Thursday, October 23, 2014

Шотландия - 600 000 подопытных животных в год /NAVS: animals experimented on in Scotland last year

источник: NAVS - 600k animals experimented on in Scotland last year

Более полумиллиона животных были использованы в качестве подопытного материала в лабораториях Шотландии за прошлый, 2013 год.

Под эгидой Парламентского акта, относящегося к научным опытам, или Акта о животных 1986 года (Animals /Scientific Procedures/ Act 1986), в различных болезненных экспериментах использовали 619 798 животных.

Приматы, кошки, собаки, лошади – вот лишь некоторые виды, подвергаемые болезненным тестам.

Данные по Великобритании за прошлый год достигли 4,12 миллионов – наивысшая цифра за последнее время. И это несмотря на обещание правительства сократить число опытов на животных.

В Шотландии, правда, цифра за 2013 года несколько ниже, чем за 2012 – тогда насчитывалось 623 194 подопытных животных.
Почти 80% опытов на животных в Шотландии имеют место в медицинских высших и средних учебных заведениях. По окончании экспериментов животных обычно умерщвляют.


Национальное общество против вивисекции (The National Anti-Vivisection Society, NAVS) крайне встревожено полученными цифрами.
Йан Кример (Jan Creamer), президент NAVS, заявил: «Численность животных, которых пользуют как подопытный материал в шотландских университетах, просто шокирует. Эти опыты спровоцированы, как правило, одним любопытством! А приводят к неописуемым мучениям животных. Наша обязанность – немедленно выступить против равнодушия научного и гражданского общества к данной проблеме».

Грэм Моррис (Graeme Morrice), член парламента от лейбористов, сказал: «Несмотря на некоторое сокращение числа подопытных животных, университеты Шотландии продолжают использовать в устаревших и ненужных тестах множество животных, и это не может не беспокоить. Мои избиратели крайне озабочены происходящим. Поэтому я присоединяю свой голос к требованиям NAVS: необходимы немедленные и решительные меры для полного прекращения ненадежных и устаревших опытов на животных».

По статистике, более половины всех использованных в Шотландии подопытных животных (а именно 335 116) были генетически модифицированы. Генетическая модификация – одна из основных областей экспериментов на животных. Наблюдается её стремительный рост.
Художница Сью Коу -
Ксенотрансплантация: "Мышь имеет право слушать, но не говорить".- отсюда

По данным «Национального общества против вивисекции» (NAVS), в процессе генетических модификаций животных намеренно уродуют и подвергают продолжительным мучениям в ходе многократных хирургических операций, имплантов, тестов крови и тканей, и т.п.
Животных содержат в крохотных стерильных ёмкостях.

Представители NAVS выяснили, что подопытных обезьян для опытов в Британии доставляют с Маврикия. В 2014 году команда NAVS сумела зафиксировать чудовищные сцены на ферме по разведению приматов на Маврикии: кричащие детеныши, отрываемые от матерей, избиение беременных самок, нанесение татуировок и т.п. (см. статью об этом)

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Wednesday, October 15, 2014

750 000 домашних животных убиты за одну неделю в Британии в годы войны/ Panic that drove Britain to slaughter family pets

В продолжение темы

источник: Panic that drove Britain to slaughter 750,000 family pets in one week. It's one of the war's great forgotten tragedies - now, a heartbreaking book reveals the truth

Паника подтолкнула британцев к убийству более 750 тысяч домашних животных за одну неделю.
Это одна из забытых трагедий периода Второй мировой войны.
О ней напоминает новая книга, написанная Клер Кембелл (Clare Campbell).

Автор книги, Клер Кембелл, рассказывает:

В конце 1930-х годов моя тётка Лина ежевечерне прогуливалась со своим любимым терьером Пэдди. Они приходили на железнодорожную станцию встретить мужа Лины, Эрнеста, приезжавшего вечерним поездом. Пэдди радостно подпрыгивал, приветствуя прибывшего, и все трое отправлялись домой.
Но когда в сентябре 1939 года разразилась война, Эрнест холодно сообщил Лине, что она не может оставить Пэдди – и на следующий день он забрал собаку и унес из дома. Лина никогда больше Пэдди не видела.

