Friday, August 22, 2014

Слоновая кость: бойня во имя Господа и бизнеса/ Blood Ivory - National Geographic

Источник
Первоисточник: Blood Ivory (October 2012)

Текст: Брайан Кристи/ By Bryan Christy
фотографии: Брент Стиртон/ Photographs by Brent Stirton

Каждый год тысячи слонов гибнут, ради того чтобы из их бивней могли сделать дорогостоящие предметы культа. Можно ли остановить массовое убийство?

В январе 2012 года сто браконьеров на лошадях проникли из Чада в камерунский национальный парк Буба-Нджида и расстреляли несколько сотен слонов – целые семьи. Это – одно из самых массовых убийств слонов с 1989 года, когда был введен международный запрет на торговлю слоновой костью. Отряд, вооруженный автоматами Калашникова и ручными гранатометами, расправился со слонами по-военному четко, заставив вспомнить о бойне, произошедшей в 2006 году вблизи национального парка Закума в Чаде. Сделав свое дело, некоторые убийцы спешились, чтобы помолиться Аллаху.

С земли каждый раздувшийся слоновий труп выглядит монументом человеческой алчности. Сегодня браконьеры убивают больше слонов, чем когда-либо в последнее десятилетие, а такого количества нелегальных грузов слоновой кости не задерживали уже многие годы. С воздуха разбросанные по земле трупы тоже являют собой картину бессмысленно жестокого преступления – видно, что некоторые животные хотели спастись бегством, что матери пытались защитить детенышей, что одно перепуганное стадо в 50 голов полегло все вместе – очередные жертвы из десятков тысяч слонов, ежегодно гибнущих от рук браконьеров в Африке. А если взглянуть на место бойни с еще более высокой, исторической точки зрения, то становится ясно: ничего нового в этой чудовищной картине нет. Так было всегда, и ничего не изменилось.

Филиппины. Крестный отец

Переполненный католический собор. Монсеньор Кристобаль Гарсия, один из самых известных коллекционеров слоновой кости на Филиппинах, руководит необычным обрядом поклонения самой главной святыне страны – статуе Санто-Ниньо-де-Себу (Santo Niño de Cebu), Святое Дитя Себу. Обряд, ежегодно проводимый им на острове Себу, называется «хубо» (Hubo), от местного слова, означающего «раздевать». Несколько мальчиков-алтарников раздевают деревянную статую Христа – копию той, которую, как убеждены верующие, в 1521 году привез на остров Фернан Магеллан. Они снимают корону, красную мантию и крошечные башмачки, а потом – на удивление многослойное нижнее белье. Затем монсеньор поднимает скульптурку (алтарники прикрывают ее маленьким белым полотенцем) и окунает в несколько бочек с водой. Воду после этого объявят «святой», и собор будет целый год продавать ее в бутылках верующим.

Гарсия – полный человек с косящим взглядом и больными коленями. В 2005 году он стал героем статьи в газете Dallas Morning News и последовавшего судебного разбирательства: будучи священником собора Святого Доминика в Лос-Анджелесе, Гарсия растлил мальчика-алтарника. Однако по возвращении на Филиппины он получил сан монсеньора и стал иерархом епархии Себу – крупнейшей в этой стране (почти 4 миллиона прихожан). Гарсию знают и за пределами Себу. В 1990 году он посетил папскую летнюю резиденцию в Кастель-Гандольфо, и папа Иоанн-Павел II благословил его личную копию Санто-Ниньо. Недавно он в присутствии 400 священников и 70 епископов, включая посланника Ватикана, руководил церемонией рукоположения нового архиепископа Себу. Гарсия пользуется такой широкой известностью, что для того, чтобы найти его церковь Общества ангелов мира, достаточно было опустить стекло в машине и спросить: «Монсеньор Крис?» И первый же прохожий указал мне, как проехать к его окруженным стеной владениям.

Некоторые филиппинцы верят, что Святое Дитя, Санто-Ниньо-де-Себу, и есть сам Христос. В XVI веке испанцы объявили статую чудотворной и с ее помощью обращали в христианство местное население. Так, одна-единственная деревянная статуэтка, которая сегодня хранится на Себу за пуленепробиваемым стеклом в базилике Миноре-дель-Санто-Ниньо, стала зерном, давшим тучные всходы филиппинского католичества. Не далее как в этом году один из местных священников был вынужден сложить с себя сан после того, как сказал своим прихожанам, что и Санто-Ниньо, и изображения других святых – не более чем куски дерева и обожженной глины.
На фото: Самое крупное распятие на Филиппинах, находится в музее Манилы. Тело Христа (длиной в 80 см.) вырезано из одного слонового бивня. Распятие создано в начале 1600-х, когда испанские корабли начали распространять азиатскую резьбу по слоновой кости в Испании и Новом Свете.

«Если ты не почитаешь Санто-Ниньо, тебя нельзя назвать истинным филиппинцем, – говорит падре Висенте Лина-младший (падре Джей), директор католического музея города Малолос. – У каждого филиппинца есть свой Санто-Ниньо, даже у тех, кто живет под мостом». Из года в год в январе около 2 миллионов верующих собираются на Себу для участия в многочасовой процессии с Санто-Ниньо. Большинство из них несут маленькие копии статуи из дерева или оргстекла. Многие верят, что, чем больше денег ты тратишь на поклонение своему собственному Санто-Ниньо, тем больше тебе воздастся. Поэтому все хотят иметь статуэтку из слоновой кости.

Я пробиваюсь сквозь толпу во время мессы, которую проводит Гарсия, и, чтобы причаститься, опускаюсь перед ним на колени.
«Тело Христово», – говорит Гарсия. «Аминь», – отвечаю я и открываю рот для облатки.
После службы я говорю Гарсии, что я из National Geographic, и мы назначаем встречу, чтобы поговорить о Санто-Ниньо. Его приемная похожа на небольшой музей, главные экспонаты которого – статуи, чьи головы и кисти рук вырезаны из слоновой кости. Над столом Гарсии висит распятие, целиком вырезанное из этого же материала. Он возглавляет группу уважаемых коллекционеров, которые выставляют принадлежащие им статуи в лучших торговых центрах и отелях Себу в День Санто-Ниньо (третье воскресенье января). Когда эти люди встретились, чтобы официально зарегистрировать свое общество, один из них, юрист, в шутку воскликнул: «Можете заплатить мне за оформление бумаг слоновой костью!».


С Гарсией я решил встретиться для того, чтобы понять механизм торговли слоновой костью на Филиппинах и попытаться разузнать о том, кому могли принадлежать 4,9 тонны нелегально добытой слоновой кости, конфискованной таможенниками в Маниле в 2009 году, 7 тонн, конфискованные там же в 2005-м, и 5,5 тонны, направлявшиеся сюда, но задержанные на Тайване в 2006-м. Если считать, что на каждые 10 килограммов слоновой кости в среднем приходится один убитый слон, то получается, что эта кость представляла собой останки 1745 убитых животных.

По мнению представителей конвенции СИТЕС (CITES, Конвенция о международной торговле видами фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения), Филиппины – всего лишь перевалочный пункт для слоновой кости, направляемой в Китай. Однако возможности СИТЕС весьма ограниченны: до прошлого года конвенцию обслуживал всего один чиновник, отслеживавший ситуацию с торговлей более чем 30 тысячами видов животных и растений. И представления этого служащего о ситуации на Филиппинах сильно расходятся с мнением Хосе Ючонго, главы филиппинской таможенной службы. В 2009 году после ареста очередной крупной партии слоновой кости Ючонго заявил в интервью одной из манильских газет: «Филиппины – важный пункт для людей, занимающихся нелегальной торговлей бивнями. Возможно, потому что филиппинские католики обожают статуэтки святых, сделанные из бивней». На Себу связь между слоновой костью и церковью так сильна, что выражения «слоновая кость» и «статуя святого» обозначаются одним и тем же словом – «гаринг» (garing).

Католически-мусульманская подоплёка

«Да, слоновая кость, слоновая кость! – говорит продавщица в Галерее Савелли на площади Святого Петра в Ватикане. – Вы не ожидали увидеть ее так много, правда? По вашему лицу видно». Сейчас Ватикан не желает оставаться в стороне от общих проблем: подписал соглашения о борьбе с наркотрафиком, терроризмом и организованной преступностью. Однако от участия в конвенции СИТЕС он уклонился и потому не соблюдает запрет на торговлю слоновой костью. Если я куплю распятие из слоновой кости, объясняет продавщица, магазин передаст его на благословение ватиканскому священнику и потом перешлет мне по почте.

Мир давно нашел заменители слоновой кости, чтобы делать бильярдные шары, клавиши роялей, рукоятки щеток, но в религиозных обрядах без нее обходиться не желают. В прошлом году президент Ливана Мишель Сулейман подарил папе Бенедикту XVI кадило из слоновой кости и золота, а в 2007-м президент Филиппин Глория Макапагал-Арройо вручила ему же Санто-Ниньо из того же драгоценного материала. На Рождество 1987 года президент США Рональд Рейган и его супруга Нэнси выкупили вырезанную из бивня статуэтку Мадонны, изначально преподнесенную им в качестве государственного подарка папой Иоанном-Павлом II.

Даже президент Кении Даниэль арап Мои, первый, предложивший ввести запрет на международную торговлю слоновой костью, однажды подарил главе Ватикана слоновий бивень. Позже Мои сделал куда более значимый символический жест: разжег костер, в котором сгорело 12 тонн слоновой кости. Возможно, это был самый известный акт в истории борьбы за сохранение дикой природы...

Падре Джей ежегодно проводит в своей епархии выставки Санто-Ниньо, где представлены лучшие коллекции его прихожан. Выставка занимает двухэтажный дом на окраине Манилы. Более 200 экспонатов утопают в груде живых цветов, а вокруг льется такая нежная «Аве Мария», что я, глядя на бледные тела святых, ловлю себя на мысли: все это похоже на похороны. На Санто-Ниньо из слоновой кости – позолоченные короны, украшения из драгоценных камней, ожерелья с кристаллами Сваровски. Их глаза сделаны в Германии из стекла, раскрашенного вручную, с ресницами – из козьей шерсти. Золотые нити для облачений – настоящие, привезены из Индии.

