Monday, September 08, 2014

Убит знаменитый кенийский слон Рваное Ухо/ Mourning the Loss of a Great Elephant: Torn Ear, and Big Life Foundation

источник: Mourning the Loss of a Great Elephant: Torn Ear

Почитаемый любимец кенийцев, африканский слон по кличке Рваное Ухо, 7 февраля 2014 года убит браконьерскими отравленными стрелами.

Слона обнаружил около водопоя Ричард Бонхэм (Richard Bonham), со-учредитель и руководитель африканского отделения организации по защите дикой природы Big Life Foundation. Он заметил, что походка слона какая-то странная, а затем обнаружил две раны в области грудной клетки животного. После осмотра ветеринаром выяснилось, что началось воспаление брюшины, спасти слона не удастся – пришлось его усыпить...

Ричард Бонхэм написал в своем блоге: «Вчера мы потеряли нашего культового слона, одного из немногих сохранившихся на континенте животных, чьи бивни весили свыше 45 кг. Более 20 лет я называл этого слона моим другом. Эмоции переполняют меня. Наша миссия по охране оказалась не выполненной... Но наибольшую грусть вызывает тот факт, что Рваное Ухо, наверное, лишь один из сотни слонов, убитых за этот день ради торговли слоновой костью».

Мы поговорили с Ричардом Бонхэмом о гибели Рваного Уха и катастрофической ситуации с браконьерством в Африке.

Ричард Бонхэм: По рваному левому уху этого слона было очень легко узнать. [Слоны часто рвут уши о кусты или деревья, но здесь был оторван значительный кусок!]
Слон начал приходить на водопой к Ол Доньо Лодж и стал постоянным обитателем. С первого дня было ясно, что это очень спокойный и дружелюбный слон, легко подпускающий к себе людей.
Мы взвесили его бивни [после смерти слона], и оказалось, что один бивень превышает 45 килограммов. Это большая редкость у нынешних слонов. И, видимо, как раз это и привлекло внимание браконьеров, став причиной гибели Рваного Уха.


Слон Рваное Ухо погиб от отравленных стрел. Браконьеры часто используют такие методы?

В каждом регионе по-разному. Обычно современные браконьеры используют автоматы. Но район Цаво (Tsavo area), где доминирует племя Вакамба, отличается большим числом лучников, они традиционно были очень ловкими и умелыми охотниками.
Грамотно пущенная отравленная стрела смертельна, животное гибнет в течение 20 минут. Но в противном случае... например, если стрела угодила не в брюхо жертвы, или яд несвежий, или еще что-то – стрела не убивает наверняка. Однако зачастую выживший слон всё равно умирает медленной смертью от инфекции. Мучительное умирание может длиться целый месяц.
Стрелы популярны среди браконьеров, поскольку помогают им снять с себя ответственность перед егерями, представителями власти, осведомителями: ничего не было, никакого «выстрела».

Заметили ли вы реакцию других слонов на гибель Рваного Уха?

Да. У останков погибшего мы спрятали камеру-ловушку, и сняли группу слонов, с которыми Рваное Ухо общался. Они пришли к телу, стояли, горюя и прикасаясь хоботами к останкам.

Фонд Big Life Foundation был основан в 2010 году – вами, фотографом Ником Брэндтом (Nick Brandt) и вскоре примкнувшим к вам борцом за охрану природы Дамиеном Беллом (Damien Bell). Чем бы вам хотелось, чтобы ваша работа отличалась от деятельности других природоохранных организаций?

Каждый участок дикой природы дает свой рецепт в плане её защиты. Есть множество вариаций. Что это, охраняемая территория? Или общественная земля? Каков ареал: лесистый, или открытая местность? Что за племена живут рядом? Как близко расположены города, дороги, деревни?
Наш фонд работает в жилых областях и в зонах, граничащих с национальными парками. Нашей задачей всегда было сотрудничество с местными сообществами: привлечь их на нашу сторону, предоставляя рабочие места, образование, доход от охраны дикой природы. Такой подход дает местным жителям уверенность: они здесь хозяева и несут ответственность за окружающее.

Ваш коллега Ник Брэндт пишет на вебсайте фонда Big Life: «Многие неправительственные организации не имеют своих представителей на местах, руководя проектами из офисов в Найроби, или еще похуже – из Лондона, Нью-Йорка, Вашингтона». Вы считаете, что многие организации оторваны от реальности и проигрывают бой с браконьерами?

Я считаю, что крайне важно, чтобы руководитель проекта работал на месте, живя среди охраняемой им природы и животных, работая рядом с местными жителями и представителями власти. Я живу здесь 20 лет, и это дает мне возможность более эффективно координировать наши действия и общаться со всеми вовлеченными сторонами. Мне нравится думать о фонде Big Life как о первичной, низовой организации, тесно связанной с местными реалиями.

Есть много неправительственных организаций, выполняющих важнейшую и качественную работу. Есть и такие, кто тратит деньги впустую. Есть организации, политика которых запрещает нанимать местных егерей-рейнджеров и скаутов.
Наш фонд критикуют за вкладывание больших средств в наём егерей-рейнджеров, говоря, что это нерационально. Но защита окружающей среды, дикой природы – не кратковременная задача. Придется работать постоянно.
Я слишком много видел неправительственных организаций, приходивших на два-три года и оставлявших после себя очень мало сделанного, мизерные результаты.
Есть организации, которые тратят бюджет на маркетинг и сбор денежных средств. И мало что попадает конечному адресату. Я знаю одну программу, с бюджетом в 13 миллионов долларов, из которых на места, по назначению попало только три миллиона.

Самое успешное достижение вашего фонда Big Life?

