытов на животных в Шотландии имеют место в медицинских высших и средних учебных заведениях. По окончании экспериментов животных обычно умерщвляют.


Национальное общество против вивисекции (The National Anti-Vivisection Society, NAVS) крайне встревожено полученными цифрами.
Йан Кример (Jan Creamer), президент NAVS, заявил: «Численность животных, которых пользуют как подопытный материал в шотландских университетах, просто шокирует. Эти опыты спровоцированы, как правило, одним любопытством! А приводят к неописуемым мучениям животных. Наша обязанность – немедленно выступить против равнодушия научного и гражданского общества к данной проблеме».

Грэм Моррис (Graeme Morrice), член парламента от лейбористов, сказал: «Несмотря на некоторое сокращение числа подопытных животных, университеты Шотландии продолжают использовать в устаревших и ненужных тестах множество животных, и это не может не беспокоить. Мои избиратели крайне озабочены происходящим. Поэтому я присоединяю свой голос к требованиям NAVS: необходимы немедленные и решительные меры для полного прекращения ненадежных и устаревших опытов на животных».

По статистике, более половины всех использованных в Шотландии подопытных животных (а именно 335 116) были генетически модифицированы. Генетическая модификация – одна из основных областей экспериментов на животных. Наблюдается её стремительный рост.
Художница Сью Коу -
Ксенотрансплантация: "Мышь имеет право слушать, но не говорить".- отсюда

По данным «Национального общества против вивисекции» (NAVS), в процессе генетических модификаций животных намеренно уродуют и подвергают продолжительным мучениям в ходе многократных хирургических операций, имплантов, тестов крови и тканей, и т.п.
Животных содержат в крохотных стерильных ёмкостях.

Представители NAVS выяснили, что подопытных обезьян для опытов в Британии доставляют с Маврикия. В 2014 году команда NAVS сумела зафиксировать чудовищные сцены на ферме по разведению приматов на Маврикии: кричащие детеныши, отрываемые от матерей, избиение беременных самок, нанесение татуировок и т.п. (см. статью об этом)

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Wednesday, October 15, 2014

750 000 домашних животных убиты за одну неделю в Британии в годы войны/ Panic that drove Britain to slaughter family pets

В продолжение темы

источник: Panic that drove Britain to slaughter 750,000 family pets in one week. It's one of the war's great forgotten tragedies - now, a heartbreaking book reveals the truth

Паника подтолкнула британцев к убийству более 750 тысяч домашних животных за одну неделю.
Это одна из забытых трагедий периода Второй мировой войны.
О ней напоминает новая книга, написанная Клер Кембелл (Clare Campbell).

Автор книги, Клер Кембелл, рассказывает:

В конце 1930-х годов моя тётка Лина ежевечерне прогуливалась со своим любимым терьером Пэдди. Они приходили на железнодорожную станцию встретить мужа Лины, Эрнеста, приезжавшего вечерним поездом. Пэдди радостно подпрыгивал, приветствуя прибывшего, и все трое отправлялись домой.
Но когда в сентябре 1939 года разразилась война, Эрнест холодно сообщил Лине, что она не может оставить Пэдди – и на следующий день он забрал собаку и унес из дома. Лина никогда больше Пэдди не видела.

Этот случай кажется невообразимо жестокой реакцией на начало войны. Но Эрнест был лишь одним из многих. Подобная сцена происходила в тысячах британских домов: плачущие дети, рыдающие матери и суровые отцы, твердящие, что они совершают самое милосердное в такой ситуации.

Когда впервые зазвучал сигнал воздушной тревоги, семьи поспешно закрывали окна черными шторами, бессчетное число кошек и собак прогоняли на улицу, или сажали в мешки, чтобы швырнуть в канал, или закапывали на задворках и в переулках.

По оценкам, не менее чем три четверти миллиона любимых домашних питомцев были уничтожены в первую неделю после объявления войны.

Можно только удивляться тому, как британцы, известные своей любовью к животным, вдруг решили убить такое множество животных. На самом деле, их действия основывались на ложной идее, будто убийство домашнего питомца – патриотический и гуманный шаг.

Я столкнулась в бесконечным числом историй вроде случая тёти Лины, её мужа Эрнеста и собаки Пэдди, когда собирала материал для книги о положении «гражданских» животных в годы Второй мировой войны. [Речь идет о книге Клер Кембелл «Сумасшедшая война: Животные под обстрелом: 1939-1945» (Bonzo's War: Animals Under Fire 1939 -1945); читайте об этом здесь. – Е.К.]

Очень много написано о тех животных, которые принимали участие в боевых действиях, им даже установлен национальный мемориал в Гайд Парке. Но крайне мало известно о животных на «домашнем фронте», где владельцы с началом войны массово уничтожали своих питомцев.

И, как я выяснила, основной движущей силой в этой бойне было правительство.

Власти не только установили слежку агентов MI-5 [Британская секретная служба; отвечает за внутреннюю безопасность - Е.К.] за активистами прав животных, но и объявили массовую эвтаназию для «несущественных животных»; спонсировали секретную кампанию по разжиганию ненависти к собакам и ввели уголовную ответственность для владельцев кошек за то, что те давали своим питомцам блюдце молока.

Массовое уничтожение домашних животных в сентябре 1939 года было предсказано событиями накануне. Во время Мюнхенского кризиса в 1938 году, когда Германия оккупировала части Чехословакии, благотворительные зоозащитные организации буквально осаждались владельцами домашних животных, напуганными перспективной массированных газовых атак с воздуха на британские города. Страх состоял в том, что их животные при звуках сирен или взрывов впадут в истерику и побегут по загрязненным горчичным газом улицам.

Министерство внутренних дел формирует специальный Национальный комитет по мерам предосторожности в отношении животных во время воздушных налётов (National Air Raid Precautions Animals Committee, NARPAC), возглавленный ветеринаром на пенсии.
Эта «папочкина армия для домашних животных» обязана быстро действовать в критических ситуациях, предлагая укрытие потерявшимся или напуганным животным, излечивая раны или безболезненно умерщвляя страдающих зверей.

Накануне войны министерство внутренних дел издает брошюру, в которой указано, что домашним животным запрещен вход в бомбоубежища.

Кроме того, предлагается руководство типа «сделай сам» по умерщвлению животных. На второй странице помещалась реклама пистолета с выдвигающимся ударным стержнем с подписью: стандартный инструмент для гуманного умерщвления домашних животных.

В день, когда Гитлер вторгся в Польшу, радиостанция Би-Би-Си официально подтвердила политику правительства: домашних животных не пускать в бомбоубежища и не давать укрытия.

Результатом стала паника.

Ист-Лондонский ветеринар зафиксировал события того первого дня:
«Звучали сирены... и практически сразу же наш West Ham Town Hall был осажден толпами паникующих людей с животными, которых они принесли на уничтожение. Несмотря на наши попытки урезонить паникующую толпу, вскоре наше здание было заполонено кошками и собаками, которых люди побросали в коридорах и кабинетах».

Той ночью перепуганные животные, брошенные своими попечителями, бродили по затемненным улицам.

Последовали пять дней массового истребления животных. Одна местная контора была завалена останками собак и кошек (куча трупов в несколько футов вышиной).

Даже Лондонский зоопарк не избежал кровавого побоища. Убиты ядовитые змеи и пауки «черная вдова»; убиты морская корова (ламантин), шесть индийских фруктовых летучих мышей, семь крокодилов, мунтжак (маленьких азиатский олень), два американских аллигатора, а также двое львят. Всё это называлось «уничтожение в военных условиях».

После первых дней уровень убийств немного снизился. Но произошедшее повергло всех в шок. Многие любители животных были потрясены тем, что правительство создало подобную панику среди населения.

Нина, герцогиня Гамильтон (Nina Douglas-Hamilton, Duchess of Hamilton, 1878 – 1951), превратила свое поместье в Вилтшире (Wiltshire estate, Ferne) в приют для животных.
Возникало всё больше «зверинцев» по мере того, как добросердечные пожилые леди предлагали приют.
Животные из «живых уголков» местных школ (морские свинки, кролики) были взяты под опеку одним фермером в Бирмингеме (West Moseley, Birmingham).
«Лига в защиту собак» (The Canine Defence League, ныне Dog Trust) выкапывала и оборудовала свои бомбоубежища для собак в Кенгсингтонских садах.
Тысячи котов и кошек оказывались на улице и примыкали к колониям бездомных животных, например, в южной части Лондона (Clapham Common).

Но худшее было еще впереди.

Когда осенью 1940 года фашисты начали активно бомбить Британию, снова поднялась волна паники. Животных тысячами выбрасывали. Упоминавшийся выше ветеринар из West Ham вспоминает, что атакуемые с воздуха улицы были буквально запружены кошками.

Городские власти начали проводить массовые бойни, используя электрошок, цианид и хлороформ. Нередко происходило умерщвление более 100 животных за один раз: животных было такое количество, что истребить их могла только масштабная бойня.

Однако упомянутый выше ветеринар не расстался со своим котом Джинджером (Ginger, в переводе с английского - имбирь, или рыжик), который даже в разгар воздушных тревог проявил стойкость и преданность, «встречая меня дома каждый вечер, посреди вопиющей несправедливости сумасшедшей людской борьбы».

Одно новостное агентство писало о собаке породы колли, которая при звуках сирены «раньше всей семьи спешила в укрытие, оборудованное в частном саду, и первая возвращалась домой прямо перед тем, как небо становилось чистым».
Но тот же автор добавлял:
«Плохо обученные собаки создавали неудобства: громко лаяли и испуганно метались. Если собачий корм станет национальной проблемой, таких собак следует уничтожить первыми».

Появилась реклама транквилизаторов (успокоительных средств) для испуганных животных, а также беруши (защита ушей от шума) для собак.

Одна леди запрашивала у властей информацию о противогазах для пчел.

Для тех же, у кого не было частных бомбоубежищ, дилемма была чудовищной.
Некоторые люди предпочитали оставаться во время бомбежек дома со своими питомцами, а не прятаться в общественном убежище, куда ход животным закрыт.

Проект Mass Observation, фиксировавший реакцию простых людей на военные события, цитирует слова жителя Ист Лондона (Poplar, East London): «Жена и детишки в безопасности. Но если и я пойду с ними в убежище, то буду переживать – как там мои животные».