Нередко подобными «драгсвятыми» владеют семьи с весьма скромным доходом. Верующие открывают в банках счета на имя своих святых из слоновой кости, упоминают их в завещаниях. «Я бы не стал называть это сумасбродством и расточительством, – считает падре Джей. – Это приношение Господу». Он осматривает статуэтки младенцев, украшенные перламутровыми цветами, вырезанными из раковин наутилусов. «Во всем, что касается поклонения Санто-Ниньо, перестараться нельзя. Я, будучи священником, молюсь Богу: “Господи, если все это просто глупость, положи ей конец!”» Бог, конечно, никого не остановил, а кто ж сомневается в его существовании?

«Большинство статуэток переходят в семьях из поколения в поколение, – рассказывает падре, указывая на Санто-Ниньо с голубем в руках. – Новую кость привозят из Африки, через черный ход. Это похоже на выпрямление кривой дорожки: вы покупаете слоновую кость сомнительного происхождения и превращаете ее в предмет, исполненный духовного смысла. Понимаете? – мой собеседник хихикает и понижает голос до шепота: – Вам это не напоминает скупку краденого?»

На вопрос о том, как слоновая кость попадает на Филиппины, падре Джей отвечает, что ее привозят контрабандисты-мусульмане с южного острова Минданао. И прикладывает два пальца к карману моей рубашки, намекая на взятки, которые дают контрабандисты. «Представьте, как долго добираться по морю от Африки в Европу, а потом на Филиппины? – он снова указывает на мой карман. – Пока довезешь груз до своей страны, заплатишь немало». Выходит, во имя святых даже контрабанда слоновой кости становится благочестивым деянием.


Благословение на кражу

Я не питал иллюзий относительно того, что мне удастся доказать причастность монсеньора Гарсии к незаконной деятельности. Однако когда я обмолвился, что хотел бы приобрести Санто-Ниньо из слоновой кости, его ответ изумил меня: «В США вам придется ввезти его нелегально».
«Как?»
«Заверните статуэтку в грязное нижнее белье и полейте кетчупом, чтобы казалось, будто оно перепачкано кровью. Так это обычно делают».

Гарсия назвал своих любимых мастеров-резчиков (все живут в Маниле) и рассказал, к кому обращаться за оптовыми партиями, чья жена завышает цену, кто не успевает в срок. Он дал мне телефонные номера и адреса. Если я захочу провезти в США большую статую, которая не поместится в чемодан, в Национальном музее Филиппин можно получить справку о том, что она старинная, или же попросить у резчика бумагу о том, что это подделка, или о том, что статуя была вырезана до введения международного запрета на торговлю слоновой костью. Какой бы путь я ни выбрал, Гарсия обещал мне свое благословение. «Не то что эти помешанные на животных священники, которые отказываются благословлять слоновую кость», – сказал он.

Бизнес, связанный с резьбой по слоновой кости, сосредоточен в Таюмане, одном из районов Манилы, – в руках нескольких семей, вгрызающихся в горы бивней, словно термиты.

За пять моих поездок на Филиппины я посетил все магазины, торгующие предметами культа, которые рекомендовал мне Гарсия, и не только их. Несколько раз меня спрашивали, не священник ли я. И везде кто-нибудь давал мне очередной совет, как ловчее нелегально ввезти слоновую кость в США. Хозяин одной лавочки предложил покрасить мою статуэтку легко смываемой коричневой акварелью, чтобы она выглядела как деревянная, владелец другой – сделать несколько одинаковых фигурок из затвердевшей смолы и раскрасить их, чтобы спрятать между ними оригинал. Если меня поймают, я должен буду солгать и сказать американскому таможеннику: «Это смола». Однажды, зайдя в магазин, я услышал от владелицы, что ей только что звонил монсеньор Гарсия и сказал, что, раз уж моя семья занимается похоронным бизнесом (я упомянул об этом в разговоре со священником), я мог бы провезти свежевырезанного 9-килограммового Санто-Ниньо в гробу. Я сказал, что монсеньор, видимо, изволил пошутить, но моя собеседница так не думала.

По данным крупнейшего в Маниле торговца изделиями из слоновой кости, чаще всего его товары приобретают священнослужители, баликбайаны (филиппинцы, живущие за рубежом) и местные геи. Один антиквар из Нью-Йорка и его коллега из Мехико регулярно приезжают за товаром, оптом закупая новые распятия, Мадонн и младенцев-Иисусов, чтобы нелегально провезти их в свои страны в багаже. Где бы ни жил филиппинец, объясняли мне, он сооружает алтарь Господу. И, похоже, падре Джей был прав, когда говорил о роли мусульман. Несколько манильских торговцев упоминали в разговоре, что главные их поставщики – филиппинские мусульмане, имеющие деловые связи в Африке. Мусульмане из Малайзии также включены в эту сеть. «Иногда бивни, которые они привозят, запачканы кровью и воняют», – сказала мне владелица одного магазина, картинно зажав пальцами нос.

В наши дни нелегальная торговля слоновой костью идет по древним торговым маршрутам, только быстрее – благодаря самолетам, мобильным телефонам и Интернету. Теперь я понял, почему на фотографиях с каирских рынков коптские кресты соседствуют с мусульманскими четками из слоновой кости. И недавние аресты партий слоновьих бивней на Занзибаре – населенном мусульманами острове у берегов Танзании, который столетиями был перевалочным пунктом для торговцев рабами и слоновой костью, – стали внезапно казаться зловещим признаком того, что масштабная преступная деятельность, связанная со слоновой костью, не прекратится никогда. По крайней мере одна из партий направлялась в Малайзию, где в прошлом году было задержано несколько многотонных грузов. И если СИТЕС проглядела филиппинскую торговлю слоновой костью, то не было ли упущено из виду что-нибудь еще?

Монах-Слон

Резчики по слоновой кости из Пхаюхакхири и Сурина славятся по всему Таиланду – и являются фигурантами большинства дел о незаконной торговле слоновой костью в этой стране. Для Пхаюхакхири слоновая кость значит так много, что на центральной площади городка, там, где ожидаешь увидеть фонтан, установлено четыре огромных бивня. Проведя всего несколько минут на главной улице, я понял, что где-то уже все это видел. И точно: в Таюмане, манильском районе религиозной распродажи; только здесь вместо распятий и изображений Святого Семейства – статуи буддийских монахов в натуральную величину, небольшие фигурки Будды в полиэтиленовых пакетах, браслеты и другие предметы культа, продающиеся партиями штук по десять. Рядами по обе стороны длинной улицы тянутся оптовые магазины буддийских товаров.

Я нахожу крупнейшего из здешних торговцев, господина Тхи, который носит ожерелье с амулетом и ремень с пряжкой из слоновой кости, посещаю его магазины и мастерскую, а также роскошный особняк. Господин Тхи рассказывает мне, что традиция резьбы по слоновой кости пошла в Пхаюхакхири от одного монаха, который любил вырезать амулеты. Я узнаю, что монахи дают верующим амулеты в обмен на пожертвования. Чем щедрее пожертвование, тем лучше амулет.


Круба Дхармамуни, или Монах-Слон, ранее известный как Монах-Скорпион (в его храме до сих пор стоит статуя в натуральную величину, запечатлевшая его в виде скорпиона), хочет устроить мне тур по магазинам Сурина. Когда-то в Сурине жили ловцы и погонщики слонов короля Сиама – махауты, но сегодняшние махауты, существующие на подачки от правительства – всего лишь бледные тени своих предков. Их благосостояние зависит от способности ручных животных пинать футбольный мяч или малевать кистью «автопортреты» на мольберте для увеселения туристов. У входа в туристический парк Сурина растянулась череда лавок, торгующих кольцами, браслетами и амулетами из слоновой кости.

«Слоновая кость отпугивает злых духов», – говорит мне Монах-Слон. Он одет в коричневый балахон лесного монаха, беспрерывно жует маак – жвачку с бетелем и сплевывает большие кроваво-красные сгустки. Ну и не без слоновой кости, конечно: на шее у монаха четки, символизирующие 108 человеческих страстей, а к ним подвешен кулон в форме слоновьей головы.

Слон – символ Таиланда. Одна из тайских легенд рассказывает, что белый слон с шестью бивнями вошел в правый бок царицы Майи в ту ночь, когда она зачала Сиддхартху Гаутаму, ставшего впоследствии Буддой. Монах-Слон верит, что был слоном в прошлой жизни; по его словам, у него есть 100 тысяч адептов по всему миру, хотя в его храме мне встретилось лишь несколько человек. Они преклонили перед монахом колени, принося ему пожертвования, и получили взамен обереги с его благословением.

Многие тайцы надевают порой десятки амулетов, которые должны принести им удачу и оградить от несчастий и черной магии. На огромном рынке амулетов в Бангкоке бесчисленное множество лавочек торгует тысячами маленьких талисманов из самых разных материалов – металла, пластмассы – и слоновой кости тоже. За высококачественный амулет можно выручить 100 тысяч долларов, а то и больше. Существуют выставки, журналы, книги и сайты в Интернете, посвященные коллекционированию амулетов. Амулеты висят на заднем стекле чуть ли не каждого тайского такси. Свергнутый премьер-министр Таксин Чинават уверен, что именно такой амулет спасал ему жизнь во время покушений, а командование армии Таиланда раздает талисманы пограничникам, чтобы тем не страшна была черная магия камбоджийцев.

