Tuesday, July 08, 2008

Интервью Мэри Лу Рэндор (начало)/ Interview with Mary Lou Randour (part 1)

Автор – Шэрон Кэллахэн / By Sharon Callahan

Мэри Лу Рэндор (Mary Lou Randour) - доктор философии, профессиональный психолог, руководитель проекта «Без насилия: связь человека и животных», разработанного совместно Фондом животных Дорис Дей (DDAF) и «Психологи за этичное отношение к животным» (PSYETA).
Аудитория Мэри Лу Рэндон разнообразна: полицейские, прокуроры, судьи, должностные лица, осуществляющее надзор за условно осуждёнными, чиновники по контролю животных, детские адвокаты, защитники в делах о насилии в семье, педагоги и психологи. Доктор Рэндор рассказывает о связи между жестокостью к животным и насилием среди людей. Она - соавтор руководства для профессиональных психологов, разработанного DDAF и PSYETA ("The Ani Care Model of Treatment for Animal Abuse") - Мэри Лу и её коллеги проводят обучение психологов относительно курса лечения преступников, жестоко обращавшихся с животными.

После шестнадцатилетней частной практики Мэри Лу посвящает себя движению в защиту животных. Она - автор книг «Души женщин, природа женщин: реальность отношений» (Women's Psyche, Women's Spirit: The Reality of Relationships) и редактор книги «Исследуя священные пейзажи: Религиозный и духовный опыт в психотерапии» (Exploring Sacred Landscapes: Religious and Spiritual Experiences in Psychotherapy), изданные Колумбийским университетом.
Мэри Лу живет в Чеви Чейз, штат Мэриленд (Chevy Chase, Maryland), с мужем, Сэмом Блэком (Sam Black), и двумя собаками, Тохси и Софи.

Шэрон: Мэри Лу, я начну интервью с вопроса: считаете ли вы, что у животных есть душа? Поделитесь своим мнением по этому поводу.

Мэри Лу: Я могу с уверенностью сказать, что животные обладают духовной жизнью и имеют то, что мы называем «душой». Душа – название, подразу-
мевающее ту жизненную силу, присущую всем живым существам, которая формирует личность, мысли, эмоции и поступки. Любой человек, рядом с которым живут животные (то есть очень многие из нас), несомненно, убедился на собственном опыте, что каждому животному присущ свой характер, индивидуальность. Животные способны распознавать друг в друге духовные качества. Что значит - быть духовным существом? В моем понимании, это включает множество составляющих – восприятие красоты, ощущение игры и творческого потенциала, наличие совести и представление о смерти. Еще это значит уметь выразить себя в целостности, быть в состоянии чувствовать себя частью бóльшей вселенной, - независимо от того, облечено ли это «чувство» в слова и мысли, или чувствуется только на некоем глубинном, фундаментальном уровне. Конечно, не все виды животных способны ко всем перечисленным проявлениям сразу, но я считаю, что каждое животное способно по крайней мере к одному из вышеописанных переживаний. Позвольте привести пример. Известно, что приматы испытывают горе. Джейн Гудалл (Jane Goodall) видела, что молодой осиротевший шимпанзе умирал от горя после смерти своей матери. А Коко, поющая горилла, демонстрировала своё понимание смерти, когда горевала по поводу утраты друга-котёнка. Свидетели часто наблюдали слонов оплакивающими своих умерших соплеменников, раскачиваясь над останками.

Приматы и слоны умеют рисовать. Моджо (Mojo), один из шимпанзе, живущих с Роджером и Дебби Фоутс (Roger and Debbi Fouts), посвятил себя рисованию. Так что животные воспринимают красоту и обладают творческим самовыражением.