С течением времени более острым стал вопрос о корме для животных.
В августе 1940 года был принят «Указ о разбазаривании пищи» (Waste Of Food Order): согласно ему, кормление животных пищей, пригодной для людей, стало преступлением, наказуемым двумя годами тюрьмы.

Собачьи галеты исчезли из магазинов. Завод по производству питания для животных «Чаппи» в Беркшире, был закрыт. Животных кормили, кто чем мог.

Одну женщину, миссис Винфред Айрли (Winifred Airlie), оштрафовали на 5 фунтов за то, что она давала хлеб своей ручной белой мышке.

Но мыши были в относительной безопасности. Настоящими врагами государства стали считаться собаки.
Один чиновник в министерстве продовольствия стенографировал с заседания его решения: «Единственное решение – обеспечить сокращение численности собак».
Тайно обсуждалась политика, предписывающая, в случае ухудшения продовольственной ситуации, иметь одной семье не больше одной собаки. Правда, в силу она не вступила.

Всячески подогревались анти-собачьи настроения: «Говорите всем, донесите до общественности – они [собаки] пожирают 280 000 тонн мяса в год!»
Кампания оказалась эффективной.
Один «владелец дворняжки», опрошенный в августе 1941 года, сказал: «Тех, кто кормит своих собак, следует сажать в тюрьму за саботаж... Некоторые богатые дамочки скармливают свои псам еду, которая стала бы пиршеством для бедняка...»

Кошки тоже стали мишенью министерства продовольствия, его анти-кошачьи выпады стали известны журналистам: «Слишком многие из семи миллионов кошек в этой стране раскормлены, им дают порции мяса и рыбы, которые стали бы обедом для неимущего человека».
Повсюду распространялась информация: кошки потребляют 40 миллионов галлонов молока в год.
Канцлер обдумывал введение налога на кошек.

Но ничто не могло отпугнуть самых преданных спасателей кошек.
Общество защиты животных (Animal Defence Society) сообщало о «бедной пожилой женщине, жившей в крохотной комнате... заполненной котами и кошками, которых она спасала. Такие люди отдавали свой последний сухарь своим собакам и кошкам».

Правительство пошло на небольшую уступку: кошек разрешили держать тем, кому требовалась ловля крыс и мышей по бытовым условиям (например, владельцам крупных складов).
Также указывалось: «Хотя запрещено давать кошкам жидкое молоко, но небольшое количество испорченного молочного порошка можно давать кошкам, занятым в работе национальной важности». Иными словами — кошкам, которые ловят мышей в промышленных зонах и на предприятиях.

Собакам подобных уступок не делалось. Но, начиная с 1942 года, если семья не могла прокормить свою домашнюю собаку, её можно было отдать на службу в армии, на полный рацион. Правда, многие владельцы собак боялись, что их питомец не узнает их по возвращении.

В 1949 году немецкая овчарка по кличке Брут демобилизовалась из армии, вернулась в графство Лестершир и после трех лет военной службы встретилась на железнодорожной станции со своим хозяином. К смятению хозяина, Брут его не признал. Они пошли домой, словно чужие. Зато когда Брут вошел в двери и услышал голос своей хозяйки, он тут же стал радостно прыгать. Казалось, будто он никогда и не уезжал. Брут стал другом и соратником в играх для двух детей семьи – причем младший родился, когда пёс служил в армии.

История Брута – счастливая история пса, который выжил.
Но мы не должны забывать сотни тысяч собак и кошек, которые были безжалостно истреблены паникующими людьми и чиновниками в те черные дни Второй мировой войны.

Из комментариев к статье:
Люди такого сорта, те, кто выбрасывает или усыпляет своих животных, и сейчас живут среди нас.
Они покупают собаку, живя в съемной квартире; потом оказывается, что квартировладелец против.
Или из-за полного рабочего дня собака становится слишком большой обузой...
Они держат кошку или собаку, потом появляется ребенок, второй, начинаются «аллергии» - и от животного избавляются.
Они бросают некогда ласкаемого питомца, потому что «этот дом выставлен на продажу, надо переезжать».
Между тем есть люди вроде меня – те, которые не расстаются с домашним питомцем ни при каких условиях, потому что он – моя СЕМЬЯ!

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Малоизвестная история о массовом убийстве домашних животных в годы Второй мировой войны/ little-told story of the massive WWII pet cull

источник: The little-told story of the massive WWII pet cull
By Alison Feeney-Hart - BBC News Magazine


В начале Второй мировой войны распространенная правительством инструкция привела к массовому истреблению домашних питомцев в Великобритании. Более 750 тысяч животных были убиты всего за одну неделю.
Этот малообсуждаемый факт истории стал темой новой книги.

Убийства британских собак и кошек стали результатом кампании по распространению общественной информации, вызвавшей чрезвычайную реакцию со стороны встревоженных британцев.

Летом 1939 года, прямо перед началом войны, был сформирован Национальный комитет по мерам предосторожности в отношении животных во время воздушных налётов (National Air Raid Precautions Animals Committee, NARPAC).
Им была составлена инструкция: «Совет владельцам животных» (Advice to Animal Owners).

В ней говорилось: «Если есть возможность, отошлите или отвезите ваших животных в деревню на случай чрезвычайного положения». Завершалась инструкция словами: «Если у вас нет возможности передать животное попечению деревенских жителей, наиболее милосердной мерой будет уничтожение такого животного».

Инструкция была напечатана практически в каждой газете, а также объявлена по радио Би-Би-Си.
Это было «начало трагедии национального масштаба», говорит Клер Кембелл (Clare Campbell), автор новой книги «Сумасшедшая война: Животные под обстрелом: 1939-1945» (Bonzo's War: Animals Under Fire 1939 -1945).
Клер Кембелл вспоминает о своем дяде: «Вскоре после вторжение немцев в Польшу по радио объявили о возможной нехватке продуктов питания. Мой дядя заявил, что их собаку Падди следует на другой же день уничтожить».

После объявления войны 3 сентября 1939 года, владельцы домашних животных ринулись в ветеринарные клиники и приюты для животных.

Историк Хильда Кин (Hilda Kean) рассказывает:
«Британские зоозащитные организации, такие как PDSA, RSPCA, а также ветеринарные врачи – все были против убийства животных. Кроме того, поражало число людей, которые с началом войны стали подбрасывать своих животных им на порог».

«Баттерсийский дом собак и кошек» (Battersea Dogs and Cats Home; лондонский центр для бездомных собак и кошек, по названию района, где он находится) открылся в 1860 году и пережил обе войны. Его представитель рассказал:
«С началом войны к нам обращалось очень много людей с просьбой усыпить их животных: либо потому, что они уходили воевать, либо из-за бомбежек, либо потому, что не могли прокормить своих питомцев. «Баттерсийский дом» отговаривал владельцев животных от подобных радикальных мер. Наш тогдашний руководитель Эдвард Хили-Татт (Edward Healey-Tutt) письменно призывал людей не совершать столь поспешных и необдуманных действий».

Но Клер Кембелл приводит слова Артура Мосса (Arthur Moss) из RSPCA, который мрачно предрек, что «главной нашей работой станет истребление животных».

В первые дни войны клиники и бесплатные диспансеры PDSA были запружены людьми, приносившими своих домашних животных на усыпление. Основательница PDSA Мария Дикин (Maria Dickin) вспоминала:
«Наши техники, которые были призваны выполнять эту мрачную работу, никогда не забывали и не забудут трагедию тех дней».

В прессе начали появляться некрологи: «В память о нашей милой Лоле, которую усыпили 4 сентября 1939 года, чтобы спасти от страданий военного времени. Она прожила короткую, но счастливую жизнь: 2 года, 12 недель. Прости нас, наш маленький друг», — говорится в одном из таких сообщений в журнале Tail-Wagger Magazine.

Первые бомбежки Лондона в сентябре 1940 [то есть усыплять животных их предусмотрительные владельцы начали ЗА ГОД до первых бомбежек! - Е.К.] заставили еще большее число владельцев животных поторопиться с их уничтожением.

Многие люди были в панике. Но были и такие, кто пытался сохранять и распространять спокойствие.
«Усыпление ваших домашних питомцев – трагедия, это страшное решение. Не делайте этого, пока это не станет абсолютной необходимостью», — призывала Сьюзен Дей (Susan Day) в издании Daily Mirror.

Но инструкция, посеянная правительством, дала мощные всходы.

«Людям прямо сказали убить их животных. И они это делали. Они истребили более 750 тысяч животных всего за одну неделю. Это настоящая трагедия, подлинное несчастье», — отмечает Кристи Кембелл (Christy Campbell), соавторша книги Клер Кембелл.

Историк Хильда Кин говорит, что это был один из факторов, обозначавший приход войны: «Слыша новость о начале войны, люди поступают одинаково и следуют правилам: эвакуируй детей, вешай затемнение, убивай кота».

(на фото: спасенную собаку несут в «Баттерсийский дом собак и кошек»)

Самой страшной угрозой для животных оказались не бомбы, но отсутствие пищи: кошек и собак было нечем кормить.

Но были и такие люди, которые находили выход. Полин Кэтон (Pauline Caton), которой в то время было 5 лет, вспоминает, что «они с семьей стояли в очередях на черном рынке, чтобы купить конского мяса и накормить их домашнюю кошку».
А «Баттерсийский дом собак и кошек», несмотря на то, что там оставалось всего четверо сотрудников, сумел прокормить и сохранить в годы войны 145 тысяч собак.

В самый разгар хаотического истребления животных были те, кто отчаянно пытался помешать этому.
Герцогиня Гамильтон, богатая и любившая кошек, поспешила из Шотландии в Лондон, чтобы выступить по радио Би-Би-Си с обращением к народу: «Собакам и кошкам срочно нужен дом в деревне, в противном случае эти животные умрут от голода или будут убиты».

Историк Хильда Кин рассказывает: «У герцогини были средства, и она основала приют для животных». «Приютом» было отапливаемое помещение аэродрома в Ферне (Ferne).
Герцогиня отправила свою прислугу спасать животных в лондонском Ист-Энде. Сотни и сотни животных были перевезены в её дом в St John's Wood. Герцогиня принесла извинения своим соседям за собачий лай, который им приходилось слушать.