Амулеты – главный источник дохода Монаха-Слона, и он предлагает желающим огромный выбор весьма причудливых оберегов, среди которых – изображения его самого и Будды, оправленные в пластик кусочки черепов мертвых беременных женщин, чистейшее трупное масло, земля с семи кладбищ, тигриный мех, слоновья кожа и резная слоновая кость. Дела идут настолько хорошо, что монах начал строить новый храм под названием Ват-Суанпах, план которого отчасти позаимствован у популярных «тигриных парков» Таиланда. Эти парки, как считают некоторые, служат прикрытием для незаконной торговли тиграми. Монаху-Слону пришлось столкнуться с похожими обвинениями: не так давно в одной телепередаче его обвинили в том, что он уморил голодом слона, чтобы завладеть его шкурой и бивнями. Монах, правда, утверждает, что слон умер сам, а он только похоронил его. К тому же, говорит мне Монах-Слон, когда мы ходим по магазинам Сурина, он и так может покупать столько слоновьих шкур и бивней, сколько ему нужно. До той скандальной телепередачи его магазин, сайт и поездки за рубеж приносили ему около миллиона батов (32 тысячи долларов) в месяц, теперь доходы сократились до 300 тысяч батов.


В Таиланде уцелела небольшая популяция диких слонов. Международная торговля их бивнями запрещена (см. статью; еще статью). Однако в самом Таиланде закон менее строг. Махаутам, и не только им, разрешено продавать кончики бивней домашних слонов, а также целые бивни животных, умерших естественной смертью. Международные контрабандисты пользуются этим многие годы, ввозя в страну слоновую кость из Африки и смешивая ее с местной.

Специалисты по охране дикой природы называют эту ситуацию «тайской лазейкой». Однако есть и другая лазейка, куда более широкая, и существует она в любом государстве мира. Слоновой костью, ввезенной в ту или иную страну до 1989 года, можно торговать в пределах этой страны. Поэтому любой человек, пойманный при попытке продать слоновую кость, заводит одну и ту же песню: «Она была ввезена до запрета». Поскольку перед принятием запрета никто не подсчитывал имеющиеся в мире запасы, а слоновая кость может храниться чуть не вечно, эта «дозапретная» кость будет изобиловать всегда.

В Таиланде, как и на Филиппинах, существует еще одно обстоятельство, облегчающее жизнь контрабандистам: коррупция. Недавно с местного таможенного склада исчезла тонна свежеконфискованной африканской слоновой кости. Когда я прошу разрешения посмотреть на остаток партии, таможенники отвечают отказом и пытаются уверить меня, что в краже виноваты журналисты. И только когда я говорю, что слышал другую версию происшедшего, мне рассказывают правду: главные подозреваемые – сами таможенники. На Филиппинах коррупция приобрела такие масштабы, что в 2006 году Департамент охраны природы подал в суд на руководство таможни, которая «потеряла» несколько тонн конфиската. Следующую арестованную партию прижатые к стенке таможенники передали служащим департамента, и те вскоре обнаружили, что их склад тоже ограблен: бивни были подменены идеально точными пластмассовыми копиями.

Монах-Слон на вопрос о возможности сделать амулет из ввезенной мной африканской слоновой кости просто советует мне распилить бивни, чтобы они поместились в чемодане, и разводит руки в стороны, показывая, какой длины должны быть куски. В аэропорту Бангкока меня встретит его помощник и доставит к нему. Если что-то пойдет не так, мне достаточно будет сказать, что я везу слоновую кость в его храм. Религия спасет меня от неприятностей: слоновая кость культового назначения не вызывает такого пристального внимания таможенников, как та, из которой вырезаны, к примеру, шахматные фигуры. У преступления во имя Бога всегда найдется оправдание.

Китайские фабрики по обработке слоновой кости

Неприятные звуки и запах паленой кости на пекинской костерезной фабрике напоминают о зубной клинике. По сути, она таковой и является: жужжат электродрели, вгрызаясь в бивни; на подоконниках и дверных косяках лежит толстый слой фосфатной пыли. Я чувствую эту пыль на своих зубах, пока пробираюсь среди мужчин и женщин, вырезающих статуэтки на религиозные и мифологические сюжеты: семь богов счастья, улыбающийся Будда и буддийская богиня милосердия Гуань Инь, похожая на Мадонну, – ее иногда изображают с мальчиком-младенцем на руках. Такая статуэтка – «Гуань Инь, дарующая сыновей» – популярна в Китае, где существует запрет на второго ребенка в семье. Всюду, где мне встречается слоновая кость, тут же рядом обнаруживается и религия. «Китайцы верят в понятия, которые воплощают собой эти изображения», – говорит директор фабрики «Дасинь» в Гуанчжоу.


В 1989 году 80 % обработанной слоновой кости покупали американцы, европейцы и японцы. Сегодня в центре Пекина торгуют автомобилями «мазерати», «бентли» и «феррари», рядом – магазины «Гуччи» и «Прада». Неподалеку расположен Пекинский торговый центр искусств и ремесел, на первом этаже которого стоит автомат, выдающий 24-каратные бруски золота. Если подняться по эскалатору, минуя галереи нефрита и шелка, вы увидите главный бутик слоновой кости, сияющий, словно покрытый снегом ювелирный бутик «Тиффани». Один из предметов, бросающихся мне в глаза, – статуэтка Гуань Инь с таким количеством нулей на ценнике, что мне приходится обратиться за помощью к продавщице, чтобы понять, сколько это будет в долларах. Примерно 215 тысяч.

По общему мнению, Китай – главнейший виновник в незаконной торговле слоновой костью. В последние годы эта страна имела отношение к большему количеству конфискаций крупных партий слоновой кости, чем любое другое неафриканское государство.

«Мы вовсе не думаем лишь о деньгах», – убеждает меня арт-диллер Сюэ Пин, пока мы пьем чай в его галерее буддийского искусства в гранд-отеле «Пекин». В 2007 году, когда Сюэ, в то время работник рекламного агентства, совершал паломничество из Непала в Индию по местам, связанным с жизнью Будды, ему было видение: Будда призвал его отдать свою жизнь во благо. Сюэ вернулся домой и в 2009 году основал компанию «Да Чэн Бай И» (что переводится как «Передача великого наследия»), задача которой – оказывать материальную поддержку китайским мастерам пяти искусств: лаковая роспись, резьба по лаку, фарфор, танка (роспись по шелку) и резьба по слоновой кости. Сюэ разыскал 62-летнего Ли Чунке, одного из 12 мастеров резьбы по слоновой кости, оставшихся в Китае, устроил ему мастерскую в квартале художников Пекина, снял квартиру и открыл эту великолепную галерею. Ни один из экспонатов галереи не продается. Сюэ – единственный покупатель работ мастера Ли. «Слон – добрый друг человека, – говорит Ли. – Когда слоны умирают, им хочется оставить людям что-нибудь после себя как благое деяние, чтобы быть счастливыми в следующей жизни». Ли работает со слоновой костью, чтобы почтить слона. Будучи буддистами, Ли и Сюэ питают отвращение к самой мысли об убийстве живых существ. Они рассказывают, что покупают слоновую кость у правительства, и уверены, что это бивни слонов, умерших естественной смертью.

Подобно тому как филиппинские священники проводят обряд крещения статуэток, буддийские монахи совершают ритуал под названием «кай гуан» (kai guang, «открытие света»), чтобы освятить религиозные изображения. «Слоновая кость очень дорого стоит, – говорит мне Сюэ, – и, чтобы выразить свое почтительное отношение к Будде, человек должен использовать драгоценные материалы. Если не слоновую кость, то золото. Но слоновая кость ценится выше».
То же самое говорили филиппинские католики: слоновая кость угодна Богу.

В каждом магазине и на каждой фабрике, которые я посетил в Китае, значительную долю ассортимента составляют предметы культа, сюда относятся и многие из самых дорогих изделий. Среди состоятельных покупателей – армейские офицеры, получающие в Китае большое жалование, которые дарят статуэтки вышестоящему начальству, и компании, преподносящие их другим предпринимателям и государственным чиновникам, чтобы повлиять на их решения. «Мы называем это “черным ходом”», – говорит представитель государственной Ассоциации искусств и ремесел Китая. Таким образом, слоновая кость служит для того же, для чего раньше использовались бутылки дорогого виски, с той только разницей, что, если подарок исполнит свое предназначение, обе стороны получат благословение от слоновой кости.

В одной из галерей Гуанчжоу Гэри Цзэн мне показывает фотографию 26-слойного шара из слоновой кости – «дьявольская работа». Недавно Цзэн купил два таких шара на фабрике «Дасинь» – один себе, а другой для друга-предпринимателя – и теперь приехал в этот магазин, чтобы выяснить, не переплатил ли. Мы садимся в его новый «мерседес», въезжаем в огороженный двойной стеной квартал, в котором он живет, и вскоре я уже наблюдаю, как он дает тот из шаров, что подешевле, своему трехлетнему сыну, чтобы того снял фотограф National Geographic Брент Стиртон. Шар ценой в 50 тысяч долларов займет центральное место в новом доме, который строит Цзэн, и будет «охранять жилище от дьяволов», но пока это просто очень дорогая игрушка.
Я спрашиваю Цзэна, почему молодые предприниматели вроде него покупают изделия из слоновой кости. «Это хороший способ вложения денег, – отвечает он. – Искусство».
«А думаете ли вы о слонах?» – спрашиваю я.
«Никогда».

На углу одной из самых популярных в Китае улиц, где торгуют изделиями из слоновой кости, на экране высотой с четырехэтажный дом, висящем на стене буддийского ювелирного пассажа «Хуалинь», показывают рекламу нового сногсшибательного объекта инвестиций: объем продаж буддийских ювелирных изделий и других товаров религиозного назначения в Китае достиг 15,8 миллиарда долларов и продолжает расти на 50% в год. «В Китае проживает около 200 миллионов буддистов», – сообщает бегущая строка. На двух этажах здания торгуют исключительно изделиями из слоновой кости. И дальше по улице множество галерей предлагают покупателям резную кость – частью легального происхождения, частью нет.

Индустрия слоновой кости в Китае готова к дальнейшему росту. Правительство выдало лицензии по меньшей мере 35 фабрикам и 130 розничным магазинам и поощряет введение курсов резьбы по слоновой кости в учебных заведениях – например, в Пекинском технологическом университете.