Этот случай кажется невообразимо жестокой реакцией на начало войны. Но Эрнест был лишь одним из многих. Подобная сцена происходила в тысячах британских домов: плачущие дети, рыдающие матери и суровые отцы, твердящие, что они совершают самое милосердное в такой ситуации.

Когда впервые зазвучал сигнал воздушной тревоги, семьи поспешно закрывали окна черными шторами, бессчетное число кошек и собак прогоняли на улицу, или сажали в мешки, чтобы швырнуть в канал, или закапывали на задворках и в переулках.

По оценкам, не менее чем три четверти миллиона любимых домашних питомцев были уничтожены в первую неделю после объявления войны.

Можно только удивляться тому, как британцы, известные своей любовью к животным, вдруг решили убить такое множество животных. На самом деле, их действия основывались на ложной идее, будто убийство домашнего питомца – патриотический и гуманный шаг.

Я столкнулась в бесконечным числом историй вроде случая тёти Лины, её мужа Эрнеста и собаки Пэдди, когда собирала материал для книги о положении «гражданских» животных в годы Второй мировой войны. [Речь идет о книге Клер Кембелл «Сумасшедшая война: Животные под обстрелом: 1939-1945» (Bonzo's War: Animals Under Fire 1939 -1945); читайте об этом здесь. – Е.К.]

Очень много написано о тех животных, которые принимали участие в боевых действиях, им даже установлен национальный мемориал в Гайд Парке. Но крайне мало известно о животных на «домашнем фронте», где владельцы с началом войны массово уничтожали своих питомцев.

И, как я выяснила, основной движущей силой в этой бойне было правительство.

Власти не только установили слежку агентов MI-5 [Британская секретная служба; отвечает за внутреннюю безопасность - Е.К.] за активистами прав животных, но и объявили массовую эвтаназию для «несущественных животных»; спонсировали секретную кампанию по разжиганию ненависти к собакам и ввели уголовную ответственность для владельцев кошек за то, что те давали своим питомцам блюдце молока.

Массовое уничтожение домашних животных в сентябре 1939 года было предсказано событиями накануне. Во время Мюнхенского кризиса в 1938 году, когда Германия оккупировала части Чехословакии, благотворительные зоозащитные организации буквально осаждались владельцами домашних животных, напуганными перспективной массированных газовых атак с воздуха на британские города. Страх состоял в том, что их животные при звуках сирен или взрывов впадут в истерику и побегут по загрязненным горчичным газом улицам.

Министерство внутренних дел формирует специальный Национальный комитет по мерам предосторожности в отношении животных во время воздушных налётов (National Air Raid Precautions Animals Committee, NARPAC), возглавленный ветеринаром на пенсии.
Эта «папочкина армия для домашних животных» обязана быстро действовать в критических ситуациях, предлагая укрытие потерявшимся или напуганным животным, излечивая раны или безболезненно умерщвляя страдающих зверей.

Накануне войны министерство внутренних дел издает брошюру, в которой указано, что домашним животным запрещен вход в бомбоубежища.

Кроме того, предлагается руководство типа «сделай сам» по умерщвлению животных. На второй странице помещалась реклама пистолета с выдвигающимся ударным стержнем с подписью: стандартный инструмент для гуманного умерщвления домашних животных.

В день, когда Гитлер вторгся в Польшу, радиостанция Би-Би-Си официально подтвердила политику правительства: домашних животных не пускать в бомбоубежища и не давать укрытия.

Результатом стала паника.

Ист-Лондонский ветеринар зафиксировал события того первого дня:
«Звучали сирены... и практически сразу же наш West Ham Town Hall был осажден толпами паникующих людей с животными, которых они принесли на уничтожение. Несмотря на наши попытки урезонить паникующую толпу, вскоре наше здание было заполонено кошками и собаками, которых люди побросали в коридорах и кабинетах».

Той ночью перепуганные животные, брошенные своими попечителями, бродили по затемненным улицам.