Но в те времена неуверенности большинство людей склонялись к наихудшему сценарию.
«Все боялись бомбежек и голода, люди считали неприемлемой «роскошью» держать животных в военное время», — объясняет Пип Додд (Pip Dodd), куратор Музея национальной армии. —
«Ветеринарный корпус королевской армии (Royal Army Veterinary Corps) и RSPCA пытались предотвратить убийства животных, тем более что собаки требовались для службы на фронте».

Учитывая невообразимые страдания, перенесенные за годы войны людьми, наверное, можно понять, почему такое масштабное истребление домашних животных остается малоизвестным.

Историк Хильда Кин считает, что этот эпизод истории остается неизвестным потому, что его тяжело рассказывать:
«Мало кто знает о гибели такого огромного числа домашних животных. Это малоприятная история, она не укладывается в традиционное представление о британцах, как о любителях животных. Людям не нравится думать, что при первом признаке начала войны мы все бежим, торопясь усыпить любимую кошечку».

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/



Читайте также: 750 000 домашних животных убиты за одну неделю в Британии в годы войны

Tuesday, October 14, 2014

За последние 40 лет с планеты исчезла половина живой природы/ Earth has lost half of its wildlife

источник: Earth has lost half of its wildlife in the past 40 years, says WWF

На фото: кучи мусора, сваленные в тундре за городом Иллулиссат (llulissat, остров Гренландия, принадлежит Дании) составляют разительный контраст айсбергам (на заднем плане) во фьордах Sermeq Kujullaq или llulissat Ice (объект Всемирного наследия ЮНЕСКО).

По данным новейших исследований, число диких животных на Земле сократилось за последние 40 лет вдвое. Ученые «Всемирного фонда дикой природы» (WWF) и Лондонского зоологического общества (Zoological Society of London, ZSL) выяснили: идет истребление биологических видов на земле, в реках и океанах: люди убивают в пищу животных в количествах, делающих популяции не подлежащими восстановлению, одновременно загрязняя или уничтожая ареалы обитания живых существ.

Профессор Кен Норрис (Ken Norris), научный руководитель Лондонского зоологического общества: «Если бы на следующей неделе умерла половина животных в зоопарке Лондона, это стало бы новостью номер один и об этом трубили бы все издания. Но то же самое происходит в глобальном масштабе на планете. Этот колоссальный урон для животных и природы не неизбежен; он – результат выбранного человечеством образа жизни. Для жизни и благополучия человека природа, обеспечивающая нас пищей, чистой водой и воздухом, имеет первостепенное значение».

«Мы уже потеряли половину популяции животного мира. Мы знаем, что причиной тому – безудержное человеческое потребительство. Это – призыв к оружию, мы обязаны действовать немедленно. Более обширные площади должны быть защищены от застройки, разработок и вырубки лесов; пища и энергия должны производиться устойчивыми методами, без причинения вреда окружающей среде», – говорит научный руководитель «Всемирного фонда дикой природы» Майк Барратт (Mike Barratt).

Резкое сокращение числа животных, рыб и птиц было высчитано на основе анализа 10 тысяч различных популяций, в итоге включившем более 3 тысяч видов. Затем эти данные, впервые в истории, были использованы для создания среднестатистического «Индекса живой планеты» (Living Planet Index, LPI), отразившего состояние всех 45 тысяч известных позвоночных.


«Все слышали об FTSE-100 [ведущий индекс Британской фондовой биржи/ лондонский биржевой индекс - Е.К.]. Но основополагающий показатель, тенденцию к падению видов и экосистем планеты, мы упускаем. Если мы сумеем правильно отреагировать на происходящее, мы сможем обеспечить безопасную и устойчивую жизнь в будущем», – подчеркнул профессор Джонатан Бейли (Jonathan Baillie), руководитель программ по охране природы Лондонского зоологического общества. – «В противном случае чрезмерное использование и перерасход природных ресурсов неизбежно приведет к конфликтам».
Он отметил также, что «Индекс живой планеты» (LPI) – очень надежный показатель, принятый согласованной с ООН Конвенцией о биологическом разнообразии (Convention on Biological Diversity) в качестве ключевого понимания биоразнообразия.

Второй показатель в новом отчете «Живая планета» рассчитывает «экологический отпечаток» человечества (humanity’s “ecological footprint”), то есть шкалу использования природных ресурсов.
В настоящее время популяция людей на планете
вырубает деревья быстрее, чем вырастают новые;
вылавливает рыбу быстрее, чем численность успевает восстановиться;
выкачивает воду из рек и водоносных слоёв быстрее, чем дождевая вода успевает их восполнить;
производит больше углекислого газа (способствующего повышению температуры на планете), чем могут поглотить океаны и леса.


Чемпионы в нанесении «экологических отпечатков»: Кувейт, Катар, ОАЭ.

Отчет делает вывод: сегодняшний средний уровень потребления на планете таков, что потребуется полторы Земли для его поддержания. Данные по странам отличаются: например, для поддержания американского уровня потребления требуется четыре планеты Земля; для Великобритании – две с половиной.

Самое быстрое сокращение популяций животных наблюдается в пресноводных экосистемах: здесь с 1970 года число сократилось на 75%.
«Реки – основа экосистем. Всё, что происходит на поверхности почвы, в итоге оказывается в реках. Например, в Индии ежегодно десятки миллиардов тонн промышленных и прочих отходов сливаются в Ганг», – говорит Дейв Тикнер (Dave Tickner), главный советник «Всемирного фонда природы» по пресноводным запасам.

Наравне с загрязнением, пресноводным системам наносят вред плотины и растущий водоотвод.
По всему миру расположено более 45 тысяч крупных плотин (высотой в 15 или более метров). Дейв Тикнер отмечает: «Плотины буквально разрезают реки на тысячи кусков, что препятствует естественному течению речных вод. За последнее столетие население выросло в четыре раза, а потребление воды – в семь раз. Жизнь становится всё более иссушенной».

Однако наряду с исчезновением на территории США пресноводных видов (таких, как европейский угорь и американская саламандра), наблюдаются случаи восстановления популяций, например, выдры были на грани вымирания в Англии, но благодаря природоохранным мероприятиям в настоящее время эти животные обитают в каждом графстве.

С 1970 года число животных, обитающих на суше, сократилось на 40%. От лесных слонов в центральной Африке, которых истребляют браконьеры в масштабах, превышающих уровень рождаемости слонов, до белобровых гиббонов в Бангладеш и европейских змей (например, луговые и асписовые гадюки), уничтожение ареалов обитания разрушает популяции животных. Но опять-таки: интенсивные природоохранные меры могут повернуть упадок вспять и помочь восстановлению популяций, как это было с тиграми в Непале.

Морские млекопитающие тоже в среднем сократились численно на 40 %, особенно пострадали популяции черепах. Охота, разрушение ареалов гнездования, гибель животных запутавшихся в рыболовецких сетяхчисленность черепах сократилась на 80%.

Популяции отдельных видов птиц также понесли огромный ущерб. Численность серых куропаток в Великобритании снизилась на 50% с 1970 года, из-за интенсивного сельского хозяйства. В Австралии популяция краснозобиков (Calidris ferruginea) за 20 лет сократилась на 80% (по данным на 2005 год).

Наибольший урон численности животных наносится в низкодоходных, развивающихся странах, тогда как природоохранные усилия в богатых странах приносят в целом незначительные улучшения. Но следует отметить, что крупный урон дикой природе и животным в богатых странах был нанесен гораздо раньше 1970 года, этой отправной точки нового отчета. Так, последний волк в Великобритании был убит в 1680 году.

Кроме того, импорт продуктов питания и прочих товаров, произведенных в развивающихся странах при уничтожении ареалов обитания животных, означает, что именно богатые нации становятся причиной упадка дикой природы в развивающихся странах. Например, треть всех товаров, произведенных в результате вырубки лесов (древесина, говядина и соя) экспортировалась между 1990 и 2008 годами в страны Евросоюза.

Девид Нассбаум (David Nussbaum), исполнительный директор «Всемирного фонда природы» Великобритании говорит:
«Масштаб зафиксированного в данном отчете уничтожения природы должен стать сигналом тревоги для всех нас. 2015 год, когда страны мира планируют собраться и принять новое соглашение по проблемам климата, а также список мер и целей по устойчивому развитию, дают нам уникальный шанс обратить вспять тревожные тенденции.
Все – политики, бизнесмены, простые граждане – должны быть заинтересованы и ответственны за защиту того, что жизненно важно для каждого из нас: здоровое будущее для людей и природы».

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Monday, October 13, 2014

по поводу якобы бессмысленных запретов в заповедниках/ Igor Shpilenok - forest reserves

источник
Игорь Шпиленок, декабрь 2010

Сколько раз мне приходилось выслушивать возмущения людей по поводу якобы бессмысленных запретов в заповедниках. Мол, почему нельзя туристам ходить всюду где им захочется, почему нельзя собирать грибы-ягоды. Вот и вчера некоторые комментаторы удивились, что нельзя из заповедника сброшенные рога лосей и оленей выносить для украшения домашнего интерьера... Мол, все равно пропадет добро...

В каждом подобном запрете есть экологический смысл. Так и с рогами. Ведь не скапливаются в дикой природе горы сброшенных рогов, куда-то исчезают, значит они кому-то нужны? Редко удается найти целые сброшенные рога, обычно они уже обглоданы, как лосиные на верхнем снимке или дикого северного оленя на нижнем. Обратите внимание на вытоптанную вокруг лосиного рога на берегу ручья траву - видно, что лесные обитатели приходят сюда постоянно.

Дело в том, что рог - ценный источник дефицитных в природе минеральных веществ. Я своими глазами видел, как грызут рога полевки, белки, медведи. Кто еще? Задал я этот вопрос В. И. Мосолову, заместителю директора Кроноцкого заповедника по науке, который тридцать лет занимается изучением копытных животных и накопил о них большое количество наблюдений. Вот его ответ: «Сброшенные рога грызут и сами олени, и суслики, и полевки. Все-таки это чаще делают растительноядные животные, которым не хватает минеральных веществ. Хищники в этом отношении более обеспечены минеральными веществами за счет поедания мяса. Ну, с медведем по весне понятно, он тоже страдает дефицитом минеральных веществ!»