Японский эксперимент

В 1989 году, после десяти лет, в течение которых каждые десять минут погибал как минимум один слон, президент Джордж Буш-старший в одностороннем порядке запретил ввоз слоновой кости в США, в Кении сожгли 12 тонн бивней, а конвенция СИТЕС провозгласила международный запрет. Не все страны согласились соблюдать эти правила. Зимбабве, Ботсвана, Намибия, Замбия и Малави настояли на внесении в конвенцию поправок, выводивших эти государства из-под ее действия на том основании, что местные популяции слонов достаточно стабильны.
В 1997 году на конгрессе СИТЕС в столице Зимбабве Хараре президент этой страны Роберт Мугабе заявил, что слоны занимают слишком много места и выпивают слишком много воды, так что им придется платить за кров и стол своими бивнями. Зимбабве, Ботсвана и Намибия заявили, что обязуются уважать международный запрет, если им будет позволено продавать бивни, вырезанные у слонов, которые были усыплены по причине болезни или умерли естественной смертью.


Люди из СИТЕС пошли на компромисс, разрешив единовременную «экспериментальную продажу» слоновой кости этими тремя странами одному-единственному покупателю – Японии. В 1999 году Япония приобрела 55 тонн за 5 миллионов долларов, после чего почти сразу же попросила разрешение купить еще, а там и Китай выразил желание легально приобрести слоновую кость. Если президент Кении Даниэль арап Мои был отцом запрета международной торговли слоновой костью, то президент Зимбабве Роберт Мугабе стал прародителем первой пробитой в нем бреши.

Прежде чем разрешить продажу второй партии, чиновники СИТЕС захотели проверить результаты «японского эксперимента»: не пошел ли он на пользу преступности, а именно, не увеличилось ли количество слонов, гибнущих от рук браконьеров, и не возросли ли объемы контрабанды слоновой кости? Для этого были разработаны две программы: одна, чтобы подсчитать количество незаконно убитых слонов, а другая – чтобы определить объемы контрабандной торговли. Не поздно ли?

Убить слона просто (недавно браконьеры в Кении и Танзании стали применять для этой цели отравленные арбузы), а вот обнаружить труп животного – сложно, так что прошло несколько лет, прежде чем программы СИТЕС заработали. Руководство конвенции отказывается публиковать официальные оценки количества ежегодно убиваемых слонов, поскольку опасается, что любая цифра, выведенная на основании оценок численности популяций африканских слонов 2007 года и неполных данных о браконьерстве за 2012-й, «запомнится и будет считаться истиной».
И все же, по словам Кеннета Бёрнэма (Kenneth Burnham), официального статистика программы мониторинга численности незаконно убитых слонов, «весьма вероятно», что в 2011 году браконьеры убили по меньшей мере 25 000 африканских слонов.
Но можно посчитать и по-другому: если количество нелегальной слоновой кости, конфискованной в мире в прошлом году, составило, по данным СИТЕС, 31,5 тонны, то, воспользовавшись формулой Интерпола (объем задержанной контрабанды равен 10 процентам контрабанды реальной) и допустив, что на каждого слона приходится по 10 килограммов слоновой кости, получаем 31,5 тысяч мертвых слонов.
«Правда в том, – говорит Иан Дуглас-Хэмилтон из организации Save the Elephants ("Спасем слонов"), – что в прошлом году истребили десятки тысяч слонов. И цифры стремительно растут».

Измерить объем нелегальной торговли слоновой костью тоже непросто: контрабандисты не составляют отчетов о продажах. Данные СИТЕС об арестованных партиях дают точную информацию лишь о малой толике незаконной деятельности в той или иной стране. Увеличение количества конфискаций нелегальных товаров может свидетельствовать о том, что объемы контрабанды возросли, или о том, что правоохранительные службы стали лучше работать, или обо всем этом вместе. Снижение количества арестов может означать лишь то, например, что таможня берет взятки. Так, на Филиппинах торговцы слоновой костью говорили мне, что таможенники арестовывают нелегальные грузы бивней, только если кто-то вдруг не хочет откупиться. Хуже всего в этой системе мониторинга то, что она поощряет страны конфисковывать партии слоновой кости, а не выявлять организаторов контрабанды.

Вернемся к «японскому эксперименту». Провалом счел его и Китай.

В направленном в СИТЕС докладе за 2002 год утверждалось, что главной причиной роста контрабанды слоновой кости, с которой столкнулись власти страны, является именно «японский эксперимент»: китайские покупатели просто-напросто сочли, что запрет на торговлю слоновой костью отменен, и они снова могут с чистой совестью приобретать изделия из нее.

А вот по мнению Тома Милликена, директора программы мониторинга торговли слоновой костью (Elephant Trade Information System – ETIS), «японский эксперимент» сработал. «Рад отметить, что в течение пяти лет, последовавших за годом начала эксперимента, объемы незаконной торговли слоновой костью постепенно сокращались», – отметил он. Однако на самом деле Милликен не знал, сокращались эти объемы или нет, он знал только статистику конфискаций, и ничего больше. Тем не менее решение было принято, и, возможно, тот день, когда люди из СИТЕС, не имея достаточных данных, чтобы оценить последствия первой продажи, санкционировали вторую, окажется роковым для будущего африканского слона.

Кроме того, системой ETIS можно манипулировать. В своей оценке ситуации в той или иной стране она опиралась на данные не только об общей массе конфискованной слоновой кости, но и о количестве конфискаций. «Том Милликен посоветовал мне устраивать облавы на Чатучаке, одном из бангкокских рынков, где много туристов, чтобы улучшить статистику», – сказал мне один раздосадованный тайский чиновник. В 1999-м, то есть в год «японского эксперимента», Китай сообщил ETIS о семи конфискациях, затем начал рапортовать о десятках конфискаций в год, главным образом – у туристов. В последнее время счет пошел на сотни. Наконец, китайцы раскрыли данные о крупнейшей в 2011 году операции по борьбе с контрабандой: в ней участвовало 4497 человек и 1094 транспортных средства и была изъята слоновая кость… общей массой 28,8 килограмма.

Дьявол прячется в мелочах

Мэн Сяньлинь руководит китайским отделением СИТЕС и, стало быть, является высшим должностным лицом, занимающимся в Китае проблемами торговли дикими животными. Он присутствовал на официальных аукционах, проводившихся в 2008 году в южноафриканских странах. За обедом из бараньего рубца с лапшой в своем пекинском офисе он делится со мной неожиданным секретом: оказывается, на африканских аукционах не было конкуренции! Направляясь в Африку, японская делегация завернула в Пекин и сделала китайской стороне стратегическое предложение. Как известно, японцы используют главным образом высококачественные бивни среднего размера, а китайцы предпочитают большие, из которых можно вырезать крупную скульптуру, или мелкие куски для декоративных безделушек. Поэтому японцы предложили каждой стране претендовать лишь на один вид бивней, чтобы сбить цену. В результате они заплатили так мало, рассказывает мне Мэн, что один чиновник из Намибии, где состоялся первый аукцион, ездил потом за азиатскими делегациями из страны в страну, надеясь найти доказательства того, что его правительство было обмануто.

А вот в СИТЕС считают, что аукционы 2008 года прошли успешно. Они принесли 15,5 миллиона долларов, которые по большей части должны были пойти на финансирование африканских природоохранных проектов. Средняя цена за килограмм слоновой кости составила всего 147 долларов, что не сулило африканцам больших доходов, которые можно было использовать для обеспечения природоохранных проектов. Однако, с точки зрения СИТЕС, низкая цена аукционных бивней позволяла Китаю бороться с нелегальной торговлей, законно наводнив внутренний рынок дешевой слоновой костью. Это должно было нанести удар по подпольным торговцам, которые, по данным СИТЕС, платили за килограмм по 850 долларов.

Не случилось даже этого: китайское правительство повысило цены на слоновую кость. Продавая ее через филиал государственной Ассоциации искусств и ремесел, правительство потребовало с галериста Сюэ Пина 1095 долларов за килограмм (наценка – 650 процентов!) и обложила Пекинскую фабрику резьбы по слоновой кости такими налогами, что компании пришлось поднимать цену на килограмм слоновой кости высшего качества до 1168 долларов. Кроме того, страна разработала десятилетний план ограничения предложения и выпускает на рынок около 5 тонн кости в год. Китайское правительство, которое вольно решать, кому торговать слоновой костью в Поднебесной, а кому – нет, не собиралось сбивать цены, чтобы уничтожить черный рынок – оно использовало свою экономическую монополию, чтобы обыграть и подменить его. В результате, по данным международных природоохранных групп и сведениям торговцев, с которыми я общался в Китае и Гонконге, решение СИТЕС, позволившее Китаю официально закупать слоновую кость, повлекло за собой всплеск нелегальной торговли!

А цены, между тем, продолжают расти. По словам Фэн Ю Миня, директора по продажам фабрики «Дасинь», цена необработанной слоновой кости выросла по сравнению с ценами на африканских аукционах в 20 раз.

Перед началом обсуждения вопроса о слонах на конгрессе СИТЕС в августе 2011 года Китай потребовал удалить из зала представителей всех негосударственных организаций. Это было весьма резкое заявление. Среди удаленных были представители фонда «Рожденные свободными» (Born Free Foundation), Международного общества гуманности (Humane Society International), Японской федерации ассоциаций искусств и резьбы по слоновой кости, Международного сафари-клуба, а также я, как представитель Национального географического общества. Тому Милликену разрешили остаться, чтобы представить последние данные ETIS. Причиной изгнания, говорит мне Мэн Сяньлинь, был доклад Агентства природоохранных расследований – небольшой, но влиятельной общественной организации со штаб-квартирой в Лондоне, которая негласно отправила в Китай своих сотрудников китайского происхождения. Агентство утверждало, что контроль за оборотом слоновой кости в Поднебесной очень слабый, что до 90%  кости на китайском рынке имеет нелегальное происхождение, а аукционы 2008 года возродили нелегальную торговлю этим материалом. Мэн был в ярости. «Да, – сказал он, – на 80 % доклад соответствовал действительности, но они должны были сначала обратиться к нам».

