Tuesday, May 06, 2014

Боевые кони в Первой мировой войне / WWI War Horses - Michael Morpurgo

«Боевой конь» — роман для детей, написанный Майклом Морпурго (Michael Morpurgo, род. в 1943 году).
Впервые опубликован в Великобритании в 1982 году.
В 2007 году по мотивам книги лондонский Национальный театр поставил одноименную пьесу.
В 2011 году Спилберг снял по роману фильм.

(на фото:
Майкл Морпурго с художницей Али Баннистер, см. ниже)

В книге рассказывается история многолетней дружбы и привязанности Альберта и выросшего рядом с ним коня Джоуи (Joey).
С началом Первой мировой войны Джоуи был продан в кавалерию и переправлен с войсками во Францию, где на его долю выпало множество испытаний. Его новый владелец и наездник, капитан Николлс, был убит во время одной из атак.
Конь оказался в самом пекле войны; столкнулся со смертями, болезнями и бедствиями, завлекшими его в необычайную Одиссею; служил на обеих воюющих сторонах; а потом оказался израненным на «ничьей земле» (пространство между траншеями противников).
Но Альберт не забыл своего друга. Всё еще слишком юный для поступления на военную службу, он смело пускается в опасный путь, чтобы отыскать своего коня и вернуться с ним домой.

(На фото: Кавалерия на отдыхе в воронке от разорвавшегося снаряда, 1916-1917)

В 1976 году Майкл Морпурго вместе со своей женой Клер (Clare Morpurgo) основал благотворительное общество «Фермы для городских детей» (Farms for City Children), цель которого – познакомить городских детей с подробностями деревенской жизни и с фермерскими животными. В рамках программы этого общества дети могли в течение недели пожить в деревне, принимая непосредственное участие в сельхозработах.
В 1999 году за это начинание и работу с молодежью супруги Морпурго получили звание Кавалеров Ордена Британской империи (Members of the Order of the British Empire, MBE).

источник; источник

Рождение книги

источники: The birth of War Horse (2012); Morpurgo: War Horse is a story I had to write

Писатель Майкл Морпурго (Michael Morpurgo) объясняет, как трое старых солдат и один мальчик из Бирмингема вдохновили его на создание эпической конной саги.

35 лет назад мы с моей женой Клер перебрались в Иддесли (Iddesleigh), глухую деревеньку в Девоне. Это был наш первый настоящий дом. Мы переехали, чтобы заняться образовательной благотворительной организацией, «Фермы для городских детей» (Farms for City Children).
Мы познакомились с нашими новыми деревенскими соседями, среди которых оказалось трое долгожителей далеко за 80: Уилф (Уилфред) Эллис (Wilf Ellis), капитан Баджетт (Captain Budgett) и Альберт Викс (Albert Weeks) – первые двое были солдатами в годы Первой мировой войны.
[В посвящении романа Майкл Морпурго высказал признательность этим людям за вдохновение.]

Как-то раз в пабе за пинтой пива мы с Уилфредом Эллисом разговорились. Он начал делиться давними воспоминаниями: о том, как 17-летним парнем оказался на войне, как прятался в траншеях, как был отравлен газами, как боролся с немецким солдатом, который мог бы его убить, но не сделал этого...
Он привел меня к себе домой и показал лопату для рытья траншей и фотографии, на которых были он и его друзья в военной форме. Уилф говорил просто и волнующе. Я не расспрашивал – просто слушал.
Старый Уилф рассказал мне такое, чего не прочитаешь в романе или стихотворении, не увидишь в кино. Казалось, что он взял меня за руку и показал всё это; тот неизбывный страх, поведать о котором можно только своему боевому коню, пока кормишь его...

Вскоре после этого у себя на чердаке я нашел рисунок – выполненный гуашью, с подписью Ф.В.Рид (F.W. Reed) и датой – 1917 год. Картина изображала британскую конницу, идущую в атаку на немцев по снежному склону. Некоторые кони запутались в колючей проволоке, и солдаты тоже...


Рассказ Уилфа Эллиса, агонизирующие люди и кони с найденной картины не выходили у меня из головы.
Я позвонил в Имперский военный музей [в Лондоне; основан в 1917, открыт в 1920 году] и спросил, сколько всего лошадей погибло в годы Первой мировой.
Миллион или больше, ответили мне. И это только со стороны Британской армии – всего же погибло около восьми миллионов лошадей.
– А сколько вернулось? – 62 тысячи.

(На фото: Кони и немецкие солдаты Первой мировой войны)

После этого я понял: мне необходимо рассказать историю одного из этих боевых коней.

Но мне нужны были еще сведения.
Я знал, что наш сосед, капитан Баджетт, служил в территориальной коннице и работал с лошадьми. Я отправился к нему.



Старый капитан Баджетт рассказал о том, чтó пришлось вынести людям и лошадям на войне; как совершенно одинаково они умирали – застреленные, запутавшиеся в колючей проволоке заграждений, от взрывов; как тонули в грязи, какие терпели мучения и болезни, а также о том, как неразрывно крепка связь и доверие между солдатом и его конем.

Он говорил о лошадях на войне так, словно это его лучшие друзья. Когда он кормил или чистил своего коня, он мог нашептывать ему самые заветные надежды и делиться страхами. А ведь капитан Баджетт был далеко не сентиментальным человеком.

Я начал подробное исследование темы.
В 1914 году Британская армия отчаянно нуждалась в лошадях; и для участия в боевых действиях, и для перевозок орудий, госпиталей, амуниции.
(На фото: Перевозка раненых, 1917 год)

Солдаты ехали в деревни, платили хорошие деньги за крепких крестьянских лошадей; охотились за лошадьми.
Я узнал, что в 1914 году место продажи лошадей было как раз напротив моего паба, «Дюк из Йорка».