Часто мы мало знаем о тонких механизмах и связях, которые вечная природа отшлифовала до совершенства, и грубо ломаем и рвем их! Заповедники предназначены для сохранения природы в ее первозданности, со всеми тонкими механизмами и связями, многие из которых пока просто незнакомы нам.


Thursday, October 09, 2014

Позитив: история верности/ A tale of loyalty - cat was able to track down her elderly guardian

Замечательная история преданности и тесной связи домашних питомцев и их опекунов: пушистая серо-белая кошка сумела разыскать стою пожилую хозяйку через несколько недель после переезда последней в дом престарелых.

Несколько месяцев назад Нэнси Коуэн (Nancy Cowen) готовилась перебраться в дом престарелых в Уэсткотте, Англия. Ей пришлось проститься с любимой кошкой по кличке Клео (Cleo), которую она приютила восемь лет назад.
Родственники Нэнси отдали кошку на попечение соседей, но у Клео определенно были другие планы.

Работники дома престарелых рассказывают, что пару недель спустя после приезда к ним Нэнси рядом с домом появилась неизвестная кошка. Она спала на скамеечках неподалеку и бродила около здания, заглядывая в окна. Сотрудники решили, что кошка бездомная. Она была симпатичной и дружелюбной, её стали подкармливать.

Однажды старушка Нэнси увидела кошку и отметила разительное сходство с Клео, которую ей пришлось оставить: «Только у моей кошки почти не было хвостика». Оказалось, что и у бродившей рядом с домом престарелых кошки нет хвоста. Тогда все убедились, что это и есть Клео.
Сотрудники были изумлены тем, что кошке удалось разыскать хозяйку. Клео явно понимала, что Нэнси находится в этом доме, просто сначала никто не догадывался, что это кошка одной из пансионерок. Как именно удалось Клео разыскать хозяйку, осталось загадкой: дом престарелых расположен далеко от бывшего места жительства Нэнси, кошка не могла просто идти следом.

К счастью, сотрудники дома престарелых не намерены препятствовать воссоединению Клео и Нэнси. Кошке позволили остаться в доме, тем более что она ни на минуту не отходит от Нэнси.

«В мире происходит так много печальных историй. Но история Клео и Нэнси такая чудесная. Мы все просто счастливы», - говорят сотрудники дома престарелых.

источник

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Sunday, October 05, 2014

35 000 моржей вышли на побережье Аляски из-за отсутствия льда/ Walruses Crowd Alaskan Shores as Sea Ice Fails to Form

источники: 35,000 Walruses Crowd Alaskan Shores as Sea Ice Fails to Form; 2

Это тревожный сигнал, свидетельствующий о росте глобального потепления, говорят специалисты Геологической службы США.

Для жизненного цикла моржей морской лед имеет основополагающее значение. Взрослые особи ныряют и питаются на ледяных платформах, а самки здесь приносят потомство и выращивают детенышей. Лед важен для спасения от хищников, избежания истощения: на льду моржи близко в пище, но защищены от врагов.

С сегодняшнего дня, по данным американских ученых, проводящих замеры толщины ледового покрова, лед, необходимый для выживания моржей, исчез.
«На Чукотском море ледового покрова нет, он полностью исчез. Это невероятно», — говорит Энтони Фишбах (Anthony Fischbach), биолог, участник геологической программы исследования моржей на Аляске.

В прошлые годы моржи отплывали на север, когда льды таяли, и возвращались на юг после формирования ледяного покрова. Но в 2007 году лед не сформировался, и моржам пришлось искать пристанище на побережье Аляски.

Хотя зрелище это стóит увидеть (моржи довольно комичны со своими морщинами и крупными бивнями), для животных оно таит опасность. Аномальное скопление означает быстрое распространение заболеваний, иссякание запасов пищи, близость хищников (бурые и полярные медведи), а также риск быть затоптанными в паническом бегстве (моржи крайне пугливые животные, даже при отдаленном появлении хищников или людей они суматошно кидаются в воду).

Маргарет Уильямс (Margaret Williams), руководитель арктической программы Всемирного фонда дикой природы (World Wildlife Fund) рассказывает: «Они напоминают гигантское стадо свиней. В нормальных условиях моржи равномерно распространяются по плоской поверхности. Теряя льдистый ареал обитания, они вынуждены выходить на доступную поверхность (песчаные пляжи, например), где скапливаются в огромном количестве. При малейшей опасности и паническом бегстве это грозит большим числом смертей из-за давки, особенно для молодняка».

Аномальные выходы моржей на поверхность имеют губительные последствия прежде всего для самок и детенышей. Им трудно добывать пищу, поскольку приходится проплывать всё бóльшие расстояния в её поисках.

Что можно сделать, чтобы спасти этих животных? К сожалению, мало что: биологи и прочие специалисты в Арктике могут лишь подсчитывать урон, наносимый популяции глобальным потеплением.
Представители Службы охраны рыбных ресурсов и диких животных США (U.S. Fish and Wildlife Service) предложили внести тихоокеанского моржа в список животных, которым грозит исчезновение, а также запретили самолетам летать на высоте ниже двух тысяч футов над отдаленными побережьями Аляски. Это требование связано с тем, что сейчас на прибрежных территориях моржи выводят свое потомство.

* * *
Крупнейшее в истории лежбище моржей/ Biggest Walrus Gathering Recorded as Sea Ice Shrinks

На побережье северной Аляски наблюдается крупнейшее в истории стадо самок и детенышей тихоокеанского моржа: более 35 тысяч особей.
(справа - выход на берег Аляски около 1.500 моржей, 23 сентября; слева - число животных увеличилось до около 35.000, 27 сентября)

Скептически настроенные относительно глобального потепления люди указывают на то, что это не первый факт крупного выхода моржей на поверхность. Но ученые утверждают, что столь многочисленное собрание моржей наблюдается впервые и вызвано таянием арктического ледникового покрова.

Впервые масштабный выход моржей на побережье был зафиксирован в 2007 году. В 2009 году было замечено около 3000 моржей на побережье; в 2011 году это число выросло до 30.000; в 2013 году сократилось до 10.000.

В мае 2014 года спутниками зафиксировано наименьшее из нормальных для этого времени года распространение ледникового покрова.
Лори Поласек (Lori Polasek), морской биолог из центра Alaska SeaLife Center, отмечает: «Будучи на Аляске воочию видишь последствия изменений климата. Из-за потепления климата мы потеряли летний арктический лёд».

Выходы моржей на поверхность – нормальное явление, добавляет биолог. Животные выходят отдохнуть и погреться на поверхности ледяного морского покрова. Самцы редко участвуют в таких «собраниях», обычно это самки, которые выходят на льды для рождения и выращивания потомства.

Эти гигантские морские обитатели – стадные животные, для которых крайне важен тактильный контакт друг с другом. В воде они плавают группами, бок о бок, а когда приходит время выйти на поверхность, следуют за вожаком. Моржи не любят отставать от своих.
Биолог Лори Поласек считает, что это крупнейшее собрание моржей останется у побережья Аляски еще от двух до четырех недель, а в воду вернется, когда начнется формирование зимнего ледяного покрова.

Климатические изменения будут иметь негативные последствия для моржей, а в особенности для тихоокеанских подвидов. В опасности оказывается молодняк – животным угрожают эпидемии и давка в случае панического бегства.
Популяция в условиях ограничения ареалов обитания восстанавливается медленно.
«Едва ли морские млекопитающие смогут адаптироваться к изменениям климата. Если льды продолжат исчезать, моржи будут вынуждены всё чаще выходить на поверхность, то есть потенциально вырастет число животных, погибших в давке в этих аномальных условиях. На определенном этапе популяция сократится до невосстановимого уровня», — говорит биолог.

Защитить стадо моржей от риска панического бегства при появлении полярных медведей или других хищников трудно, но от пугающего присутствия людей – можно и необходимо:
«Жители деревень неподалеку от лежбища моржей на побережье Аляски делают всё возможное, чтобы охранять стадо. Об охоте на животных нет и речи. Сокращено передвижение плавательных средств в этом районе. Делается всё возможное, чтобы защитить моржей от беспокойства со стороны людей», — говорит Лори Поласек.

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Sunday, September 28, 2014

Животные, экология, человек: подборка карикатур и плакатов/ eco- and social issues cartoons

- Эй, Эйнштейн, как насчет изобретения лекарства от бездушия по отношению к другим видам?

150 лет назад считалось нелепостью говорить о прекращении рабства.
100 лет назад, если бы вы предложили дать женщинам право голоса, над вами бы смеялись.
50 лет назад вызывала протест идея о предоставлении равных прав афро-американцам.
25 лет назад вас назвали бы извращенцем за выступления в защиту прав гомосексуалистов.
Сейчас над нами смеются, когда мы говорим о прекращении рабства животных.
Придет день, когда смеяться перестанут.
- Гари Смит -

См. альбом карикатур, рисунков, плакатов об экологии и социальных проблемах. Тексты с переводом на русский язык. Альбом будет пополняться.



Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Saturday, September 27, 2014

Против экспорта приматов для опытов/ stop the cruel trade and export of monkeys for research

В продолжение темы

источник

«Британский союз за отмену вивисекции» — в память о трех длиннохвостых макаках с Маврикия, которые числились номерами CM26, CM27 и CM28.

Год назад этих животных привезли в германский институт биологической кибернетики (Max Planck Institute for Biological Cybernetics). В черепа макакам хирургическим путем вживили камеры для исследований. Через три месяца мучений все три макаки были мертвы.

Пожалуйста, подпишите наше обращение к премьер-министру Маврикия с требованием остановить экспорт приматов для опытов.
Сбор подписей продолжается. Пригласите ваших друзей и родственников отдать голоса в защиту животных.

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Wednesday, September 24, 2014

Каланы (морские выдры) – фото и факты/ 9 Pictures of Sea Otters at Home

источник: 9 Pictures of Sea Otters at Home

1. Калан [морская выдра (Enhydra lutris)] – обаятельнейший зверек, пользующийся популярностью и в зоопарках, и в дикой природе.
Они плавают на спине и резвятся; они пользуются камнями для добычи мяса моллюска из раковины; перед сном они заворачиваются в водоросли, чтобы их не унесло течением.