Я подливаю Мэну пива, а он усмехается, вспомнив забавную историю. Однажды, когда очередной груз африканской слоновой кости прибыл в Китай, из контейнеров с одной из партий стали раздаваться странные звуки, о причине которых догадались не сразу. На аукционе в ЮАР местная слоновая кость выглядела самой лучшей и самой белой. Теперь же в некоторых бивнях открывались трещины. «Такой треск стоял!» – говорит Мэн. По его догадке, южноафриканцы, желая получить хорошие деньги за свой товар, натерли бивни отбеливателем, и теперь они трескались от обезвоживания.


На самом деле еще дороже, чем белые бивни обычного африканского слона, живущего в саванне, стоят желтые бивни его собрата поменьше, лесного слона. «Эта кость самая лучшая!» – говорит Фэн с фабрики «Дасинь», держа в руке кусок бивня лесного слона. Изделия, вырезанные из подобных бивней, распродаются так быстро, что покупателям приходится делать их на заказ. Поэтому Фэн мог показать мне лишь одну завалявшуюся на фабрике статуэтку с трещинкой – председателя Мао. А ведь лесные слоны не водятся в тех странах, у которых Китай легально покупал слоновую кость. Они живут в Центральной и Западной Африке, в том числе и в Камеруне, подвергшемся в этом году атаке браконьеров-мусульман.

Фотогалерея


Tuesday, August 19, 2014

Зоопарки Азии, Латинской Америки, Ближнего Востока/ Zoo cruelty

Не все зоопарки одинаковы. Некоторые помогают сохранять и изучать исчезающие виды животных.
Другие делают противоположное, создавая невыносимые условия для животных в неволе.
Эти фотографии сделаны в зоопарках Азии, Латинский Америки, Ближнего и Среднего Востока.
Голод, крошечные клетки, грязь, цементный пол...

Не поддерживайте жестокость.
Не посещайте зоопарки, где истязают животных.

источник


Saturday, August 16, 2014

Собачьи бега – не на жизнь, а на смерть / Greyhounds are running for their life

*greyhound - борзая (порода охотничьих собак; используется для собачьих бегов [greyhound racing]; шерсть короткая, гладкая; окрас разнообразный; ноги длинные; морда острая; высота 70-75 см)

**грейхаунд (англ. greyhound, букв. «серая борзая») — английская борзая.

Врожденная быстрота и грация собак пород борзые и грейхаунды эксплуатировались людьми ради собственной выгоды со времен древнего Египта. Этих собак веками использовали для охоты. Но в начале XX века, с приходом эры собачьих забегов, заводчики и владельцы ипподромов превратили эти породы собак в предмет продажи, в неодушевленный товар.

Собачьи бега – отлаженная состязательная индустрия, азартная игра. Собак заставляют мчаться по беговым дорожкам кругового трека, используя приманку (обычно механического «зайца»), следя, кто из них придет к финишной черте первой. Как и в случае с лошадиными забегами, здесь публика может делать ставки, надеясь сорвать куш.

В одних странах собачьи бега проводятся ради развлечения, в других (в частности, в Австралии, Ирландии, Мексике, Макао [автономная территория в составе Китайской Народной Республики. Бывшая португальская колония], Испании, Британии и США) такие забеги составляют часть индустрии азартных игр, наподобие лошадиных скачек, но гораздо менее доходную.

Современные собачьи бега берут начало из охоты с гончими псами.
Первая зафиксированная документами попытка организовать собачьи бега имела место в 1876 году неподалеку от земель Уэлш Харп Welsh Harp/ Brent Reservoir) в Хендоне (ныне северо-западный пригород Лондона с аэродромом), однако опыт был неудачным.

В виде, близком к нынешнему, с беговыми треками, расположенными по кругу или овалу, этот азартный «спорт» возник в 1912 году, когда Оуэн Патрик Смит (Owen Patrick Smith) изобрел механическую приманку с «кроликом». Смита считают «отцом-основателем» современных собачьих забегов. Его цели были гуманны и альтруистичны: прекратить убивать живых кроликов и сделать забеги собак подобием конных скачек.

В 1919 году Смит открыл первый профессиональный трек для собачьих бегов в небольшом Калифорнийском городке Эмеривилль (Emeryville, California).
Азартные соревнования привели к возникновению в 1930-е годы в США ставок на тотализаторе. [Тотализатор — один из видов заключаемых пари. На бегах и скачках на ипподроме — это счётчик, показывающий денежные ставки, сделанные на определённую лошадь/ собаку и общую сумму ставок. Тотализатором называют также бюро, принимающее ставки на лошадей и выплачивающее выигрыш, и саму игру на тотализаторе, и организацию, принимающую ставки на лошадей и выплачивающую выигрыши.]

В 1926 году подобные забеги начали проводить в Британии – этим занялся «делегат» Смита, американец Чарльз Манн (Charles Munn), в сотрудничестве с майором Лесли Лин-Диксоном (Major Leslie Lyne-Dixon) и бригадным генералом, канадцем Кричли (Critchley). Для «отца-основателя» Оуэна Патрика Смита дело приняло невыгодный оборот – Манн больше не давал о себе знать.

По образцу американской «Международной ассоциации собачьих бегов» (International Greyhound Racing Association, In.G.R.A.), Манн и Кричли основали британскую Greyhound Racing Association, и провели первое состязание на стадионе Belle Vue Stadium в Манчестере.
Азартная индустрия с успехом прижилась в Великобритании – к концу 1927 года на территории страны насчитывалось уже 40 действующих треков для собачьих бегов.

Собачьи бега стали очень популярными среди мужчин из рабочего класса. Азартное развлечение, проводящееся в черте города в вечерние часы, было самым подходящим времяпрепровождением для них. Кроме того, забегами увлеклись дельцы и патроны самых разных социальных слоев.

В 1930 году ввели возможность делать ставки (через конторы букмекеров или тотализатор) и рассчитывать на выигрыш. Это, как и в случае со скачками, стало основной приманкой для зрителей.
Наибольшей популярности и посещаемости забеги борзых достигли сразу после Второй мировой войны. Так, в 1946 году зафиксировано 34 миллиона заплативших зрителей.

В начале 1960-х годов эта индустрия начала приходить в упадок; Акт о ставках и азартных играх (Betting and Gaming Act) допустил отклонение от курса денежных ставок. Позднее популярность собачьих бегов была частично восстановлена, благодаря спонсорству, ограниченным телетрансляциям и отмене налога со ставок.

Собачьи бега: за кулисами азартной индустрии


Беги или умри

В индустрии собачьих бегов ключ к прибыли и успеху заводчиков и тренеров-дрессировщиков – наличие самых быстрых собак.
Но из более чем 20 тысяч щенков борзых или грейхаундов, которые рождаются ежегодно, лишь считанные единицы обладают качествами высокоскоростных атлетов, обещая стать победителями. Их разводят с единственной целью: участвовать в забегах и побеждать.
Множество здоровых молодых собак никогда не оказываются на беговом треке – их попросту отбраковывают и убивают.

Собаки, которые попадают на трек, вынуждены выдерживать жесткий режим изнурительных тренировок. В процессе тренировок и собственно забегов, животные подвергаются риску серьезных увечий, включая переломы лап, травмы головы, паралич.
Нередки случаи гибели собак от остановки сердца вследствие крайнего физического истощения в забегах.
Как правило, лечение ран и травм животных «неоправданно экономически», и владелец попросту убивает «вышедшую из строя» собаку.

Собачьи бега: вы делаете ставки - они умирают.

За пределами беговых треков жизнь таких собак едва ли лучше: практически всю жизнь их держат в небольших «пеналах», выпуская только на тренировки и во время забегов.
В качестве животных-компаньонов таких собак держат редко.

Зоозащитные группы, которым случается спасать беговых собак, сообщают о частых случаях голодного истощения животных – очевидно, их держат на жесткой диете, чтобы собаки были худыми, в весе, необходимом для забегов.

Video Exposes Cruelty at Tucson Greyhound Park


Лишь один из примеров чудовищной жестокости индустрии собачьих бегов.
В 2002 году в Алабаме, на территории жилья бывшего охранника ипподрома Флориды, были обнаружены останки более чем 3000 собак. Бывших охранник в течение 40 лет «отправлял ненужных животных на пенсию» при помощи винтовки 22 калибра.
Адвокат преступника заявил: «В данном случае обвинение следует предъявлять самой индустрии собачьих бегов. Это она творит такие беззакония с животными. Мучения начинаются для беговых собак с момента их рождения. А заканчиваются мучения, когда мой подзащитный пускает пулю в лоб такой собаке».

Похожий случай был раскрыт в ходе расследования под прикрытием, проведенное в Великобритании изданием «Санди Таймз» (Sunday Times). Выяснилось, что некий поставщик стройматериалов получал от тренеров-дрессировщиков здоровых собак, которые считались слишком медлительными для участия в забегах. Он убивал их монтажным пистолетом для крепежа и закапывал на участке за своим домом. Репортеры «Санди Таймз» выяснили, что на протяжении 15 лет этот человек убил более 10 000 собак.

Примеры этих кровавых боен доказывают: к собакам относятся, как к одноразовым устройствам для забегов. Заводчики разводят беговых собак с избытком, чтобы покрывать «отбраковку» негодных животных. Подручные этой индустрии регулярно убивают собак, которые получили травму, состарились, стали слишком медлительными и не приносящими прибыли их владельцам.

Несмотря на то, что собачьи бега утратили былую популярность, ежегодно продолжают убивать тысячи животных. Щенков убивают во имя «чистоты породы», «селекционного отбора», так что они даже и не попадают на трек.