Лошадей начинали дрессировать – прежде всего, приучали не бояться. Лошади, как и все животные, не выносят громких резких звуков, а здесь – взрывы, выстрелы. Надо было приучать их не бояться и выдерживать линию даже под обстрелом.
Всадники отличались отменными навыками.


Несмотря на колючую проволоку и изобретенный в 1881 году пулемёт, несмотря на сокрушительные последствия их использования в русско-японской войне, в начале Первой мировой британская армия как всегда, как тысячелетия назад, обратилась к конной гвардии.

Потребовались месяцы и годы, и невообразимая бойня с гибелью бесчисленных солдат и миллионов лошадей, прежде чем был признан идиотизм использования кавалерии в новых условиях. Наконец поняли, что незащищенные лошади становятся легкой мишенью для артиллерии, что их буквально косит пулеметным огнем, что их заживо раздирают в клочья заграждения из колючей проволоки.
На подходе было новое оружие убийства – танки.

(На фото: Солдаты и боевые кони в противогазах)

Когда Западный фронт занял позиции для «окопной войны», от швейцарской границы до Северного моря протянулись более 700 тысяч километров колючей проволоки и окопных траншей. Противоборствующие армии разделяла полоса «ничьей земли» (пространство между траншеями противников). Моторизированным силам на местах перемещаться было трудно – и на лошадей пали еще более тяжкие работы. Условия были чудовищными, укрытий для лошадей практически не существовало, ветеринарной помощи не хватало.

Изнурение среди лошадей на войне было таким же, как и среди людей. Как и люди, животные гибли от истощения и болезней.

Из миллиона лошадей, которых переправили через Ла-Манш из Англии в Первую мировую, в итоге вернулись домой 62 тысячи.
Великая «мудрость» британских властей – решение продать тысячи и тысячи этих боевых лошадей.
В Египте их загоняли или избивали до смерти на каирских улицах; во Франции и Бельгии забивали на скотобойнях на мясо. Это было настоящим подлым предательством.


Чем глубже я исследовал, чем больше узнавал об ужасном положении этих животных, которые верно служили людям, выполняя их волю, тем тверже я убеждался в необходимости написать историю жизни одной из них.

Я был готов начать работу над книгой. Но вскоре прояснилась еще одна деталь: я смогу написать эту историю только с точки зрения лошади. Я хотел зафиксировать историю военных бедствий с точки зрения боевого коня.
Мой герой будет самым обычным фермерским конем из Девона, проданным в британскую армию. Он попадет в конницу, отправится во Францию, будет пойман немецким солдатом, потом будет жить на французской ферме... Я знал, что от моих читателей, юных и старых, потребуется отбросить любые сомнения по поводу того, может ли история рассказываться конем. Я не был уверен, что сумею всё сделать убедительно.

В том, что мой замысел удасться воплотить, меня убедил мальчик, который приехал на нашу ферму из Бирмингема. Его учителя предупредили нас, что за два года обучения в школе Билли едва мог говорить (он страдал заиканием и очень стеснялся). За всю неделю на ферме он не вымолвил ни слова. Но я заметил, что Билли легко находил общий язык с животными.

Как-то вечером я, как всегда, шел к детям, чтобы почитать им на ночь.
Была темная ноябрьская ночь, я вышел во двор и увидел Билли. Он, прямо в тапочках, стоял у конюшни и поглаживал морду нашей лошади, Хиби (Hebe). И он говорил! Слова так и лились потоком, он рассказывал о прошедшем дне на ферме, о том, как ему тут нравится, как не хочется уезжать. А Хиби стояла и слушала. Я уверен: лошадь понимала, как важно для ребенка её присутствие и внимание. Между этими двумя существами была связь и доверие, взаимная потребность в проявлении внимания и нежности.

И тогда же я решил, что непременно сумею написать историю жизни коня, рассказанную от его имени. Это было не так просто сделать, но я сделал. Книга была опубликована в 1982 году и получила неоднозначные отзывы: некоторые сочли её слезливой и сентиментальной...

На сцене Национального театра конь Джоуи – кукла, конь в натуральную величину, так точно и плавно движимый, что зритель забывает о том, что это не живое существо. И зрительный зал излучает столько сострадания, надежды и сочувствия, что переворачивается душа.

* * *
В авторском вступлении романа Майкл Морпурго упоминает вымышленную версию картины, с надписью «Джоуи. Рисунок Капитана Джеймса Николлса, осень 1914».

После успеха «Боевого коня», поклонники книги Морпурго и кинофильма Спилберга прибыли в деревню Иддесли, чтобы взглянуть на описанную картину. Миссис Викс (жена одного из стариков-вдохновителей писателя) сказала им, что такой картины нет...


Морпурго, по совету его жены Клер, решил исправить ситуацию:
«Когда шли съемки фильма, Спилберг пригласил художницу Али Баннистер (Ali Bannister) сделать несколько набросков с лошадьми, для фильма. Мы поехали на съемочную площадку (это была идея Клер): из-за того случая в деревне она решила, что неплохо действительно иметь такую картину с конем на стене, там, где её хотят видеть поклонники».

Художница согласилась «превратить большую некрасивую ложь в маленькую творческую». На рамке картины есть даже надпись из романа Морпурго.

источник; источник

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/

см. о сценической постановке по мотивам романа «Боевой конь»


Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...