Но были времена, когда этих зверьков массово убивали из-за их меха.
Мехоторговля, начиная с 1700-х годов, буквально уничтожала популяцию каланов, в конечном счете истребив зверьков в большинстве ареалов обитания. Некогда каланы были распространены на территории от Японии к России, через Аляску и до полуострова Нижняя Калифорния (Мексика).

Сейчас два подвида населяют прибрежную линию от Курильских островов в России, к Алеутским островам и вниз к штату Вашингтон. Третий подвид распространен вдоль побережья Калифорнии.

С 21 по 27 сентября проходит Неделя калана (sea otter week). В этот период проводятся кампании с целью обучить и проинформировать людей об этих животных, а также о том, что они нуждаются в нашей защите и помощи.

2. К началу XX века считалось, что каланы исчезли с побережья Калифорнии. Но к началу 1930-х люди могли наблюдать небольшую группку этих животных около Биг-Сур (Big Sur; малонаселенный район побережья центральной Калифорнии).

По данным подсчета популяции, вдоль берегов центральной Калифорнии обитало около 50 каланов. Именно эти животные стали исходной популяцией всех ныне живущих каланов.

3. Положение северных каланов (на фото внизу – на острове Кадьяк, у южного побережья штата Аляска) лучше, чем у животных, обитающих на юге. Отчасти это объясняется тем, что у животных в северных регионах больше простора для роста популяций.

Острова, укромные уголки и расщелины вдоль береговых линий Аляски и Британской Колумбии могут стать домом для гораздо большего числа морских выдр, чем в районе Калифорнии, где животные могут располагаться лишь к северу или югу вдоль берегов.

4. Другая причина, препятствующая росту популяции каланов в южных областях — большие белые акулы: они были основной причиной гибели каланов из калифорнийской популяции в последнее десятилетие.
На фото внизу: южный калан, ныряющий среди водорослей в районе Монтерея, штат Калифорния.

По словам ученых, акулы не едят каланов, но кусают их, проверяя на съедобность. Таких ран оказывается достаточно для гибели этих маленьких беззащитных животных.

5. Еще в 1960-е годы биологи проводили наблюдения и вели записи, согласно которым морские выдры очень часто становились жертвами укусов больших белых акул. В последнее десятилетие такие случаи значительно участились.

Возможно, одна из причин в том, что этот вид акул с 1990-х находится под защитой, и популяция у побережья Калифорнии значительно выросла.

6. Каланы – необходимая составляющая в поддержании экосистемы зарослей бурых водорослей у береговой Калифорнии.

Каланы охотятся на морских животных, включая крабов, а также контролируют численность популяции морских ежей. Без каланов разросшиеся популяции морских ежей очень скоро уничтожили бы заросли водорослей.

[Келповые леса (заросли бурых водорослей), которые бахромой окантовали северную часть Тихого океана – одна из богатейших морских экосистем на Земле. Рыбы находят здесь укрытие от хищников и рыболовов. Заросли бурых водорослей защищают береговую линию, устилая её, от штормов, а также задерживают углерод не хуже, чем тропические леса. Один из самых обаятельных обитателей келповых лесов, калан (морская выдра) – незаменимая составляющая выживания этих лесов. - см. статью]

7. На фото внизу: калан плывет к поверхности воды, держа в одной лапке обед (то есть морского ежа), а в другой – камешек. И это не для того, чтобы им бросаться.

Умные морские выдры используют камешки как инструмент для вскрытия панцирей у своей добычи. Они подбирают камешки на дне, всплывают на поверхность, плюхаются на спинку, кладут камешек на брюшко, а затем стучат по нему своей панцирной жертвой, покуда скорлупа не раскроется.

8. Мать с детенышем в заливе Кука (в Тихом океане, у южного побережья Аляски).

Последние исследования показали, что самки каланов тратят так много энергии, выкармливая своих малышей, что их собственное выживание оказывается под угрозой.
Объем затраченной выдрами-мамами энергии равен 133% от массы тела. Чтобы прокормить прожорливое потомство мать занимается добычей пищи по 14 часов в сутки!

9. Уход за телом и чистка – трудоемкое дело.
На фото: симпатичный зверек зевает.

Каланы не имеют жировой прослойки, которая помогала бы им согреться. Согревает их густой мех: снаружи – защитные, плотные и длинные шерстинки; внутренний слой – густой пушистый мех, пронизанный воздушными полостями. Эти два меховые слоя совместными силами сохраняют тепло тела животных, защищая от переохлаждения и промокания.

Нефть и прочие загрязнения уничтожают защитные свойства каланьего меха, делая зверьков жертвами переохлаждения. (см. статью)

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Tuesday, September 23, 2014

Тонущая страна Кирибати/ Greenpeace Australia Pacific

источник: Greenpeace Australia Pacific - эл. рассылка

Каким бы отдаленным и загадочным ни казался этот регион, мы знаем: то, что происходит в Арктике не остается в Арктике. Уровень моря в центральной и западной части Тихого океана поднимается быстрее, чем где-либо еще, вынуждая жителей маленьких островных государств готовиться к тому, что их смоет с карты мира.

В поездке к северу мне повезло сопровождать президента Республики Кирибати Аноте Тонг (Anote Tong). Это тихоокеанское островное государство расположено в Микронезии и Полинезии, около 7 тыс. км к северо-западу от Австралии. В результате климатических изменений страна погружается в воду и рискует быть полностью затопленной.
Президент Кирибати много лет добивается от международного сообщества принятия шагов по решению проблемы климатических изменений. Он подчеркивает: «Если ничего не сделать, Кирибати станет первым затонувшим государством. К 2030 году начнется наше исчезновение. Это вопрос выживания. Известно, что уровень моря уже поднялся почти на метр. Если не действовать сейчас, нам не выжить».

Но Арктике угрожает не только потепление климата, но и жадные до наживы корпорации: Shell, BP, Exxon, Газпром, Роснефть и другие. Они буквально строятся в очередь в нетерпении начать эксплуатировать регион, добывая нефть. Однако не существует эффективных способов очистки разлившейся нефти в Арктике, и в случае аварии последствия будут катастрофическими для планеты.

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Monday, September 22, 2014

Крупнейший марш против изменений климата/ People’s Climate Mobilization


В воскресенье, 21 сентября 2014 года, на улицы городов мира вышло множество людей – больше, чем когда-либо в истории. От Нью-Йорка до Рио, от Лондона до Дели – люди объединились, чтобы потребовать принятия срочных мер для борьбы с глобальным потеплением.

Многотысячные демонстрации прошли в различных городах Европы.
На фото: актриса Эмма Томпсон с дочерью на марше в Лондоне

В Австралии тысячи людей вышли на улицы крупнейших городов с требованием сократить выбросы парниковых газов в атмосферу.
Жители континента уже наблюдают пагубные влияния климатических изменений, и опасаются, что потепление приведет к новым засухам, пожарам и бурям. В Мельбурне выразить свою позицию пришли около 20 тысяч человек. Они призвали австралийского премьер-министра Тони Эбботта приложить больше усилий для борьбы с глобальным потеплением.
(Хотите узнать, что нам готовит глобальное потепление климата? Просто посетите Австралию, где реки пересыхают, коралловые рифы гибнут, а на континенте бушуют лесные пожары и наводнения. - читайте статью)

В Нью-Йорке на улицы вышли около 310 тысяч человек, среди них — генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун и актер Леонардо Ди Каприо, который несколько дней назад стал посланником мира ООН по вопросам климата.

На фото: участники марша в Нью-Йорке. Приматолог Джейн Гудолл рядом с генеральным секретарем ООН Пан Ги Мун

— Наши дети будут жить на этой планете. У нас нет «плана Б», потому что у нас нет «планеты Б», — отметил генеральный секретарь ООН.

Организаторы демонстрации заявили, что такое значительное число участников необходимо для того, чтобы проблема изменений климата из вопроса о защите окружающей среды стала делом, затрагивающим каждого жителя планеты.

На фото: актер Леонардо ди Каприо на марше в Нью-Йорке

Граждане стран, в которых ведется добыча ископаемого топлива, в этот день прошли по улицам вместе с жителями стран, где это топливо сжигается. Тысячи рабочих, люди, готовые к созданию системы экологически чистой, возобновляемой энергии, вышли на демонстрацию вместе с коренным населением стран, где также борются с проблемами изменения климата.


Во вторник, 23 сентября 2014 года, пройдет однодневный саммит по вопросам изменения климата в рамках Генассамблеи ООН. Мировые лидеры из 125 стран соберутся в Нью-Йорке для обсуждения проблем, связанных с климатическими изменениями на планете.
Участники маршей требуют от политиков действий, а не слов – на кону будущее нашей планеты.


Мы просим вас уделить минуту вашего времени, чтобы продемонстрировать солидарность и обеспокоенность проблемой климатических изменений на Земле. Мы мобилизуем свои силы в соответствии с требованиями науки, справедливости и здравого смысла.