Тех собак, которых сочли пригодными для забегов, обычно держат в клетках, причем почти постоянно – в намордниках. У таких собак начинаются нагноения, заражения паразитами, из-за ран и потертостей от тесных клеток и не снимаемого намордника. Недостаток подкожного жира и редкая шерсть борзых и грейхаундов делает их крайне восприимчивыми к погодным условиям и колебаниям температуры. Тем не менее, собак заставляют принимать участие в забегах в любую непогоду, как в холод, так и в самую изнурительную жару.
На треке для собачьих бегов Victory Land в Алабаме в псарне медленно умирали 23 собаки – по оценкам властей, из-за неисправной системы отопления.
Во Флориде, в парке Ebro Greyhound от голода и обезвоживания минимум 37 собак умерли на руках их тренера, который был задержан и обвинен в жестокости к животным. У собак, которых в этой псарне нашли живыми, вокруг шей была туго намотана промышленная клейкая лента.
В 2005 году в штате Западная Вирджиния в псарне погибло 73 собаки: начался пожар из-за неисправного вентилятора на потолке. А всего за пять лет до этого, в 2000 году, в псарне того же владельца более 50 собак погибли от теплового удара: не работал кондиционер.

Множество беговых собак гибнет прямо на треке. В течение 6 лет более 800 собак получили травмы в забегах на ипподроме в Массачусетсе (после этого штат запретил проведение на своей территории собачьих бегов).
На двух треках в Техасе только за 2008 год получили травмы более 340 животных, погибло 20.

Нередки случаи гибели собак в процессе их транспортировки с одного ипподрома на другой. Экономя средства, дельцы этой азартной индустрии взяли за правило перевозить по 60 борзых в одном грузовике; обычно по 2-3 собаки в одном контейнере. Пол в этой душегубке усыпают льдом, предпочитая не тратиться на кондиционер. В летний период перевозка собак по территории жарких штатов – смерть для животных.

Несколько борзых умерли в грузовике на 200-километровом маршруте из Эль Пасо, Техас, в Хуарес, Мексика. Тепловой удар стал причиной гибели еще 8 животных, которых везли из Оклахомы в Аризону. Записи показали, что владелец ни разу не остановился на пути следования, чтобы осмотреть животных и обратиться за ветеринарной помощью.

Собачьи бега: факты

Где берут собак для этой индустрии?

Ежегодно заводчики разводят десятки тысяч беговых собак – гораздо больше, чем могут вместить существующие треки. Избыточное разведение – намеренное; его подстегивает стремление «производить» собак-победителей.
Тысячи борзых и грейхаундов отбраковывают ежегодно, чтобы дать место «свежей» своре собак.

Беговая карьера собаки обычно заканчивается к возрасту в три с половиной - четыре года.

Собака может прожить до 13 и более лет, если ей посчастливится стать компаньоном для любящей семьи.
Беда в том, что индустрия собачьих бегов уничтожает животных на разных стадиях их жизни, обычно вследствие травм или утраты «бегового потенциала».

Многие собаки, больше не принося дохода своим владельцам-мучителям, оказываются под кровом зоозащитных групп, а после находят для себя любящие дома и хозяев.
Но для тысяч беговых собак реальность мрачна. Как в любом бизнесе, в индустрии собачьих бегов основной двигатель – прибыль, нажива. Как результат, «отработанных» собак уничтожают наиболее дешевыми методами, чаще всего пристреливают из ружей. Встречаются также отчеты о гибели собак от голода, заброшенности, от ударов дубинкой; иногда животных усыпляют ветеринары.

Какова повседневная реальность для беговых собак?

Беговые собаки проводят бóльшую часть своей жизни в специальных «пеналах» или огороженных отсеках. Общение с человеком сведено к минимуму. Зачастую помещение для собак не оборудовано устройствами для контроля температуры, так что животные вынуждены переносить все тяготы непогоды.

А другие виды животных подвергаются жестокому обращению в рамках индустрии собачьих бегов?

В ходе дрессировок собак, ежегодно калечат и убивают тысячи кроликов и зайцев. (Эта информация предоставлена представителями американского Гуманного сообщества HSUS, которые вели расследование нелегального импорта кроликов для этой индустрии, а также использования животных в ходе тренировок).
Один из элементов тренировки, под названием «гон» ("coursing") состоит в том, что собака гонится, терзает и в итоге убивает кролика внутри огороженного участка. Некоторые дельцы от собачьих бегов утверждают, что подобное «упражнение» стимулирует беговые качества собаки, поскольку у неё развивается «жажда крови». Но борзые и грейхаунды охотятся «вприглядку», а не ради крови – бежать побуждает их вид движущегося объекта, а не жажда крови.

В США в 16 штатах законодательно запрещено использование в собачьих бегах живой приманки. Однако контролировать выполнение этого закона очень сложно.

Экспорт

Индустрия собачьих бегов Австралии экспортирует сотни борзых и грейхаундов для поддержки и стимулирования этого азартного «развлечения» в других странах. Большинство таких собак постигнет участь их собратьев: они будут убиты после того, как «придут в негодность» для участия в забегах.
Один из крупнейших рынков сбыта экспортных беговых собак – Макао, автономная территория в составе Китайской Народной Республики. Здешний трек Канидром (Canidrome) известен тем, что никакие беговые собаки не могут оставаться в живых после окончания карьеры; их «усыновление» запрещено.

[Из статьи:
В 2011 году выяснилось, что «Канидром» убивает собак – примерно по одному животному в день.
В 2010 году на этом треке было убито 383 собаки, которых сочли «непригодными» для выступлений в забегах. Эта информация вызвала яростный протест общественности в Макао, Гонконге и других городах, после чего владельцы «Канидрома» стали тщательно скрывать число убитых собак.]

Помощь и надежда

Борзые и грейхаунды по природе спокойные, тихие и дружелюбные создания. Те, кому повезло выжить после «беговой карьеры», стали прекрасными компаньонами людям.
Приюты и группы, основанные на пожертвования и укомплектованные штатом добровольцев, делают всё возможное, чтобы спасти жизни наибольшего числа беговых собак. Такие группы работают в США, Великобритании и в странах Западной Европы.
Безусловно, их работа крайне важна.
Однако единственный способ навсегда прекратить мучения беговых собак – положить конец самой этой азартной индустрии, движимой жаждой наживы и зрелищ.

Собачьи бега потихоньку отмирают, не выдерживая конкуренции с казино; молодые азартные игроки хотят более скорых выигрышей. Издание Miami Herald сообщает, что доходы 16 действующих треков для собачьих бегов во Флориде за последние десять лет сократились от 620 до 300 миллионов долларов.
«Вашингтон Пост» (Washington Post) пишет, что «этот азартный спорт так резко пришел в упадок, что даже самые ярые его поклонники не видят надежд на возрождение».

Собачьи бега продолжают проводиться в американских штатах Алабама, Аризона, Арканзас, Флорида, Айова, Техас и Западная Вирджиния. Однако даже штаты, запретившие на своей территории собачьи бега, до сих пор могут разрешить делать ставки (по сателлиту), а также разводить беговых собак. В отчаянном стремлении вернуть собачьим бегам популярность некоторые законотворцы и лоббисты перекраивают законы об азартных играх с тем, чтобы на ипподромах разрешили установку игровых автоматов и терминалов для видеоигр.

Американская организация в защиту беговых собак GREY2KUSA борется за полный и окончательный законодательный запрет на проведение собачьих бегов.

Что можно сделать

Помогите нам, распространяя информацию о жестокости собачьих бегов среди ваших друзей и родных.

(Для США): Даже если в вашем штате закон запрещает проводить собачьи бега, там, скорее всего, есть псарни заводчиков, занимающихся разведением собак для этой индустрии, которые поставляют щенков в другие штаты.

(Для стран Евросоюза):
Напишите вашим членам парламента с призывом ввести законодательный запрет на проведение собачьих бегов.
Write to Europe's MEPs (Members of the European Parliament) and ask them to please sign 'WD 0006/2013 on putting an immediate stop to the torture and mistreatment of Greyhounds'.

источник: Greyhounds are running for their life
Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/



Благодарность за идею перевода Олесе Сваричевской.

Tuesday, August 12, 2014

Запретить жертвоприношение в Непале/ stop barbaric Khokana Festival in Nepal

В Непале ежегодно в августе проходит фестиваль Хокана (Khokana Festival).

В ходе празднования, пяти-шести месячную козочку бросают в пруд, где на неё набрасываются девять молодых людей, стремясь живьем разорвать несчастную жертву на куски.
Они кусают, рвут зубами, выламывают конечности...
Тот, кого признают убийцей козочки, считается «героем» и возглавляет последующее танцевальное шествие.

Не вполне понятно, когда именно и почему возникла эта жестокая традиция. Местные говорят, что еще в XII веке, когда в пруду стали тонуть дети, появилось подобное жертвоприношение, целью которого было умилостивить богов. Однако исторические источники свидетельствуют, что в прежние времена верующие делали подношения богам в храмах, в виде цветов и фруктов.

Группа защитников животных из непальской организации Animal Welfare Network Nepal (AWNN) пытается воспрепятствовать поведению жертвоприношения.
См. материалы группы на Фейсбуке (англ.яз.).

Подобной дикости и жестокости нет места в современном цивилизованном обществе.
Это ритуальное убийство должно быть запрещено.
Пожалуйста, подпишите наше обращение к властям Непала.

источник

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Monday, August 11, 2014

А вы знали, что.../ WSPA - Did you know?

источник: WSPA - Did you know?

Вакцинация 70% собак на отдельно взятой территории создает «иммунитет стаи» (herd immunity),
замедляя распространение бешенства до его полного уничтожения.

***
А вы знали? Свиноматка поёт своим поросятам, во время кормления.
Считают, что тем самым она сообщает своим малышам о притоке молока.

***
Слоновий хобот состоит из 100 000 различных мускулов, и используется слонами для обнюхивания, дыхания, рёва, питья, ощупывания и хватания потенциального съестного.

***
А вы знали? Свиньи – социальные животные. Им необходим тесный контакт друг с другом.
А еще они любят дремать бок о бок с собратьями.