Животным присуще чувство справедливости. В одном из экспериментов обезьяны отказывались бить электрическим током других обезьян – даже если в результате этого сами оказывались под угрозой получения такого удара. В другом эксперименте самка крысы была готова столкнуться с электрической сеткой стремясь спасти крысят – которые не были её собственными. Подобное поведение нельзя назвать иначе как благородством. Мнение, что у животных есть душа и они способны испытывать радости духовного свойства, не ново. Духовные лидеры, представляющие различные традиции, заявляют, что с животными после смерти происходит то же самое, что с людьми. Например, Свами Вивекананда (Swami Vivekananda), открывший Веданту для жителей Запада, говорил: «Если у нас есть душа – она есть и у них; если у нас нет души – нет её и у них. Абсурдно утверждать, будто только человек имеет душу, а животным в ней отказано». Основатель Методизма Джон Уэсли (John Wesley) [его имя в списке вегетарианцев - прим. перев.] в проповеди «Великое избавление» ("The General Deliverance") говорил, что у животных есть душа, а в еврейской Библии словом nephesh называют души и людей, и животных. О загробной жизни животных писал Клайв Стейплз Льюис (C. S. Lewis).
Так что, если в рай попадают люди – то и животные тоже. Я лично не хотела бы оказаться в раю, если там нет животных, и уверена, что многие со мной согласны.

Шэрон: Ваша новая книга называется «Благодать животных» (Animal Grace) [слово «grace» имеет множество значений, в данном контексте: благодать, милосердие, прощение, милость – прим. переводчика]. Это слово используется во множестве значений. Что вы имели в виду, называя так свою книгу?

Мэри Лу: Лично для меня животные и моё возросшее понимание их стали даром благодати, милости. Под этим словом я подразумеваю ощущение облечённости властью, полномочиями, чтобы работать во имя других, ради великого целого. В процессе этой работы человек обретает подлинное чувство слияния с жизнью в её многообразии, ощущения себя частью этой обширной, великолепной системы, паутины существования. Ощущение могущества, власти приходит без усилий, оно течет сквозь тебя. Это редкое и прекрасное чувство: быть очень завершённым, полным, сильным, но одновременно и очень спокойным, сосредоточенным, принимающим и понимающим. Это, такое замечательное - живое, трепетное - ощущение, конечно, не может длиться вечно, но его можно вернуть, обрести заново. Для меня средством его обретения является моя работа с животными и ради животных. И я думаю, что другие люди тоже могут ощутить благодать посредством развития понимания, глубокого осознания наших отношений с животными. Пребывание в контакте, ощущение родства с другими животными помогает понять, почувствовать взаимосвязь всего и вся во вселенной. С появлением этого чувства ощущение изолированности и одиночества растворяется, появляется ощушение покоя внутри великолепной вселенской паутины бытия. Уверена, что это именно то, чего все мы ищем, - быть частью великого целого. Мы все тоскуем по цельности.

Благодать животных помогает нам преодолеть условную и деспотичную межвидовую границу, а также другие различия – расовые, половые, национальные и религиозные. Как только мы преодолеем межвидовые барьеры, мы сможем еще более ясно увидеть, что все различия скорее иллюзорны, чем реальны, скорее поверхностны, чем устойчивы. То, что нас связывает, что пребывает в нас, и есть пульс жизни. Понимание этого – прекрасный дар, и преподносят его животные.

Шэрон: Хотя я только начала читать «Благодать животных», я уже отметила, что мы с вами разделяем уверенность в том, что все живые существа священны и равны. Что вы отвечаете людям, удивленным, как может кролик, кошка и человек быть равноценными существами?

Мэри Лу: Я считаю, что бессмысленно приписывать ценность одному биологическому виду, сравнивая его с другими. У кого линейка, измеряющая эту ценность, значимость? У меня точно нет. Это всё равно, что спрашивать родителей, кого из своих детей они любят больше, кто для них важнее остальных.

Я верю в то, что все живые существа заслуживают нашего уважения, и что когда мы уделяем внимание животным перед нами открываются неисчислимые духовные возможности. Я знаю, что для каждого живого существа его или её жизнь драгоценна. Все живые существа, если только они не больны или травмированы психически, стремятся жить. И сделают всё для этого.