Последовали пять дней массового истребления животных. Одна местная контора была завалена останками собак и кошек (куча трупов в несколько футов вышиной).

Даже Лондонский зоопарк не избежал кровавого побоища. Убиты ядовитые змеи и пауки «черная вдова»; убиты морская корова (ламантин), шесть индийских фруктовых летучих мышей, семь крокодилов, мунтжак (маленьких азиатский олень), два американских аллигатора, а также двое львят. Всё это называлось «уничтожение в военных условиях».

После первых дней уровень убийств немного снизился. Но произошедшее повергло всех в шок. Многие любители животных были потрясены тем, что правительство создало подобную панику среди населения.

Нина, герцогиня Гамильтон (Nina Douglas-Hamilton, Duchess of Hamilton, 1878 – 1951), превратила свое поместье в Вилтшире (Wiltshire estate, Ferne) в приют для животных.
Возникало всё больше «зверинцев» по мере того, как добросердечные пожилые леди предлагали приют.
Животные из «живых уголков» местных школ (морские свинки, кролики) были взяты под опеку одним фермером в Бирмингеме (West Moseley, Birmingham).
«Лига в защиту собак» (The Canine Defence League, ныне Dog Trust) выкапывала и оборудовала свои бомбоубежища для собак в Кенгсингтонских садах.
Тысячи котов и кошек оказывались на улице и примыкали к колониям бездомных животных, например, в южной части Лондона (Clapham Common).

Но худшее было еще впереди.

Когда осенью 1940 года фашисты начали активно бомбить Британию, снова поднялась волна паники. Животных тысячами выбрасывали. Упоминавшийся выше ветеринар из West Ham вспоминает, что атакуемые с воздуха улицы были буквально запружены кошками.

Городские власти начали проводить массовые бойни, используя электрошок, цианид и хлороформ. Нередко происходило умерщвление более 100 животных за один раз: животных было такое количество, что истребить их могла только масштабная бойня.

Однако упомянутый выше ветеринар не расстался со своим котом Джинджером (Ginger, в переводе с английского - имбирь, или рыжик), который даже в разгар воздушных тревог проявил стойкость и преданность, «встречая меня дома каждый вечер, посреди вопиющей несправедливости сумасшедшей людской борьбы».

Одно новостное агентство писало о собаке породы колли, которая при звуках сирены «раньше всей семьи спешила в укрытие, оборудованное в частном саду, и первая возвращалась домой прямо перед тем, как небо становилось чистым».
Но тот же автор добавлял:
«Плохо обученные собаки создавали неудобства: громко лаяли и испуганно метались. Если собачий корм станет национальной проблемой, таких собак следует уничтожить первыми».

Появилась реклама транквилизаторов (успокоительных средств) для испуганных животных, а также беруши (защита ушей от шума) для собак.

Одна леди запрашивала у властей информацию о противогазах для пчел.

Для тех же, у кого не было частных бомбоубежищ, дилемма была чудовищной.
Некоторые люди предпочитали оставаться во время бомбежек дома со своими питомцами, а не прятаться в общественном убежище, куда ход животным закрыт.

Проект Mass Observation, фиксировавший реакцию простых людей на военные события, цитирует слова жителя Ист Лондона (Poplar, East London): «Жена и детишки в безопасности. Но если и я пойду с ними в убежище, то буду переживать – как там мои животные».

С течением времени более острым стал вопрос о корме для животных.
В августе 1940 года был принят «Указ о разбазаривании пищи» (Waste Of Food Order): согласно ему, кормление животных пищей, пригодной для людей, стало преступлением, наказуемым двумя годами тюрьмы.

Собачьи галеты исчезли из магазинов. Завод по производству питания для животных «Чаппи» в Беркшире, был закрыт. Животных кормили, кто чем мог.

Одну женщину, миссис Винфред Айрли (Winifred Airlie), оштрафовали на 5 фунтов за то, что она давала хлеб своей ручной белой мышке.

