Sunday, August 22, 2010

статья 2006 года: В Москве могут вернуться к практике отстрела бездомных собак/stray dogs

Источник: Харьковский Центр этичного отношения к животным им. Льва Толстого «Жизнь»

Спецвыпуск газеты «Время» в защиту животных, август 2006 года
Газеты выходит при поддержке WSPA
Сканирование, фотоиллюстрации – Е. Кузьмина http://elena-kuzmina.blogspot.com/

С должности руководителя отдела городской фауны департамента ЖКХ Москвы уволена Татьяна Павлова.

Структур, подобных этому отделу, образованному по распоряжению мэра Юрия Лужкова в 1999 году, в России больше нет. Шесть лет назад его и возглавила Павлова — выпускница МГИМО, разработчик всех подготовленных отделом нормативно-правовых документов и проекта городского закона "О содержании домашних животных в Москве" (федерального закона о животных в России нет). И сегодня в зоозащитных кругах столицы нарастает паника: не собирается ли Москва отказаться от провозглашенного несколько лет назад гуманного отношения к четвероногим бомжам (программы стерилизации) и вновь поставить на поток убийство бездомных собак и кошек?

Основания думать, что программа стерилизации собак будет свернута, имеются, призналась Татьяна Павлова в своем первом после увольнения интервью обозревателю "Известий" Наталье Давыдовой.

Татьяна Павлова: Речь о моем возвращении в департамент или на другую государственную должность не идет. Речь о том, чтобы не перечеркнули всю нашу работу. Программу стерилизации бездомных животных поддерживает мэр Москвы. Письма в поддержку гуманного отношения к животным, когда в городе их еще убивали, подписывали по 40 народных артистов. Но отдельные чиновники саботируют и явно хотят "закопать" эту программу. Хотя именно в этом году она начала давать первые результаты. Мы впервые заказали мониторинг городской популяции бездомных собак. Им занимается Институт проблем Северцова, который абсолютно беспристрастен (о сути исследования "Известия" писали 03.02.2006). Судя по его предварительным итогам, популяция беспризорных собак в нашем огромном городе не выросла (их число составляет 20-25 тыс.), перестала мигрировать, в ней почти 50% сук стерилизовано, всё меньше щенков и собачьих "свадеб". Недавно по всем телеканалам показали Ульяновск, где столько бездомных животных, что их отстреливают из огнестрельного оружия, но все равно никак не могут справиться с ростом популяции. В Сочи, где регистрируется рост заболеваний бешенством, собаки реагируют на истребление безумным всплеском размножения, и каждый год их отлавливают и убивают всё больше и больше. А Москва, которая не убивает, а стерилизует, справляется.

Известия: Но ведь задача была сократить популяцию?

Т. Павлова: Нынешний год — переломный. Очень скоро всем будет видно, что число бездомных животных снижается. Конечно, аналогичную программу необходимо принять и в Московской области,
должны наконец утвердить закон "О содержании домашних животных в Москве", чтобы граждан, которые привозят с дач нестерилизованных самок и их потомство, можно было жестко штрафовать. Нужны приюты, строительство которых в этом году, по существу, только началось. Еще год-два и программа стерилизации приживется в столице, ее уже не убьешь, и потом она завоюет всю Российскую Федерацию. Но если сейчас переломить ей хребет, она больше не возникнет ни в одном нашем городе. И Россия – как проклятая страна – будет продолжать убивать животных.

Известия: Вы не сгущаете краски?

Т. Павлова: Судите сами. 16 января [2006 года] в нашем департаменте был провален конкурс на содержание животных в приютах. Деньги из городского бюджета не получили в итоге три больших приюта, где содержались городские животные, в том числе единственный в городе государственный — на Рассветной аллее, куда животные попадают после смерти владельцев или изымаются по решению суда. Все они были участниками тендера, но их конверты даже не вскрыли — по технической причине конкурс был признан несостоявшимся. Потом в Москве грянули адские холода. А денег, заложенных в бюджет, нет — ни для животных, ни для людей, работающих на 30-градусном морозе. Я благодарна людям и организациям, которые все-таки помогли тысяче животных в трех приютах выжить, заплатив за корма. Но городские деньги были отпущены только 20 марта — после того, как вмешались общественные организации. Ну и мэра побоялись: если бы эта история дошла до него, мало никому не показалось бы. Вот так начался Год собаки.