Я считаю, что нужно быть крайне осторожным, делая какие-либо оценки и предположения по поводу ценности человеческой жизни по отношению к любой другой. Ясно, что такое животное как человек имеет наибольшие интеллектуальные способности. Это значит, что человек несет ответственность. Во многом именно человек управляет судьбой жизни на этой планете – жизни животных и растений. На мой взгляд, это возлагает на нас огромную ответственность, обязанность поступать правильно. Поступать правильно означает действовать ради сохранения и защиты всех форм жизни. И в ситуациях, скажем, когда люди оказываются в конфликте с животными, я думаю, что мы должны быть очень, очень осторожными и не решать автоматически, что человеческая жизнь важнее. Во многих случаях это вопрос человеческих предпочтений, как, например, в конфликте человека с оленями – людей раздражает, что олени объедают их декоративные растения и деревья. Поскольку люди имеют власть над остальной частью природы, мы обязаны быть чрезвычайно бережными и осторожными, обращаясь с ней.

Я не вправе оценивать значимость, важность различных форм жизни. Джереми Бентам (Jeremy Bentham), философ XIX века [его имя в списке вегетарианцев - прим. перев.] сформулировал, на мой взгляд, основной, фундаментальный вопрос. Это не вопрос о том, умеют ли животные размышлять или говорить. Это вопрос - способны ли они страдать? Сейчас известно, что ответ: да. Да, животные могут страдать – и они страдают. Люди не всегда так думали. Как известно, Декарт утверждал, что крик животного – это всего лишь скрип неисправного механизма, а не выражение страдания. Такое отношение кажется нам сегодня странным. Но зачастую мы даже не подозреваем, насколько наше сознание пропитано подобным образом мыслей. Антропологи, биологи, когнитивные этологи [этология - наука о поведении животных в естественной среде их обитания – прим. переводчика] и другие ученые, которые исследуют жизнь животных, собрали огромный объем информации. Сегодня мы знаем гораздо больше, чем даже 20 лет назад. Нам известно, что у животных – сложная эмоциональная жизнь. Мы знаем, что они думают – не так же, как мы, но думают. Они строят планы, могут обманывать друг друга (языковой эксперимент с шимпанзе), формируют скрупулезно разработанные социальные группы, пользуются разными инструментами. У животных формируются привязанности и предпочтения. Всё это зарегистрированные факты.

И, безусловно, все мы знаем, что большинство животных, по крайней мере все млекопитающие, испытывают боль. Лимбическая система, присущая всем млекопитающим часть мозга, связана со способностью испытывать эмоции, включая желания. И гипоталамус, - структура, присущая всем позвоночным животным, связан со способностью испытывать положительные и отрицательные эмоции, а также болевые ощущения. У всех животных есть нейрорецепторы боли, такие же, как у людей. Важно понять также, что животные испытывают как физическую, так и психологическую боль. Бесспорно, в этом мы равны, - мы испытываем боль, удовольствие и имеем эмоциональную жизнь.

Шэрон: А как вы пришли к этой теме?