Мы планируем передать наше обращение высшему руководству ООН во время саммита во вторник. Если вы поддерживаете требования сотен тысяч жителей планеты, которые участвовали в марше, вы можете присоединиться к нам и подписать наше обращение:
act.350.org/letter/ready-for-action/

источник: эл. рассылка 350.org

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Sunday, September 21, 2014

Милан Кундера о животных / Animals in Milan Kundera's books

источник

Из книги «Вальс на прощание»:

Мужчина прокричал внутрь автобуса какую-то команду, и из двери вышел еще один старик, на рукаве которого была такая же красная повязка, а в руке длинный трехметровый шест с проволочной петлей на конце. Следом за ним выпрыгнули и другие мужчины и выстроились в ряд перед автобусом. Все это были пожилые люди, на рукавах у всех были красные повязки, и все они держали в руках длинные шесты с проволочной петлей на конце.
Мужчина, который выпрыгнул из машины первым, был без шеста, он отдавал команды, а пожилые господа, точно дружина странных копьеносцев, всякий раз вытягивались по стойке «смирно». Затем мужчина выкрикнул еще одну команду, и отряд стариков бросился в парк. Там они разбежались в разные стороны: кто по дороге, а кто прямиком по газонам. В парке прогуливались курортники, бегали дети, но сейчас все замерли на месте и с удивлением глядели на стариков, кинувшихся в атаку с занесенными шестами.
Ружена также очнулась от сковывавших ее мыслей и стала наблюдать за тем, что происходит. В одном из стариков она узнала отца и смотрела на него с неудовольствием, хотя и без удивления.
У березы посреди газона носилась дворняжка. Один из стариков бросился к ней, и она, остановившись, недоуменно уставилась на него. Старик вытянул вперед шест, пытаясь накинуть на ее голову проволочную петлю. Но шест был длинным, старческие руки слабыми, и ему никак не удавалось поймать собаку. Проволочная петля неуверенно качалась над головой дворняжки, и та с любопытством следила за ней.
На помощь старику с другой стороны подбежал еще один, у которого руки были сильнее, и дворняжка в конце концов оказалась в проволочном ошейнике.
Старик дернул шестом, проволока впилась в мохнатую шею, и собака завыла.
Оба пенсионера рассмеялись и потащили ее по газону к припаркованным машинам. Открыв большую дверь фургона, из которого вы­рвалась мощная волна собачьего лая, старики забросили туда дворняжку.

…На песчаной дорожке стоял мальчик лет одиннадцати и отчаянно звал свою собачку, забредшую в кустарник. Однако вместо собаки к мальчику подбежал с шестом отец Ружены. Мальчик мгновенно умолк. Он уже боялся позвать собаку, понимая, что старик с шестом поймает ее. Мальчик побежал по дорожке дальше, чтобы спастись от старика, но тот бросился следом. Сейчас они бежали рядком. Руженин отец с шестом и мальчик, всхлипывавший на бегу. Потом мальчик повернул и побежал вспять. Отец Ружены тоже повернул. И они снова побежали рядком.
Затем из кустарника вынырнула такса. Отец Ружены протянул к ней шест, но песик увернулся и бросился к мальчику. Он поднял его и прижал к груди. Но на помощь отцу Ружены прибежали другие старики и вырвали таксу из объятий мальчика. Мальчик плакал, кричал, отбивался от стариков, но они скрутили ему руки и зажали рот, так как его крики привлекали внимание прохожих — те оглядывались, но боялись вмешаться.

(фото via World Animal Protection)

…Якуб всегда приходил в ужас от того, что такие зрители безоглядно готовы придержать для палача жертву. Ибо палач с течением времени стал по-соседски близкой фигурой, тогда как от преследуемого попахивает чем-то аристократическим. Душа толпы, которая когда-то, возможно, отождествлялась с преследуемым убогим, теперь отождествляется с убогостью преследователей. Ибо охота на человека в нашем веке стала охотой на привилегированных: на тех, кто читает книги или имеет собаку.

Дойдя до конца парка, она заметила Якуба. <…> Лицо этого человека ей не нравилось. ...И этот человек вдруг сказал (она наблюдала за ним лишь краешком глаза) ласковым, спокойным голосом:
— Поди сюда... ну поди ко мне...
В первую минуту она не поняла, почему он зовет ее. Смутила ласковость в его голосе, и она не знала, как ему ответить. Но, оглянувшись, увидела, что за ней идет толстый боксер с человечьей уродливой мордой.
Голос Якуба приманил собаку. Якуб взял ее за ошейник:
— Пойдем со мной, не то тебе не сдобровать.
Пёс поднял к Якубу доверчивую морду — из пасти высовывался язык, трепеща как веселый флажок.

<…>...К Якубу из парка ринулись два старика с шестами. Она [Ружена] смотрела на это со злорадством и, сама того не сознавая, приняла сторону стариков.
Якуб повел собаку за ошейник к входу в здание, а старик кричал:
— Немедленно отпустите собаку!
И второй старик: — Именем закона!
Не обращая внимания на стариков, Якуб продолжал идти, но один шест сзади скользнул вдоль его тела, и над головой боксера неуверенно закачалась проволочная петля. Якуб схватил конец шеста и отбросил его в сторону.
Тут же подбежал третий старик и крикнул: — Это нарушение официального указа! Я вызову полицию!
А второй старик высоким голосом вопил:
Он бегал по парку! Он бегал по детской площадке! Беззаконие! Он ссал детям на песок! Кто вам дороже: дети или собаки?

<…> Боксер с любопытством похаживал по комнате, ничуть не подозревая, какой избежал опасности. Якуб лег на диван и стал думать, как быть с ним. Пёс нравился ему, был добрым и веселым. Беззаботность, с какой он в течение нескольких минут освоился в чужой комнате и подружился с чужим человеком, была даже сомнительной и граничила с глупостью. Обнюхав все углы комнаты, боксер вскочил к Якубу на диван и улегся рядом. Якуб удивился такому проявлению дружбы, но принял его беспрекословно. Он положил руку собаке на спину и стал наслаждаться теплом звериного тела. Он всегда любил собак. Они были близкими, привязчивыми, преданными и при этом совершенно непонятными. Человек никогда не узнает, чтó по сути творится в голове и в сердце этих доверчивых и веселых посланцев чужой и непостижимой для него природы.
Он потрепал пса по спине и вспомнил сцену, свидетелем которой был минуту назад. Старики с длинными шестами сливались в его сознании с тюремными надзирателями, следователями и доносчиками, приглядывающими за тем, не заводит ли сосед в магазине политические разговоры. Что толкало людей к их прискорбной деятельности? Злоба? Бесспорно, но и жажда порядка.

*
Ее беда не в том, что дети злые, а в том, что она оказалась за пределами их мира. Человек не возмущается тем, что на бойнях забивают телят.
Телята вне человеческого закона, так же как и Тамина вне закона детей.
«Книга смеха и забвения»

*
Из книги «Бессмертие»:

Будучи слабее других, она постоянно подвергалась унижениям. ...Человек, оказавшийся вне мира, нечувствителен к боли мира. Единственное событие, что ненадолго вырвало ее из страдания, была болезнь и смерть ее пёсика. Соседка возмущалась: людям не сочувствует, а над собакой плачет. Она плакала над собакой, потому что собака была частью ее мира, а отнюдь не соседка; собака отзывалась на ее голос, а люди — нет.

<…> Ты думаешь, что лань испытывает в пасти тигра меньший ужас, чем испытала бы ты? Люди выдумали, что звери не способны так же страдать, как человек, а иначе им трудно было бы смириться с сознанием, что они окружены природой, которая не что иное, как убийство, сплошное убийство.
(фото из фб)

*
Из книги «Неведение»:

Врачами становятся из интереса к болезням. Ветеринарами становятся из любви к животным.

...Потом она осознаёт, что видит не только собственное, туманно отраженное лицо, но и витрину мясной лавки: висящая туша, отрубленные ляжки, свиная голова с трогательным, дружеским рылом, а дальше, в глубине лавки, ощипанные тушки домашних птиц, с их поднятыми лапками, поднятыми беспомощно, по-человечески, и внезапно ужас пронизывает ее, лицо искажается, она представляет себе топор, топор мясника...

...Со времени пребывания в горной больнице мясо напоминает ей, что ее тело может быть так же разрезано и съедено, как и тело теленка. Разумеется, люди не едят человечины, это ужаснуло бы их. Но этот ужас только подтверждает, что человек может быть съеден, разжеван, проглочен, превращен в экскременты. И Милада знает, что ужас быть съеденным всего лишь следствие другого, более всеохватного ужаса, лежащего в недрах всей жизни: ужас быть телом, существовать в форме тела...
(Фото via World Animal Protection)

*
Из книги «Невыносимая легкость бытия»:

Каренин не одобрял переезда в Швейцарию. Каренин ненавидел перемены. Собачье время не движется по прямой, все дальше и дальше вперед, от одного события к другому. Оно совершается по кругу, подобно времени часовых стрелок, что также не бегут безрассудно куда-то вперед, а вращаются по циферблату, изо дня в день по той же дорожке. Стоило им в Праге купить новый стул или передвинуть вазон, как Каренин тотчас отмечал это с неудовольствием. Это нарушало его чувство времени. Это было, как если бы они дурачили стрелки, без конца изменяя цифры на циферблате.
И все-таки вскоре ему удалось и в цюрихской квартире восстановить старые порядки и ритуалы. Так же, как и в Праге, он вспрыгивал к ним поутру на кровать поздороваться, а затем сопровождал Терезу в магазин за покупками и требовал, как и в Праге, регулярных прогулок.
Он был курантами их жизни. В минуты безнадежности она говорила себе, что должна выдержать хотя бы ради него, поскольку он еще слабей, чем она, пожалуй, еще слабее, чем Дубчек и ее покинутая родина.

<…> Каренин потащил ее за собой; она послушно пошла. И только тогда заметила над мерзлой землей пустой грядки черную головку вороны с большим клювом. Головка без тела слегка двигалась, а из клюва изредка вырывался печальный, хриплый звук.
Каренин был так растревожен, что выронил рогалик. Опасаясь, как бы он не причинил вреда вороне, Тереза привязала его к дереву. Затем опустилась на колени и попыталась раскопать утоптанную вокруг заживо погребенной птицы землю. Нелегко было. Она до крови сломала ноготь.
В эту минуту неподалеку от нее упал камень. Она обернулась и заметила за углом дома двух мальчиков лет девяти-десяти. Она встала. Увидев ее движение и собаку у дерева, мальчики убежали.
Она снова опустилась на колени и снова стала разгребать землю, пока наконец не вытащила ворону из ее могилы. Но птица была хромая: не могла ни ходить, ни взлететь. Тереза завернула ее в красную косынку, повязанную на шее, и прижала к себе левой рукой; правой — отвязала от дерева Каренина. Ей пришлось употребить немало сил, чтобы усмирить его и заставить идти рядом.
В дверь она позвонила, не имея возможности найти в кармане ключ: обе руки были заняты. Томаш открыл. Она отдала ему поводок с Карениным и, проговорив только: «Подержи его!», понесла ворону в ванную. Положила ее на пол под умывальник. Ворона билась, но не могла сдвинуться с места. Из нее текла какая-то густая желтая жидкость. Тереза постелила под умывальником старые тряпки, чтобы она не стыла на холодном кафеле. Птица отчаянно махала сломанным крылом, и ее клюв укоризной торчал вверх.
Она сидела на краю ванны и не могла отвести глаз от умирающей птицы. В ее сиротской покинутости она видела образ собственной доли и не раз повторяла: во всем мире у меня нет никого, кроме Томаша.
Вскорости ворона уже не двигала крыльями и лишь время от времени вздрагивала пораненной, сломанной лапкой. Терезе не хотелось покидать ее, словно она бодрствовала у постели умирающей сестры. Наконец она все-таки вышла в кухню, чтобы наскоро пообедать.
Когда вернулась, ворона была мертва.

