Tuesday, March 08, 2011

Натали Портман: Книга «Поедание животных» сделала меня веганом / Natalie Portman: Jonathan Safran Foer's Eating Animals Turned Me Vegan

Колонка Натали Портман на вебсайте www.huffingtonpost.com

Книга Фоера «Поедание животных» сделала из меня, вегетарианки с 20-летним стажем, вегана-активистку. Мне всегда было неловко критиковать выбор других, потому что я не люблю, когда критикуют выбор, сделанный мною.
Меня часто расспрашивают о вегетарианстве – например, «А что, если окажется, что морковке тоже больно? Что ты будешь есть?»

А еще я всегда боялась вести себя так, словно знаю больше других – исторически опасная позиция (частенько напоминают, что «Гитлер тоже ведь был вегетарианцем, тебе это известно?»). Но эта книга напомнила мне, что некоторые вещи делать просто нельзя. Возможно, кто-то не согласится со мной по поводу того, что каждое животное индивидуально, каждое обладает своим характером; однако приведенные в книге факты издевательств над животными просто немыслимы, а человечество, как убедительно доказал Фоер, обходится планете слишком дорого. Раньше я об этом не задумывалась, однако эта книга заставит задуматься каждого.

Ущерб, который наносит человек вследствие промышленного животноводства (здесь и положение самих рабочих на скотобойнях, и – в большей степени, - влияние массового интенсивного животноводства на экологию), - просто сбивает с ног. Фоер подробно излагает факты: огромное количество свиных фекалий распыляют в атмосфере, что приводит к всплескам респираторных заболеваний; появляются новые бактериальные штаммы из-за передозировок антибиотиков, которые вводят сельскохозяйственным животным; промышленные животноводческие хозяйства являются источником эпидемий свиного гриппа, истории о котором парализовали всю страну.

Главу про фекалии животных я прочла вслух двум своим подругам – одна из Айовы и страдает астмой, другая - из Северной Каролины, где нельзя есть рыбу из местной реки, потому что туда сваливают отходы животного происхождения, как и описано в книге. Мои друзья никогда раньше не задумывались о связи окружающей среды с тем, чтó они едят. Рассказ о массовом промышленном животноводстве оказал на них неизгладимое впечатление, они поняли, что именно в этом причина уничтожения задних дворов в их родных городах.

Но наиболее мужественно Фоер останавливается на том, что поедание животных загрязняет не только наши дома и задние дворы, но и наши убеждения. Он напоминает, что наша еда является символом веры, своим питанием мы демонстрируем себе и другими свои верования. Католики принимают причастие, – где еда и питьё символизируют плоть и кровь. Евреи на пасху используют соленую воду, напоминающую о горьких слезах рабов. А на День благодарения американцы едят «суккотач» [блюдо из молодой кукурузы и бобов (национальное блюдо североамериканских индейцев) - Е.К.] и убоину, рассказывая свой миф сотворения - как пилигримы учились у американских индейцев собирать урожай на этой земле.

И поскольку мы используем еду для того, чтобы передавать свою веру детям, - Фоер задаётся вопросом: какие именно истории мы хотим поведать детям через нашу пищу?

Помню, как в колледже профессор предлагал нам поразмышлять на тему: внуки будут оглядываться на нас, на наше поколение, с удивлением, подобно тому, как нас теперь шокирует женоненавистничество, расизм и сексизм, которые бытовали в мире наших бабушек и дедушек. Профессор поощрял нас использовать такой подход для изучения поведения нашего общества, частью изменений в котором мы должны быть. На массовое промышленное животноводство будущие поколения оглянутся как на пережиток слаборазвитого века.

Я называю нравственные обвинения, которые Фоер выдвигает против поедания животных, мужественными, - потому что подобная позиция не только непопулярна, её изображают «недостойной мужчины», ребяческой и опрометчивой. Но Фоер напоминает нам, что быть мужчиной, быть человеком требует больше умственных усилий, чем просто заявлять: «Это вкусно, поэтому я это ем». Фоер постулирует: рассуждение, рекламируемое Майклом Полланом (Michael Pollan) в его «Дилемме всеядности» (The Omnivore's Dilemma) и подразумевающее необходимость быть вежливым с соседом по застолью даже вопреки собственным идеалам, звучало бы абсурдно применительно к любому другому убеждению (например: я против изнасилований, но если это требуется для того, чтобы ублажить устроителей обеда, пусть будет так).

Однако самые эффективные жесты Фоер делает как миротворец, объединяя две стороны в дебатах по поводу причин поедания животных. Обе стороны утверждают: мы – не они. Те, кто воздерживается от употребления в пищу животных, утверждают: Мы не должны проходить через то, через что проходят они – мы не они. Мы способны разграничивать, выбирая между тем, что можно есть и тем, что есть нельзя (американцы едят коров, но не собак; индусы едят кур, но не коров, и т.п.). Мы обладаем способностью учитывать чужой разум и чужую боль. Мы не они. В то же время, те, кто оправдывает поедание животных, говорят то же самое: Мы не они. Они не достойны цениться так же, как мы. Они не мы.
[кстати, в названии книги - традиционная для стилистики Фоера игра слов: Eating Animals - одновременно и «Поедание животных», и «Едящие животные» - Е.К.]

Таким образом, Фоер в своей книге «Поедание животных» показывает, что думаем мы одними и теми же словами: Мы не они. Однако, спрашивает писатель, какое определение мы дадим себе, - кто такие мы?

источник
Перевод – Е. Кузьмина © При использовании моих переводов обязательна ссылка на сайт http://elena-kuzmina.blogspot.com/

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...