***
Свиньи играют в видеоигры лучше, чем шимпанзе и 3-летние дети.
Умнее среднестатистической собаки.
Не умеют прятаться и искать.
И всё равно славные!

***
Вы знали, что срок жизни коровы – 20 лет?

***
На острове Malalison Island, что неподалеку от острова Panay в центре Филиппин, одинокий козел сумел выжить во время тайфуна Хайян (Typhoon Haiyan; см. подробнее).
«И животным, и людям необходимо одно и то же: еда, вода, уютное и удобное жилье».

***
Сколько животных вы спасаете, отказавшись от мясоедения?
Более восьми за месяц; более ста - за год; более 300 за три года.

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Monday, July 28, 2014

Реклама против жестокости к животным/ Ads That Fight Animal Cruelty

источник

Цирк без животных гуманнее

«Единственный цирк, который мы поддерживаем – тот, где можно восхищаться выступлениями талантливых людей», - говорится в манифесте итальянской организации «Против вивисекции» (Lega Antivivisezione).
Эта некоммерческая организация с 1977 года работает над продвижением законов в защиту животных в Италии. Кампания «За цирк без животных» призвана повлиять на общественное мнение и заставить законодательные органы отслеживать и пресекать жестокость к животным в цирках и зоопарках.

На фото: вот и все дюгони, сохранившиеся в африканских водах

«Фонд в защиту вымирающих диких животных» (Endangered Wildlife Trust) со штаб-квартирой в Йоханнесбурге, сосредоточен на сохранении местных экосистем и животных. Данный рекламный плакат обращен на бедственное положение, в котором оказался дюгонь (водное млекопитающее отряда сирен), вымирающее океаническое млекопитающее. Близкий родственник ламатина (морской коровы), дюгонь питается водорослями в неглубоких районах Индийского и западной части Тихого океанов. Животных массово истребляют охотники (ради мяса, жира, кожи, костей и зубов). Популяция дюгоней быстро сокращается.

Спасите носорога

Только за прошлый, 2013 год, браконьеры убили 1 004 носорогов. Истребление этих животных ради их рогов подстегивается нелегальной торговлей в Китае и Вьетнаме. Для борьбы с этими преступлениями британская организация «Спасение носорога» (Save the Rhino International) финансирует и руководит проектами в защиту носорогов в Азии и Африке. Южноафриканское агентство Stick Communications подготовило серию рекламных плакатов, чтобы напомнить об угрозе популяции носорогов.

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Tuesday, July 22, 2014

Жара везде, а особенно в пустыне: помощь птицам/ Birds need you this summer

источник; пара фото - автора блога

В жару трудно приходится не только людям, но и птицам. Они тоже стараются избежать перегрева, только для этого у пернатых гораздо меньше возможностей, чем у нас с вами.
Один из способов, которым пользуются измученные жарой птицы – разевают клювики, глубоко и быстро дыша (совсем как собаки в жаркую погоду).

(Это визитёр на моем окне. Удодам тоже жарко... - Е.К.)

Также птицы растопыривают крылья, держа их на расстоянии от туловища – чтобы воздух лучше обвевал его, охлаждая.
Иногда птицы проделывают перышками нечто, напоминающее задирание юбок повыше над ногами – это тоже для проветривания и охлаждения кожи тела.
Очень важна вода.
Выставляйте ёмкости с водой для птиц на балконе и/или во дворе. Подойдет любой неглубокий сосуд, например, блюдца из-под цветочных горшков.
Если у вас есть ванночка для птиц, регулярно меняйте в ней воду.
Под сокрушительно жарким солнцем вода в поилках и ванночках быстро портится.
(Регулярные посетители на моем балконе. - Е.К.)

Если ваш дом оборудован кондиционером, с наружной трубки которого на улицу капает конденсат, подставьте под капающую воду блюдца или любые другие неглубокие ёмкости. Птицы смогут и пить, и купаться в этой воде.

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/



Thursday, July 17, 2014

Исцеляющее общение с животными/ Healing power of animals. Pavlovka psychiatric hospital in Kyiv


Культурная жизнь «Павловки» сосредоточена преимущественно в отделении реабилитации, которое, кстати, считается одним из самых прогрессивных в Европе. Так на территории мужского реабилитационного корпуса расположен настоящий зоопарк. Тут и гекконы, и пираньи, водные и сухопутные саламандры, кошки-мышки, экзотические попугайчики, всевозможные птички и рыбки, черепахи. Некоторые животные родились уже в больнице, а шиншиллы даже живут в палатах.

«Раньше был еще питон, но потом он вырос и мы его отдали в Киевский зоопарк», — рассказывает заместитель начальника по медицинской части, заведующий отделом реабилитации Игорь Дубинин. Зоотерапия — это не просто развлечение для больных, а сенсационный метод лечения, авторская методика Игоря Дубинина, которую он разработал в стенах «Павловки» около четырех лет назад. За это время перенимать эту практику приезжали немецкие, французские, нидерландские и американские коллеги.

«Всё началось с банальной истории, — рассказывает И.Дубинин. — К нам в отделение поступил очень замкнутый больной, с глубокой депрессией, он плохо реагировал на окружающую среду. Ни с кем не общался, пока в отделении не появился простой уличный кот, которого подкармливал медицинский персонал. Этот кот стал настоящим другом для пациента. Больной ухаживал за зверюшкой, кормил, мыл и причесывал его, убирал за ним. В конце концов кот поселился в палате с больным. Через две недели пациента можно было выписывать — от депрессии и уныния не осталось и следа».

Сразу нужно предупредить, что больные не ходят в зоопарк шеренгами под присмотром санитаров, как можно вообразить. Это отделение со свободным режимом и не для «острых». Они совершенно свободно могут покурить за шахматами, поиграть в настольный теннис, сходить в зоопарк. Пациенты приходят сюда для отдыха, чтобы расслабиться, побыть наедине. Живая природа и пение птиц располагает. Больные не только играют со зверьками, но еще и ухаживают за ними. В общении с природой, с живыми существами люди становятся более открытыми, общительным, у них появляется чувство ответственности. Сегодняшний больничный зоопарк с более 30 его обитателями дело рук медицинского персонала и больных. Государство не выделило ни копейки на этот действенный метод лечения. Все питомцы были подарены врачами, бывшими пациентами и просто друзьями. «Я часто прихожу сюда, чтобы понаблюдать за зверями, — рассказывает пациент Вячеслав. — Это очень увлекательно. Каждый день кормлю рыбок, помогаю трудоинструкторам чистить клетки и менять воду в аквариумах. А на днях мы с Оксаной (трудоинструктор) спасли жизнь рыбке, которая запуталась в водорослях».

источник: Пролетая над «Павловкой» (2005);
фото из разных источников, добавлены автором блога

см. также


Tuesday, July 15, 2014

Почему коалы обнимают деревья, чтобы справиться с жарой/ koalas hug trees to beat the heat

источник: Why koalas hug trees to beat the heat

В жаркую погоду сумчатые животные пытаются охладиться, растянувшись на прохладных ветвях деревьев.

Термическое изображение коалы на эвкалипте яйцевидном (Eucalyptus ovata) в жаркий день. Резкая разница в цветовой гамме показывает, насколько дерево прохладнее в сравнении с окружающим воздухом.

Недавно исследователи выяснили, что обнимающие деревья коала, вытянувшиеся вдоль ветвей, стараются охладиться, благодаря значительно более низкой температуре внутри деревьев.

Периоды жары в Австралии становятся продолжительнее и интенсивнее (см. статью), и коала развили новые поведенческие паттерны для выживания в необычных условиях. Коала ведут себя совершенно как люди в невыносимую жару – то есть растягиваются где-нибудь в прохладном месте.

В ходе исследования популяции коала на острове Френч Айленд (French Island), недалеко от Мельбурна, выяснилось, что значительно более низкие температуры внутри ствола и толстых ветвей деревьев помогают в жаркую погоду коала – которые, в отличие от большинства обитающих на деревьях животных, не прячутся в дупла и другие укрытия.

Доктор Майкл Кирни (Dr Michael Kearney) с кафедры зоологии мельбурнского университета рассказывает: «Коала накрепко привязаны к своему дереву, так что когда накрывает волной высоких температур, этим зверькам некуда деваться, они беззащитны перед жарой. Самый эффективный способ охладиться в жару для коала – посредством испарений. Они не потеют, но могут вылизываться и учащенно дышать, открыв рот».
Но в условиях высоких температур и при минимуме дождей подобное поведение ведет к обезвоживанию зверьков.

На Френч Айленде группа исследователей наблюдала как коала, в поисках прохлады, безжизненно растягиваются вдоль ветвей – такая поза вовсе не характерна для этих животных.

На фото: страдающий от перегрева коала бессильно лежит на животе.

Доктор Майкл Кирни продолжает: «Когда видишь такого коала, будто слышишь: О, мне так жарко, я прилягу! Дело в том, что мех на брюшке коала менее густой, чем на спине. Поэтому они ложатся на живот, стараясь прижать наибольшую площадь поверхности своего наименее мехового тела к сравнительно прохладному дереву».

Группа зоологов из мельбурнского университета изучает влияние изменений климата Австралии на животных.
Необычное поведение коала замечено в ходе этих исследований, и для дальнейших наблюдений ученые использовали технологию термального (теплового) изображения.
В жаркую погоду средняя температура поверхности деревьев значительно ниже, чем окружающая температура, и поведение коала четко зависит от этого.
Оказалось, что наиболее прохладные деревья – австралийская акация (или мимоза). Ранее наблюдалось перемещение коала с обычных для них эвкалиптов на акации, но лишь сейчас ученые выяснили причину этого.
У основания и середины ствола температура акации почти на 9˚С ниже окружающей температуры. Причиной этого, считают ученые, может быть термальная (тепловая) инерция крупных деревьев, то есть нагреваются и охлаждаются они медленно. Кроме того, дерево поглощает прохладные грунтовые воды. Во всяком случае, на Френч Айленде среднегодовая температура не высокая, так что подземные воды остаются довольно холодными весь год.
Микроклимат более прохладных деревьев важен для выживания не только коала, но и других видов животных, обитающих на деревьях.