...как обычно, она вернулась утром домой с молоком, и когда он открыл дверь, она стояла и прижимала к груди ворону, завернутую в красную косынку. Так в охапке держат цыганки своих детей. Он никогда не забудет этого: огромный, печальный клюв вороны возле ее лица.
Она нашла ее зарытой в землю. Так когда-то поступали казаки с пленными недругами. «Это сделали дети», — сказала она, и в этой фразе была не только простая констатация, но и неожиданная брезгливость к людям. Он вспомнил, как недавно она сказала ему: «Я становлюсь благодарной тебе, что ты никогда не хотел иметь детей».

...Томаш был за рулем, Тереза рядом с ним, а Каренин, сидя сзади, то и дело тянулся к ним и лизал им уши. Уехать прочь от детей, зарывающих живьем в землю ворон, прочь от сексотов, прочь от девиц, вооруженных зонтиками. Она хотела сказать ему, что хорошо бы им уехать в деревню. Что это единственная спасительная дорога.

<…> Особенно подружились они с председателем кооператива. У него была жена, четверо детей и свинья, которую он муштровал, точно собаку. Свинью звали Мефисто, и была она гордостью и забавой всей деревни.
Чистенькая и розовая, она выполняла команды хозяина и ходила на своих копытцах, словно толстозадая женщина на высоких каблуках.
Увидев Мефисто впервые, Каренин взбудоражился, долго вертелся вокруг нес и обнюхивал. Но вскоре подружился с ней и предпочитал ее деревенским псам, которые ничего, кроме его презрения, не заслуживали: привязанные у своих будок, они лаяли глупо, непрестанно и без всякого повода. Каренин по достоинству оценил такое редкостное существо, и я не ошибусь, если скажу, что своей дружбой со свиньей весьма дорожил.

<…> В начале книги Бытия сказано, что Бог сотворил человека, дабы дать ему власть над птицами, рыбами и всякими животными, пресмыкающимися по земле. Конечно, Бытие написал человек, а вовсе не лошадь. Нет никакой уверенности, что Бог действительно дал человеку власть над другими созданиями. Скорее, похоже на то, что человек выдумал Бога, чтобы власть над коровой и лошадью, узурпированную им, превратить в дело священное. Да, право убить оленя или корову — единственное, на чем братски сходится все человечество даже в период самых кровавых войн.
И право это представляется нам естественным лишь по той причине, что на вершине иерархии находимся мы. Но достаточно было бы вступить в игру кому-то третьему, допустим, гостю с иной планеты, чей Бог сказал бы: «Ты будешь владычествовать над тварями всех остальных планет», как вся бесспорность «Бытия» стала бы сразу сомнительной. Человек, запряженный в повозку марсианином или запеченный на вертеле существами с Млечного Пути, возможно, и вспомнил бы тогда о телячьей отбивной, которую привык резать на тарелке, и принес бы корове свои (запоздалые!) извинения.

<…> ...Дорóгой они встречают соседку, в резиновых сапогах поспешающую в коровник. Соседка останавливается: «Что это ваш пёсик? Вроде хромает!» Тереза говорит: «У него рак. Он обречен», — и чувствует, как сжимается горло и нет сил говорить.
Соседка, видя Терезины слезы, чуть ли не возмущается: «Господи, не хватает вам только реветь из-за пса!» Говорит она это беззлобно, она добрая женщина, просто хочет по-своему утешить Терезу. Тереза знает это, впрочем, она здесь, в деревне, уже довольно давно, чтобы понять: люби крестьяне каждого кролика так, как она любит Каренина, они ни одного не смогли бы забить и вскорости умерли бы с голоду вместе со своими животными. И все-таки ей кажется, слова соседки звучат недружелюбно. «Я понимаю», — говорит она покорно, но быстро поворачивается к ней спиной и продолжает путь. В своей любви к собаке она чувствует себя одинокой. С печальной улыбкой она говорит себе, что должна скрывать ее больше, чем скрывала бы измену. Любовь к собаке возмущает людей. Узнай соседка, что Тереза неверна Томашу, она в знак тайного согласия разве что весело шлепнула бы ее по спине.

...Итак, идет Тереза дальше со своими телочками, что трутся друг о друга боками, и думает о том, какие это премилые животные. Спокойные, бесхитростные, подчас ребячливо веселые, они похожи на толстых пятидесятилетних баб, которые делают вид, что им четырнадцать. Нет ничего трогательнее, чем коровы, когда они играют. Тереза смотрит на них с симпатией и говорит себе (эта мысль уже в течение двух лет неотступно к ней возвращается), что человечество паразитирует на коровах, как солитер на человеке: оно присосалось к их вымени, слово пиявки. Человек — паразит коровы, так бы определил человека в своем учебнике зоологии нечеловек.
Конечно, это определение мы можем считать простой шуткой и принять его со снисходительной улыбкой. Но когда Тереза серьезно задумывается над ним, почва уходит у нее из-под ног: ее мысли становятся опасными и отдаляют ее от человечества. Уже в «Бытии» сказано, что Бог дал человеку власть над животными, но мы можем понять это и так, что Он лишь вверил их его попечению. Человек был не собственником планеты, а всего только ее управителем, которому однажды придется отвечать за свое управление. Декарт сделал решительный шаг вперед: он понимает человека как «господина и хозяина природы». Но явно есть некая глубокая зависимость между этим шагом и тем фактом, что именно он окончательно отказал животным в душе: человек — господин и хозяин, тогда как животное, по утверждению Декарта, не более чем автомат, оживленная машина, machina animata. Если животное стонет, это не стон, а скрип плохо работающего механизма. Когда колесо телеги скрипит, это не значит, что телега страдает, а значит, что она просто не смазана. Точно так мы должны воспринимать и плач животного и не огорчаться из-за собаки, когда в виварии ее заживо потрошат.

<…> Телочки пасутся на лугу, Тереза сидит на пеньке, а Каренин жмется к ней, положив голову на ее колени. И Тереза вспоминает, как однажды, лет десять назад, она прочла в газете коротенькое (в две строчки) сообщение о том, что в одном русском городе перестреляли всех собак. Это сообщение, неприметное и на вид незначительное, заставило ее впервые содрогнуться перед этой слишком большой соседней страной.
Это сообщение было предвестием всего, что пришло потом. В первые годы после русского вторжения еще нельзя было говорить о терроре. Поскольку практически весь народ противостоял оккупационному режиму, русским должно было среди чехов найти какие-то исключения и продвинуть их к власти. Но где искать таких людей, когда вера в коммунизм и любовь к России были мертвы? Искали среди тех, кто жаждал за что-то мстить жизни. Их агрессивность нужно было взращивать, объединять и удерживать в боевой готовности. И поначалу — направить на цель временную. Такой целью оказались животные.
Газеты стали тогда печатать целые циклы статей и организовывать письма читателей. В них требовали, например, истребить в городах голубей. И голуби таки были истреблены. Но главный удар был направлен против собак. Люди еще не пришли в себя после катастрофы оккупации, а газеты, радио и телевидение уже не трубили ни о чем другом, кроме как о собаках: они пакостят тротуары и парки и тем угрожают здоровью детей, проку от них никакого, а кормить изволь... Такой начался психоз, что Тереза стала тревожиться, как бы науськанный сброд не отыгрался на Каренине. Накопленная (и на животных отточенная) злоба лишь позже ударила по своей истинной цели: по людям. Пошли увольнения с работы, аресты, судебные процессы. Животные наконец смогли вздохнуть с облегчением.

Тереза все время гладит Каренина по голове, тихо покоящейся на ее коленях. И про себя говорит, пожалуй, так:
Нет никакой заслуги в том, чтобы хорошо относиться к другому человеку. Тереза должна быть порядочной по отношению к односельчанам, а иначе она не могла бы и жить в деревне. И даже к Томашу она обязана относиться любовно, потому как Томаш ей нужен. Нам никогда не удастся установить с полной уверенностью, насколько наше отношение к другим людям является результатом наших чувств — любви, неприязни, добросердечности или злобы — и насколько оно предопределено равновесием сил между нами и ими.
Истинная доброта человека во всей ее чистоте и свободе может проявиться лишь по отношению к тому, кто не обладает никакой силой. Подлинное нравственное испытание человечества, то наиглавнейшее испытание (спрятанное так глубоко, что ускользает от нашего взора) коренится в его отношении к тем, кто отдан ему во власть: к животным. И здесь человек терпит полный крах, настолько полный, что именно из него вытекают и все остальные.

(фото из фб)
Одна из телок приблизилась к Терезе, остановилась и долго смотрела на нее большими коричневыми глазами. Тереза знала ее и называла Маркетой. Тереза с радостью дала бы имена всем своим телкам, но не могла. Их было слишком много. Когда-то давно, а точнее, сорок лет назад у всех коров в этой деревне были имена. (А поскольку имя есть знак души, могу сказать, что, вопреки Декарту, душа у них была.) Но потом деревни превратили в большие кооперативные фабрики, и коровы проживали уже всю свою жизнь на двух метрах коровника. С тех пор у них нет имен, и они стали machinae animatae. Мир согласился с Декартом.