Но мыши были в относительной безопасности. Настоящими врагами государства стали считаться собаки.
Один чиновник в министерстве продовольствия стенографировал с заседания его решения: «Единственное решение – обеспечить сокращение численности собак».
Тайно обсуждалась политика, предписывающая, в случае ухудшения продовольственной ситуации, иметь одной семье не больше одной собаки. Правда, в силу она не вступила.

Всячески подогревались анти-собачьи настроения: «Говорите всем, донесите до общественности – они [собаки] пожирают 280 000 тонн мяса в год!»
Кампания оказалась эффективной.
Один «владелец дворняжки», опрошенный в августе 1941 года, сказал: «Тех, кто кормит своих собак, следует сажать в тюрьму за саботаж... Некоторые богатые дамочки скармливают свои псам еду, которая стала бы пиршеством для бедняка...»

Кошки тоже стали мишенью министерства продовольствия, его анти-кошачьи выпады стали известны журналистам: «Слишком многие из семи миллионов кошек в этой стране раскормлены, им дают порции мяса и рыбы, которые стали бы обедом для неимущего человека».
Повсюду распространялась информация: кошки потребляют 40 миллионов галлонов молока в год.
Канцлер обдумывал введение налога на кошек.

Но ничто не могло отпугнуть самых преданных спасателей кошек.
Общество защиты животных (Animal Defence Society) сообщало о «бедной пожилой женщине, жившей в крохотной комнате... заполненной котами и кошками, которых она спасала. Такие люди отдавали свой последний сухарь своим собакам и кошкам».

Правительство пошло на небольшую уступку: кошек разрешили держать тем, кому требовалась ловля крыс и мышей по бытовым условиям (например, владельцам крупных складов).
Также указывалось: «Хотя запрещено давать кошкам жидкое молоко, но небольшое количество испорченного молочного порошка можно давать кошкам, занятым в работе национальной важности». Иными словами — кошкам, которые ловят мышей в промышленных зонах и на предприятиях.

Собакам подобных уступок не делалось. Но, начиная с 1942 года, если семья не могла прокормить свою домашнюю собаку, её можно было отдать на службу в армии, на полный рацион. Правда, многие владельцы собак боялись, что их питомец не узнает их по возвращении.

В 1949 году немецкая овчарка по кличке Брут демобилизовалась из армии, вернулась в графство Лестершир и после трех лет военной службы встретилась на железнодорожной станции со своим хозяином. К смятению хозяина, Брут его не признал. Они пошли домой, словно чужие. Зато когда Брут вошел в двери и услышал голос своей хозяйки, он тут же стал радостно прыгать. Казалось, будто он никогда и не уезжал. Брут стал другом и соратником в играх для двух детей семьи – причем младший родился, когда пёс служил в армии.

История Брута – счастливая история пса, который выжил.
Но мы не должны забывать сотни тысяч собак и кошек, которые были безжалостно истреблены паникующими людьми и чиновниками в те черные дни Второй мировой войны.

Из комментариев к статье:
Люди такого сорта, те, кто выбрасывает или усыпляет своих животных, и сейчас живут среди нас.
Они покупают собаку, живя в съемной квартире; потом оказывается, что квартировладелец против.
Или из-за полного рабочего дня собака становится слишком большой обузой...
Они держат кошку или собаку, потом появляется ребенок, второй, начинаются «аллергии» - и от животного избавляются.
Они бросают некогда ласкаемого питомца, потому что «этот дом выставлен на продажу, надо переезжать».
Между тем есть люди вроде меня – те, которые не расстаются с домашним питомцем ни при каких условиях, потому что он – моя СЕМЬЯ!

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Малоизвестная история о массовом убийстве домашних животных в годы Второй мировой войны/ little-told story of the massive WWII pet cull

источник: The little-told story of the massive WWII pet cull
By Alison Feeney-Hart - BBC News Magazine


В начале Второй мировой войны распространенная правительством инструкция привела к массовому истреблению домашних питомцев в Великобритании. Более 750 тысяч животных были убиты всего за одну неделю.
Этот малообсуждаемый факт истории стал темой новой книги.