А потом телеканалы запестрели наводящими ужас историями про покусанных людей, про 100 тысяч московских бездомных собак и про бессилие программы стерилизации. Затем в Северо-Восточном округе педагог Лидия Попова вступилась за стерилизованных бездомных собак, которых вместе с нарядом милиции и ловцами приехал забирать сам глава управы "Ростокино", и теперь против этой женщины возбуждено уголовное дело по такому количеству статей, что ей реально грозит 5 лет лишения свободы. Кроме того, этой весной по городу пошла волна так называемых серых отловов. Мне на мобильный люди стали сообщать о фирмах, которые параллельно нашей программе стерилизации по просьбе ДЕЗов и предприятий приезжают, отлавливают и порой прямо на месте убивают бездомных собак. Пик этих жалоб пришелся на март. Раньше наш отдел реагировал на них очень быстро — мы собирали адреса, номера машин и отправляли их в ГУВД. Одно из уголовных дел — о расстреле собак на Ленинградском шоссе, которое, кстати, началось со статьи "Псовая охота" в "Известиях", закончилось тем, что потерпевшим впервые в московской истории был признан наш департамент, то есть, в конечном счете, город — как собственник этих животных. После того громкого "ленинградского дела" четыре года была тишина. Убивать животных боялись. И вдруг этой весной бояться перестали. Почему?

Известия: Вы знаете ответ?

Павлова: Начнем с того, что бояться теперь нечего — запросы на синих бланках правительства Москвы больше не посыплются из отдела городской фауны ни в ГУВД, ни в прокуратуру.

В свое время уголовное дело об убийстве собаки по имени Мальчик на станции метро "Менделеевская", о котором первыми написали "Известия", сопровождалось массой наших запросов — в прокуратуру, в следственные органы, в ГУВД на метрополитене. А на недавнюю историю с охранником на станции метро "Коньково", насмерть забившим собаку рукояткой ножа, из нашего департамента не последовало ни одного запроса. Потому что отделу в новой структуре департамента приходит конец.

И, главное, я вижу явную тенденцию. В конце марта, когда меня отпустили на пять дней в отпуск, в Мосгордуме прошли слушания о содержании домашних животных в городе. После слушаний председатель думской комиссии по здравоохранению Людмила Стебенкова сообщила журналистам, что жители города ставят вопрос о том, чтобы вернуться к практике умерщвления бездомных животных.

А через две недели после моего увольнения на одном из высоких совещаний был поставлен вопрос о том, что проблему регулирования численности бездомных животных нужно из нашего департамента передать в префектуры. Но так ведь и было до 2002 года, когда ловил и стерилизовал собак каждый округ. Пока городская Контрольно-счетная палата не выяснила, что деньги-то осваиваются, а собак не стерилизуют. По решению КСП мы и создали централизованную систему. Разговоры, что всё нужно переиграть, приведут к одному: опять не будет ни стерилизации, ни контроля. А выходом окажется отстрел.

Боюсь, если Юрий Лужков не отреагирует на все это, Москва очень скоро перестанет быть единственным в России местом, где начала продвигаться программа стерилизации. За шесть лет работы в отделе ко мне не раз приходили документы с рукописными резолюциями Лужкова, однозначно говорящими о том, что мэр не считает возможным убивать бездомных животных, а станет регулировать их численность гуманными методами. Что это не пустячный, а крайне важный для города вопрос, который должен быть решен цивилизованным — европейским — способом. Эта твердая позиция мэра с моей личной человеческой совпадает абсолютно.

Роксана Бабаян, певица, президент Российской лиги защиты животных:
Потрясающе, что Москва первая приняла программу стерилизации, что за столицей по этой дороге идут уже семь субъектов федерации. В наш офис звонят из разных регионов, просят прислать документы, переговорить с их губернаторами, чтобы и у них бродячих собак тоже перестали убивать — они санитары города, уничтожающие наши бесконечные помойки, и на их место приходят крысы.

Но, на мой взгляд, даже не это главное: гуманное отношение к слабому воспитывает человека. Если на глазах у ребенка собаку отстреливают профессиональные дяди, то он, и так живущий в жестком прессинге агрессии вокруг, потом сам берет винтовку и начинает стрелять. А мы кричим, откуда у нас скинхеды?! Ребенок, родители которого однажды вышвырнули из дома щенка, усвоит, что в трудной ситуации от слабого легко можно избавиться. Повзрослев, он со спокойной совестью отдаст своего папу в дом престарелых и забудет о нем. В Лондоне я видела огромную очередь людей, желающих взять животных из приюта. 
Это престижно, за это тебя будут уважать окружающие. Конечно, на то, чтобы и мы осознали, что общество может развиваться только тогда, когда занимается проблемами слабых, нужно время. Но Россия должна пройти этот путь. Поэтому нельзя Москве поддаваться никаким оголтелым настроениям и прерывать программу стерилизации.

Владимир Уражевский, президент Союза кинологических организаций России:
— Стерилизация — гуманный и трезвый подход к проблеме, хотя есть, конечно, граждане, которым это не нравится, потому что на улицах еще много собак. Для изменения ситуации не хватает приютов. В решении этого вопроса активно участвовали отдел городской фауны и его руководитель Татьяна Павлова и департамент природы и экологии и его министр Леонид Бочин. Нашлись спонсоры, готовые выделить деньги на строительство приютов. Но пройти весь бюрократический круг, чтобы оформить землю и наконец-то построить приюты, в столице малореально. То есть Москва сама у себя не может оформить землю. Среди столичных чиновников есть нормальные, здравые люди, они стараются решать проблемы, но аппарат, сама система не дают этого сделать. Вот что страшно.

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...