У меня все время перед глазами Тереза: она сидит на пеньке, гладит Каренина по голове и думает о крахе человечества. В эту минуту вспоминается мне другая картина. Ницше выходит из своего отеля в Турине и видит перед собой лошадь и кучера, который бьет ее кнутом. Ницше приближается к лошади, на глазах у кучера обнимает ее за шею и плачет.
Это произошло в 1889 году, когда Ницше тоже был уже далек от мира людей. Иными словами: как раз тогда проявился его душевный недуг. Но именно поэтому, мне думается, его жест носит далеко идущий смысл. Ницше пришел попросить у лошади прощения за Декарта. Его помешательство (то есть разлад с человечеством) началось в ту самую минуту, когда он заплакал над лошадью.
И это тот Ницше, которого я люблю так же, как люблю Терезу, на чьих коленях покоится голова смертельно больного пса. Я вижу их рядом: оба сходят с дороги, по которой человечество, «господин и хозяин природы», маршем шествует вперед.

<…> Воспитанные на мифологии Ветхого Завета, мы могли бы сказать, что идиллия есть образ, который сохранился в нас как воспоминание о Рае:
Жизнь в Раю не походила на бег по прямой, что ведет нас в неведомое, она не была приключением. Она двигалась по кругу среди знакомых вещей. Ее однообразие было не скукой, а счастьем.
Покуда человек жил в деревне, на природе, окруженный домашними животными, в объятиях времен года и их повторения, с ним постоянно оставался хотя бы отблеск этой райской идиллии. Поэтому Тереза, встретившись в курортном городе с председателем кооператива, вдруг увидела перед глазами образ деревни (деревни, в какой никогда не жила и какую не знала) и была очарована. Было так, как если бы она смотрела назад, в направлении Рая.
Адам в Раю, наклонившись над источником, не знал еще, что то, что он видит, он сам. Он не понимал бы Терезы, когда она еще девушкой, стоя перед зеркалом, старалась разглядеть сквозь тело свою душу. Адам был как Каренин. Тереза часто забавлялась тем, что подводила пса к зеркалу. Он не узнавал своего отражения и относился к нему с полным безразличием и невниманием.
Сравнение Каренина с Адамом приводит меня к мысли, что в Раю человек не был еще человеком. Точнее сказать: человек не был еще выброшен на дорогу человека. Мы же давно выброшены на нее и летим сквозь пустоту времени, совершаемого по прямой. Но в нас постоянно присутствует тонкая нить, которая связывает нас с далеким мглистым Раем, где Адам склоняется над источником, и, нисколько не похожий на Нарцисса, не осознает даже, что это бледное желтое пятно, появившееся на водной глади, и есть он сам. Тоска по Раю — это мечта человека не быть человеком.
Еще ребенком, натыкаясь на материны вкладыши, запачканные менструальной кровью, Тереза всегда испытывала отвращение и ненавидела мать за то, что ей не хватало стыда скрывать их. Но у Каренина, который на самом деле был сукой, тоже случалась менструация. Она приходила раз в полгода и продолжалась две недели. Чтобы он не пачкал квартиру, Тереза клала ему между ног большой кусок ваты и надевала старые трусы, ловко привязывая их длинной лентой к телу. И все эти две недели она не переставала смеяться над его экипировкой.
Отчего же получалось, что менструация собаки вызывала в ней веселую нежность, тогда как собственная менструация была ей омерзительна? Ответ представляется мне несложным: собака никогда не была изгнана из Рая. Каренин ничего не знал о дуализме тела и души, как и не знал, что такое омерзение.
Поэтому Терезе с ним так хорошо и спокойно. (И поэтому так опасно превратить животное в machina animata, а корову в автомат для производства молока: 
Человек таким образом перерезает нить, которая связывала его с Раем, и в его полете сквозь пустоту времени уже ничто не в состоянии будет ни остановить его, ни утешить.)
Из туманной путаницы этих идей возникает кощунственная мысль, от какой Тереза не может избавиться:
Любовь, которая соединяет ее с Карениным, лучше, чем та, что существует между нею и Томашем. Лучше, отнюдь не больше. Тереза не хочет обвинять ни Томаша, ни себя, не хочет утверждать, что они могли бы любить друг друга больше. Скорее, ей кажется, человеческие пары созданы так, что их любовь a priori худшего сорта, чем может быть (по крайней мере в ее лучших примерах) любовь между человеком и собакой, это, вероятно, не запланированное Создателем чудачество в человеческой истории.
Такая любовь бескорыстна: Тереза от Каренина ничего не хочет. Даже ответной любви от него не требует. Она никогда не задавалась вопросами, которые мучат человеческие пары: он любит меня? любил ли он кого-нибудь больше меня? он больше меня любит, чем я его? Возможно, все эти вопросы, которые обращают к любви, измеряют ее, изучают, проверяют, допытывают, чуть ли не в зачатке и убивают ее. Возможно, мы не способны любить именно потому, что жаждем быть любимыми, то есть хотим чего-то (любви) от другого, вместо того чтобы отдавать ему себя без всякой корысти, довольствуясь лишь его присутствием.
И вот что: Тереза приняла Каренина таким, каким он был, она не хотела переделывать его по своему подобию, она наперед согласилась с его собачьим миром, она не пыталась отнять его у него, не ревновала его к каким-то тайным уловкам. Она воспитывала его не для того, чтобы переделать (как муж хочет переделать жену, а жена — мужа), а лишь для того, чтобы обучить его элементарному языку, который позволил бы им понимать друг друга и вместе жить.
И еще одно: любовь к собаке — чувство добровольное, никто не принуждает Терезу любить Каренина.
(фото из фб)
Но самое главное:
Ни один человек не может принести другому дар идиллии. Это под силу только животному, благо оно не было изгнано из Рая. Любовь между человеком и собакой — идиллическая любовь. В ней нет конфликтов, душераздирающих сцен, в ней нет развития. Каренин окружил Терезу и Томаша своей жизнью, основанной на повторении, и ожидал от них того же.
Если бы Каренин был человеком, а не собакой, он наверняка давно бы сказал Терезе: «Послушай, мне уже надоело каждый день носить во рту рогалик. Не можешь ли ты придумать для меня чего-нибудь новенького?» В этой фразе заключено всяческое осуждение человека. Человеческое время не обращается по кругу, а бежит по прямой вперед. И в этом причина, по которой человек не может быть счастлив, ибо счастье есть жажда повторения.
Да, счастье — жажда повторения, говорит себе Тереза. Когда председатель кооператива отправляется после работы прогулять своего Мефисто и встречает Терезу, он никогда не упускает случая сказать: «Тереза, почему он не появился в моей жизни раньше? Мы бы вместе за девчатами бегали! Какая ж бабенка устоит перед двумя хряками!» Он выдрессировал своего кабанчика так, что после этих слов тот начинал хрюкать. Тереза смеялась, хотя уже за минуту до этого знала, что скажет председатель. Шутка в повторении не утрачивала своего очарования. Напротив. В контексте идиллии даже юмор подчинен сладкому закону повторения.

<…> У собаки по сравнению с людьми нет особых преимуществ, но одно из них стóит многого: эвтаназия в ее случае законом не возбраняется; животное имеет право на милосердную смерть. Каренин ходил на трех ногах и все больше и больше времени проводил в закутке. Стонал. Супруги, Тереза и Томаш, были заодно в том, что нельзя заставлять его понапрасну страдать. Однако, соглашаясь с этим в принципе, они не могли избавиться от томительной неуверенности: как отгадать мгновение, когда страдание уже излишне? Как определить минуту, когда жить уже не имеет смысла?
Не был бы хоть Томаш врачом! Тогда можно было бы спрятаться за кого-то третьего. Можно было бы пойти к ветеринару и попросить его сделать собаке инъекцию.
Как это страшно — взять на себя роль смерти! Томаш долго настаивал на Том, что сам он никакой инъекции делать Каренину не станет, а позовет ветеринара. Но потом вдруг понял, что может предоставить псу привилегию, которая не доступна ни одному человеку: смерть придет к нему в образе тех, кого он любил.
Каренин стонал всю ночь. Утром, ощупав его, Томаш сказал Терезе: — Ждать больше не будем.
Было утро, вскоре оба должны были уйти из дому. Тереза вошла в комнату посмотреть на Каренина. До сих пор он лежал безучастно (даже не обращая внимания на то, что Томаш осматривал его ногу), но сейчас, услышав, что открывается дверь, поднял голову и посмотрел на Терезу.
Она не могла вынести этот взгляд, чуть ли не испугалась его. Так Каренин никогда не смотрел на Томаша, так он смотрел только на нее. Но никогда с таким напряжением, как на этот раз. Это не был отчаянный или грустный взгляд, нет. Это был взгляд страшной, невыносимой доверчивости. Этот взгляд выражал собою жадный вопрос. Всю жизнь Каренин ждал Терезиного ответа и сейчас сообщал ей (гораздо настойчивее, чем когда-либо), что он по-прежнему готов узнать от нее правду. (Все, что исходит от Терезы, для него — правда: и когда она говорит ему «садись!» или «ложись!» — это тоже правды, с которыми он полностью соглашается, и которые дают его жизни смысл.)
Этот взгляд ужасной доверчивости был совсем коротким. Минутой позже он снова положил голову на лапы. Тереза знала, что вот так на нее уже никто не посмотрит.

Томаш появился только через полчаса. Он молча прошел прямо в кухню и стал готовить инъекцию. Когда он вошел в комнату, Тереза уже стояла, а Каренин с трудом поднимался с полу. Увидев Томаша, он слегка вильнул хвостом.
— Посмотри, сказала Тереза, — он все еще улыбается!
Она сказала эту фразу с мольбой, словно хотела ею еще попросить о небольшой оттяжке, но не настаивала на этом.
Тереза медленно постелила на тахте простыню. Простыня была белая, усеянная маленькими лиловыми цветочками. Впрочем, все уже было у нее подготовлено и продумано, словно смерть Каренина она представляла себе за много дней наперед. (Ах, как это ужасно, мы, собственно, заранее мечтаем о смерти тех, кого любим!)

Тереза держала лапу Каренина, не отстраняя лица oт его головы. Она не переставала тихо разговаривать с ним, и он не думал ни о чем, кроме нее. Ему не было страшно. Он еще два раза лизнул ее в лицо. А она шептала ему:
— Не бойся, не бойся, там у тебя ничего не будет болеть, там тебе будут сниться белки и зайцы, там будут коровки, и Мефисто там будет, не бойся...


Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...