Не подлежит сомнению, что территории, где работает наш фонд, сократили число убийств животных ради индустрии бушмит (bush meat trade; торговля мясом диких африканских животных; см. статьи на тему). До прихода нашего фонда цифры были гораздо выше. То же применимо к слонам. В прошлом году мы потеряли от рук браконьеров 5 слонов, из популяции численностью более чем 2 тысячи особей. Это доказывает, что мы на правильном пути.
У нас работает схема восполнения популяции хищников. Точные данные привести сложно, из-за отсутствия цифр за период до прихода нашего фонда. Но в одном и районов популяция львов выросла от 5-6 особей до 50.

Будет ли модель фонда Big Life скопирована другими странами или отдельными районами?

Уверен, что у нас есть рецепт практического, связанного с жизнью, успешного подхода к защите дикой природы. Главнейшая составляющая – это поддержка местных жителей, живущих рядом с охраняемой нами природой. И она у нас есть. Что до копирования, то новый Акт о защите дикой природы Кении признаёт необходимость передачи центральными властями управления на места.

В работе егерей-рейнджеров главное – самоотдача; это не просто работа. Когда мы теряем какое-нибудь животное здесь, егери воспринимают это как личную трагедию. Да, можно обучать егерей, платить большие зарплаты, предоставить оборудование. Но если эти люди не чувствуют личной ответственности и вовлеченности – всё остальное трата времени.

Как вы оцениваете реакцию СИТЕС (Конвенция о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения) на критическую ситуацию с браконьерством?

Здесь нечего оценивать. Они полностью провалились, это крах. Одна из причин нынешней катастрофы – это чудовищное разрешение СИТЕС единовременной «экспериментальной продажи» слоновой кости.
(см. подробнее об этой ситуации).

Что вы думаете об использовании военных сил для борьбы с браконьерами?

Привлечение военных – обоюдоострый меч. Возможно, в отдельных случаях их участие оправданно, но это ни в коей мере не долгосрочное решение проблемы. Это не война, которую можно выиграть автоматами. Необходимо уничтожить рынок сбыта слоновой кости, породить добрую волю и готовность действовать во имя дикой природы у тех, кто живет с нею рядом.

Как вы справляетесь с мыслью, что те слоны, о которых вы заботитесь, скорее всего, погибнут?

Я живу с этой мыслью постоянно. Я вижу отдельных особей, которых легко могу узнать; я вижу целые стада слонов, которых никогда не видел ранее. И каждый раз ловлю себя на мысли: увижу ли я этих животных снова? А если увижу, не будут ли это гниющие останки...

Что можно сказать о нынешнем браконьерстве в сравнении с кризисом 1970-80-х годов?

Я слишком хорошо помню волну браконьерства тех лет. Никогда бы не подумал, что ситуация может стать хуже. Но происходящее сегодня затеняет кризис тех лет.
(см. также о кризисе 1970-80-х)

* * *
Как помочь слонам / Poarching crisis: How to help elephants

Несмотря на международные запреты, торговля слоновой костью процветает. Но есть и те, кто противостоит преступной индустрии.

Организация Last Great Ape Organization (LAGA) возникла 9 лет назад в Камеруне, для борьбы с бушмитом (мясо диких африканских животных), а также с браконьерами, охотящимися за слоновой костью. LAGA помогает проводить расследования под прикрытием, предоставляет юридическую помощь на стадии судебных обвинений, публикует документы о юридических разбирательствах преступлений, делая материалы достоянием общественности.
На фото: Мать этого слонёнка убили браконьеры из-за бивней. Осиротевший слоненок отдыхает в своем загончике вместе с её опекуном, сотрудником слоновьего питомника, организованного в Найроби фондом дикой природы (David Sheldrick Wildlife Trust). Приюты и питомники Кении выхаживают множество юных жертв нелегальной торговли слоновьей костью. Часть животных в итоге будет возвращена в дикую природу.
Больше информации на вебсайте фонда Sheldrickwildlifetrust.org.

Основатель организации Офир Дрори (Ofir Drori) говорит: «Основу нашей работы составляет борьба с коррупцией. А коррупция процветает на всех уровнях власти».

Для примера: в настоящее время LAGA в сотрудничестве с камерунскими властями готовит дело против нескольких человек, вовлеченных в перевозку 4,3 тонн слоновой кости из Камеруна в Гонконг. Виновные – жители роскошных районов города, расположенных среди посольств других стран: «Чтобы иметь возможность провести эту операцию и возбудить уголовное дело, необходимо привлечь десятки коррумпированных генералов, магистратов, мэров. Это показывает масштаб и структуру организованной преступной цепочки по торговле слоновой костью».

Сейчас Офир Дрори расширяет поле борьбы, вовлекая организации трех других африканских стран: «Мы не побеждаем, даже не начали. Но в странах, где мы работаем, за решетку попадает еженедельно хотя бы один торговец слоновой костью».

For more information about LAGA, go to laga-enforcement.org.

For more information about EIA, go to eia-international.org or Facebook.com/environmentalinvestigationagency.

Here are some other organizations doing important work to combat the illegal ivory trade:

Save the Elephants: savetheelephants.org

Big Life Foundation: biglifeafrica.org

International Fund for Animal Welfare: ifaw.org

SOS Elephants: soselephants.org

Важно: предупреждение покупателям

Туризм способствует процветанию нелегальной торговли слоновой костью. В некоторых странах очень легко купить сувениры, религиозные символы и безделушки из слоновой кости. Какой бы маленькой не была вещица из слоновой кости, помните: это бивень убитого слона. Во многих странах ввоз изделий из слоновой кости запрещен законом.

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...