Мэри Лу: Я бы сказала, не я к ней пришла, а она меня нашла. На протяжении большей части моей взрослой жизни я находилась в поисках духовного смысла, удовлетворенности и легкости, но поиски были безрезультатны. Мои искания продвигались урывками, в процессе я изучала множество различных религиозных традиций. Временами я была готова всё бросить. Одновременно с моими духовными исканиями я стала сознавать ужасное положение, в котором находятся животные в дикой природе, в цирках и зоопарках, на животноводческих фермах, в лабораториях. Я делала пожертвования в пользу одной из зоозащитных групп, но это смутное понимание постоянно пребывало где-то на втором плане моего сознания.
Потом я решила купить книгу, о которой много слышала: «Освобождение животных» Питера Сингера (Animal Liberation by Peter Singer). Я читала её - и все дверцы, которые я в себе закрывала, чтобы заблокировать знание о том, в каких условиях живут животные, просто слетали с петель и распахивались настежь. Мне было не спрятаться. Я была буквально затоплена образами страдающих животных, потому что именно это так наглядно и действенно описывает Питер Сингер, предлагая взгляд на права животных с точки зрения морали и философии.
Я мучилась. Мне снились кошмары. Я кричала во сне. Мне не было исхода – я была здесь, с животными, в их страданиях. Я колебался между смертельным горем и гневом. Я знала, что не смогу жить дальше по-прежнему. Мне был необходим некий внутренний ресурс, духовный центр, чтобы выжить. Без него я была бы бесполезной – и для самой себя, и для животных, которым я приняла решение помогать. Мой застопорившийся духовный поиск ожил, получил стимул. Я подошла к нему с новой мотивацией и решимостью. Животные говорили со мной через свои мучения, они открыли мне сердце, дали шанс излечить духовный тупик. Они даровали мне благодать.

Шэрон: Прокомментируйте, пожалуйста, роль животных в раскрытии духовности в человеке.

Мэри Лу: Существует множество спасительных путей, которыми нас вытаскивают животные, когда ничего больше уже не помогает. Я верю, что действенным является то, что, устанавливая связь с животными, мы прорываемся через барьеры, которые наше общество выстроило вокруг биологических видов, отделяя, отстраняя нас от остального живого мира, изображая нас какими-то особенными. Знаете, мы ведь даже не считаем себя животными. Постоянно слышишь, как люди, упоминая кого-то вероломного, говорят: «Вот животное!» Но когда вы прорываетесь за межвидовой барьер, вы упражняете своего рода «духовный мускул», и в дальнейшем становится легче ощущать связи и преодолевать прочие различия, являющиеся препятствиями на пути духовности. Каждая духовная дисциплина, с которой я знакома, имеет целью достижение способности чувствовать себя связанным с великим целым. Животные бесспорно могут в этом помочь.

Шэрон: То есть Вы утверждаете, что осознание страдания может возвысить нас, помочь духовно совершенствоваться. Расскажите подробнее о том, как это происходит.

Мэри Лу: Никто не любит страдать или сталкиваться со страданием. Но это – неотъемлемая, неизбежная часть жизни. То, каким образом мы встречаем страдание, во многом определяет наш характер, духовную зрелость. Нельзя уклоняться от страдания или отрицать его.
Немецкая теолог Доротея Золе (Dorothee Sölle) в своей книге «Страдание» предполагает, что единственное, что может сделать каждый – выдержать зрелище страданий, стать активным свидетелем. Она задает вопрос: «Служит ли страдание Богу или дьяволу, причина ли это того, что ты жив, или того, что ты нравственно парализован?»
Гэри Ковальски (Gary Kowalski) также подчеркивает важность способности вынести зрелище страданий, ведь только в этом случае страдание может удовлетворять более высокой цели. Страдание нельзя отрицать или предавать забвению.