Ученые предсказывают закрепление подобных поведенческих привычек у коала, по мере потепления климата Австралии. Понадобятся дальнейшие исследования, чтобы выяснить влияние роста температуры на географическое распространение коала и других видов животных. Жара может быть непереносимой, и тогда никакие поведенческие новшества не спасут животных.

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Thursday, July 10, 2014

Ни лая, ни мяуканья, ни писка пичужки.../ The Blockade Book - Ales Adamovich, Daniil Granin

Животные блокадного Ленинграда
Алесь Адамович, Даниил Гранин «Блокадная книга» // отрывки

Это тоже часть трагедии города. А иначе не объяснишь, почему не один и не два, а едва ли не каждый десятый блокадник помнит, рассказывает о гибели от бомбы слона в зоопарке.


Многие, очень многие помнят блокадный Ленинград через вот это состояние: особенно неуютно, жутко человеку, и он ближе к гибели, исчезновению от того, что исчезли коты, собаки, даже птицы!

Ф. А. Прусова вписала в своей дневник услышанное по радио из стихотворения Веры Инбер — то, что она сама видит, переживает:
«Ни лая, ни мяуканья, ни писка пичужки».

А вот у Г. А. Князева: «Я всё записываю, что попадает в мой кругозор. Но вот давно уже в мой кругозор не попадает ни одной собаки, ни одной кошки, ни одного голубя... Даже воробьев не вижу, хотя для них пища на улицах имеется. Первых съели. Воробьи, должно быть, померзли от сильных морозов. Правда, одну живую собаку я знаю, это у Лосевой. Она держит ее в комнате, никуда не выводит. Потерявши мужа, она привязалась к своему псу, как к другу».

Нам передали рукопись Ирины Корженевской, и, хотя автор рукописи — вполне сложившийся писатель и то, что мы процитируем, уже вполне литература (а в нашей книге это скорее недостаток, чем достоинство), мы в виде исключения приведем несколько отрывков:

«...Хлебный магазин, где я получала паек, находился на углу напротив. Там, как и везде, окна заложены мешками, и продажа идет при свете коптилки. Недавно я заметила, что у входа в магазин сидит овчарка. Шкура и скелет. Она сидит и смотрит на входящих и выходящих, и глаза у нее горят и просят. Но кто может с ней поделиться? Все проходят, не глядя, а она все сидит и сидит. Смотрит на каждого, и на меня в том числе. Однажды я видела, как она шла к своему посту. Она шла на трех лапах. Передняя левая болит. Может быть, вывихнула? Где же ее хозяева? Умерли или выпустили ее, чтобы сама кормилась?
Собачка деликатна. Просит без унижения. Взгляд ее говорит: «Я умираю от голода. Может быть, вы дадите хоть крошку?»
Я приласкала эту собаку и приподняла губу, чтобы взглянуть на зубы. Совсем молодая овчарка. И я поднялась к себе на четвертый этаж. Отпираю дверь, и — глядь — овчарка пришла за мной. Как раз я накануне нашла зеленый хлеб (хлеб с плесенью — прим. авторов). Придется с ней поделиться. Я дала ей окаменелый кусок, и собака жадно его грызла. Потом я обмыла, была благодарна, свернулась калачиком и уснула. А ведь не может быть, чтобы она не понимала, что людям сейчас очень трудно...

Сколько времени жила у меня эта собака, я не могу вспомнить. Помню только, что уходила, а она оставалась. Она не виляла, когда я возвращалась. Может быть, ей было трудно вилять, а может быть, овчарки вообще не виляют. Я была рада, что у меня дома есть кто-то живой, и он ждет меня. Иногда я разговаривала с ней, но большей частью мы молча смотрели друг на друга. Я назвала эту собаку Проспером. Проспер значит «Благополучный». Глядя на лихорадочно горящие глаза Проспера, я думала, что может прийти момент, когда кто-то из нас обезумеет от голода и бросится на своего случайного друга, чтобы съесть его. Но, пока я в здравом уме, я не могу убить существо, попросившее у меня приюта. Собака же настолько слаба, что, пожалуй, не в состоянии броситься на меня. Кроме того, овчарки благодарны и помнят и обиду, и ласку.
Я начала ощущать, что слабею. Я плохо спала, видела съестное во сне. Поминутно просыпалась и слушала, как тикает в репродукторе. Выключать радио было нельзя, а днем и вечером немец бомбил всегда в одно и то же время.
Зеленый хлеб кончился, и я возобновила разведку в квартире. Нужно было найти и топливо. Табуретки были уже сожжены, сожжен и мой кухонный столик. Теперь я обратила взоры на большущий кухонный стол ветеринара. Его хватит надолго, но разрубить мне-таки будет трудновато, а прежде всего нужно освободить его. Я выдвинула верхний ящик. Там лежали кухонные ножи, деревянные ложки, каталка для теста... Засунув руку подальше, я нащупала что-то необычное... Это оказался чистый белый узелок, величиной с кулак... В нем было что-то сыпучее... Может быть, горох? Я развязала узелок и увидела кукурузные зерна. Вот сюрприз! Но откуда в Ленинграде кукуруза? До войны как-то продавали кукурузную крупу, похожую на манную. Из нее можно было варить мамалыгу... Но целых зерен кукурузы в Ленинграде, пожалуй, не сыщешь... И зачем они здесь, где не должно быть съестного, да еще засунуты в самый дальний угол и завязаны наподобие синьки?.. А ведь если их сварить, они разбухнут вдвое, и я смогу протянуть еще два-три дня.
...Я съела всего несколько зерен и дала горсточку Просперу, а утром я разделила кукурузу на две части. Одну отдала Просперу, а другую положила в кулек и после лекций отнесла тете Оле.
...Проспер не выдержал. Зеленый хлеб кончился, кукурузу он съел... И вот дня через два после этого, когда я уходила в институт, он встал и вышел вместе со мной.
— Я не стану тебя удерживать, — сказала я ему. — Но, право же, у меня тебе все-таки лучше... Я наверняка не убью тебя, и в моей комнате немного теплей, чем на улице... Мне будет без тебя грустно...
Все-таки он ушел. Я видела, как пошатываясь, он поплелся к помойке. Наивный пес!»

«Внизу, в квартире под нами, упорно борются за жизнь четыре женщины, — фиксирует Г. А. Князев. — До сих пор жив и их кот, которого они вытаскивали спасать в каждую тревогу.
На днях к ним зашел знакомый студент. Увидел кота и умолял отдать его ему. Пристал прямо: "Отдайте, отдайте". Еле-еле от него отвязались. И глаза у него загорелись. Бедные женщины даже испугались. Теперь обеспокоены тем, что он проберется к ним и украдет их кота.
О любящее женское сердце! Лишала судьба естественного материнства студентку Нехорошеву, и она носится, как с ребенком, с котом, Лосева носится со своей собакой. Вот два экземпляра этих пород на моем радиусе. Все остальные давно съедены».

Еще одна женщина, Маргарита Федоровна Неверова «носилась» с живым существом во время блокады. А потом произошла трагедия. Да, трагедия, если и спустя три с лишним десятилетия воспоминание об этом мучит человека, саднит душу:

«...Я вышла из дома. Пошли мы с моей собачонкой, вот такой маленькой, за хлебом.
Когда мы пришли в булочную, хлеба не было, моя собачонка вдруг носом тык-тык-тык в валенок. Я наклонилась:
— Ты что?
Оказывается, она нашла кусочек хлеба. Мне отдает его. Причем я, знаете, как ворон, вскочила, хлеб зажала. А она на меня смотрит: "Дашь ты мне или не дашь!" Я говорю:
— Дам, маленький, дам!
А я из этого хлеба такую похлебку наварила, что вы даже не представляете, как мы с ней угощались!
Перед войной у нас было шесть собак. Потом, правда, пять раздали, потому что такие собаки были породистые. Оставили вот только нашу маленькую фокстерьерчика, Зорю. Потом ее наш сосед сожрал.
— Украл, да?
— Нет, хуже, чем украл, за горло меня схватил и... Вот когда дом начали ломать, надо было вещи мне куда-то переносить, а я — сами понимаете — не могу. Вот только единственно на детских саночках возила книги сюда. Так вот за то, что он помог мне перевезти крупные вещи, он взял буфет, оттоманку, шкафы... И на закуску — собаку, чтобы я ему скормила. А собака-то была маленькая, там и есть-то нечего было. Она была настолько голодная, что у нее вообще ничего не было. Ну вот, вы понимаете, это собака, которая с колен у меня не уходила, а особенно в блокаду: все-таки какое-то тепло от меня исходило...
— И все-таки отдали вы собачку?
— Вот я долго сопротивлялась, потом говорю: "Зорик, ну все равно, ну пойдем". И так загадала... Если она встанет и пойдет, — я ее заберу. Черт с ним, пусть у него вещи останутся, пусть все там валится... (И я бы не держалась за вещи, если бы я знала, что муж не вернется. Господи, сколько мне надо!.. К вещам до сих пор равнодушна).
А вот представьте себе, она пришла, села. Я встала, пошла к дверям, — она даже не повернула головы. Я дошла до порога... Она отвернулась от меня (во так) и не шевельнулась! Я вышла за двери; ну вот, на один марш я спустилась — и сразу же вернулась. Говорю: "Сеня, отдай собаку! Бери что хочешь, или... не надо... пусть, не помогай мне ничего..."
"А я, — говорит, — ее уже убил..."
Вот, вы знаете, вот это первый раз за войну я ревела. Я мужа провожала, а не плакала. Я как-то окаменела... А тут я...»
А что если потому отвернулась собачка, что поняла — предала ее хозяйка?
А может, просто жертвовала собой ради хозяйки, раз ей это нужно?..
Сколько лет прошло, а мучит это Маргариту Федоровну — по натуре женщину жизнелюбивую и ко многому относящуюся иронично.

источник; фото отсюда