Недавно я была очень растрогана. Я участвовала в демонстрации «Пятница без мехов» ("Fur Free Friday") около местного универмага.
Традиционно, в пятницу после Дня благодарения группы защитников животных атакуют магазины, торгующие меховыми товарами, чтобы призвать их владельцев отказаться от продажи меха. Это была хорошая забастовка, нас было около 90 человек с плакатами, речевками, проходами около входа в магазин. На многих плакатах были изображены жуткие результаты торговли мехом: животные, пойманные в капканы, освежеванные животные, избитые животные и т.д. На эти изображения страданий нелегко смотреть, но они отражают реальность, то, что на самом деле происходит с животными, используемыми из-за их меха. Я заметила пожилую женщину, аккуратно одетую, в костюме, с седыми волосами, с тросточкой; она наблюдала за нами. По выражению её лица я не могла определить, что именно она думала. А потом она проскользнула в наш ряд и присоединилась к пикету! Я была так растрогана! Она посмотрела на наши плакаты, не отвернулась от страданий и присоединилась к нашей группе. Она сделала выбор, став активным свидетелем страданий. Мне не удалось поговорить с ней, но предполагаю, что из участия в демонстрации она вынесла для себя нечто, что дало ей возможность лучше думать о себе самой; она наверняка почувствовала себя более связанной с жизнью, потому что выступила в защиту жизни. А отправной точкой стало то, что она обнаружила страдания.
Есть, конечно, страдания, неизбежные в жизни людей; те, кого мы любим, умирают, стареют, покидают нас. Ничто не вечно. Я психолог и знаю, как мы причиняем страдания самим себе. Мы переживаем без причин, нас обуревают иллюзии богатства, поглощают всевозможные человеческие слабости. Страдание, которое приковало моё внимание и страдание, о котором говорила Доротея Золе, - это страдание, причиняемое невинным существам. Мучения лисицы, пойманной в стальные челюсти капкана ради того, чтобы потешить чье-то тщеславие или каприз дизайнера. Мы не должны отворачиваться, когда видим страдания животных. Возможно, мы присоединимся к пикету, прочитаем статью в газете или получим обращение по почте. Когда речь идет о животных, многое так легко не замечать. Часто их мучения скрывают от нас; жестокость над животными происходит за дверями ферм, скотобоен или научно-исследовательских лабораторий. Страдания за кулисами в цирке. Мы не видим животных на пушных фермах или пойманными в капканы в дикой природе.

Многие религиозные традиции подчеркивают, что путь к духовной цельности начинается с побуждения осознать страдание. Страдание невинных требует нашего внимания, и если хотим расти духовно, мы должны на него реагировать. Дзен-буддист, монах и миротворец Тхить Ньят Хань (или Тхить Нят Хань / Thích Nhất Hạnh) много раз об этом говорил. В традиции Йога Патанжали осознание страданий - необходимый шаг на пути к самореализации. Это побуждает сострадание, а сострадание освобождает нас от ограниченности собственными эго.
Здесь мне могут сказать: «Да, но в мире так много страданий! Страдают ведь и многие люди. Как я могу реагировать на всё это? Моим возможностям есть предел». Конечно, это так. Но я снова и снова буду подчеркивать следующее. Поскольку животные окружают нас, входят в нашу жизнь таким образом, что мы сначала этого даже не осознаём, ежедневно возникают бесчисленные возможности обратить на них внимание, позаботиться о них - и начать духовный рост.

Можно больше внимания уделять нашей пище – памятуя о том, каким образом наше решение влияет на жизнь животных, на их страдания и боль. Можно обратить внимание на косметику, товары для дома, бытовую химию, которыми мы пользуемся - чтобы убедиться, что наш выбор, наши решения не добавляют страданий животным. Мы можем покупать товары, которые не тестировались на животных и которые не содержат компонентов животного происхождения. Современный рынок предлагает множество подобных гуманных товаров! Можно сделать выбор, отказавшись участвовать в развлечениях, которые основаны на эксплуатации и страданиях животных: цирки, большинство зоопарков, родео. Мы можем стать активными свидетелями, сохраняя привычный ритм жизни. Ведь мы всё равно будем питаться, покупать продукты, одежду и т.д. Приятие осознанности, включение понимания в нашу повседневную духовную жизнь не отнимает у нас ни единого из дорогих для нас занятий. Мы можем делать всё это, а также работать ради устранения бездомности, голода, расизма и социальной несправедливости в любых её проявлениях. Любое дело станет шагом на пути к усовершенствованию, потому что в любое время мы сознательно действуем с уважением к взращиваемой нами жизни. Мы становимся более наполненными, завершенными людьми, становимся лучше, приносим пользу миру. Установить духовную связь с животными – беспроигрышное решение.

Окончание интервью

источник статьи
Перевод – Е. Кузьмина © При использовании моих переводов обязательна ссылка на сайт
http://elena-kuzmina.blogspot.com/

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...