Убийства британских собак и кошек стали результатом кампании по распространению общественной информации, вызвавшей чрезвычайную реакцию со стороны встревоженных британцев.

Летом 1939 года, прямо перед началом войны, был сформирован Национальный комитет по мерам предосторожности в отношении животных во время воздушных налётов (National Air Raid Precautions Animals Committee, NARPAC).
Им была составлена инструкция: «Совет владельцам животных» (Advice to Animal Owners).

В ней говорилось: «Если есть возможность, отошлите или отвезите ваших животных в деревню на случай чрезвычайного положения». Завершалась инструкция словами: «Если у вас нет возможности передать животное попечению деревенских жителей, наиболее милосердной мерой будет уничтожение такого животного».

Инструкция была напечатана практически в каждой газете, а также объявлена по радио Би-Би-Си.
Это было «начало трагедии национального масштаба», говорит Клер Кембелл (Clare Campbell), автор новой книги «Сумасшедшая война: Животные под обстрелом: 1939-1945» (Bonzo's War: Animals Under Fire 1939 -1945).
Клер Кембелл вспоминает о своем дяде: «Вскоре после вторжение немцев в Польшу по радио объявили о возможной нехватке продуктов питания. Мой дядя заявил, что их собаку Падди следует на другой же день уничтожить».

После объявления войны 3 сентября 1939 года, владельцы домашних животных ринулись в ветеринарные клиники и приюты для животных.

Историк Хильда Кин (Hilda Kean) рассказывает:
«Британские зоозащитные организации, такие как PDSA, RSPCA, а также ветеринарные врачи – все были против убийства животных. Кроме того, поражало число людей, которые с началом войны стали подбрасывать своих животных им на порог».

«Баттерсийский дом собак и кошек» (Battersea Dogs and Cats Home; лондонский центр для бездомных собак и кошек, по названию района, где он находится) открылся в 1860 году и пережил обе войны. Его представитель рассказал:
«С началом войны к нам обращалось очень много людей с просьбой усыпить их животных: либо потому, что они уходили воевать, либо из-за бомбежек, либо потому, что не могли прокормить своих питомцев. «Баттерсийский дом» отговаривал владельцев животных от подобных радикальных мер. Наш тогдашний руководитель Эдвард Хили-Татт (Edward Healey-Tutt) письменно призывал людей не совершать столь поспешных и необдуманных действий».

Но Клер Кембелл приводит слова Артура Мосса (Arthur Moss) из RSPCA, который мрачно предрек, что «главной нашей работой станет истребление животных».

В первые дни войны клиники и бесплатные диспансеры PDSA были запружены людьми, приносившими своих домашних животных на усыпление. Основательница PDSA Мария Дикин (Maria Dickin) вспоминала:
«Наши техники, которые были призваны выполнять эту мрачную работу, никогда не забывали и не забудут трагедию тех дней».

В прессе начали появляться некрологи: «В память о нашей милой Лоле, которую усыпили 4 сентября 1939 года, чтобы спасти от страданий военного времени. Она прожила короткую, но счастливую жизнь: 2 года, 12 недель. Прости нас, наш маленький друг», — говорится в одном из таких сообщений в журнале Tail-Wagger Magazine.

Первые бомбежки Лондона в сентябре 1940 [то есть усыплять животных их предусмотрительные владельцы начали ЗА ГОД до первых бомбежек! - Е.К.] заставили еще большее число владельцев животных поторопиться с их уничтожением.

Многие люди были в панике. Но были и такие, кто пытался сохранять и распространять спокойствие.
«Усыпление ваших домашних питомцев – трагедия, это страшное решение. Не делайте этого, пока это не станет абсолютной необходимостью», — призывала Сьюзен Дей (Susan Day) в издании Daily Mirror.

Но инструкция, посеянная правительством, дала мощные всходы.

«Людям прямо сказали убить их животных. И они это делали. Они истребили более 750 тысяч животных всего за одну неделю. Это настоящая трагедия, подлинное несчастье», — отмечает Кристи Кембелл (Christy Campbell), соавторша книги Клер Кембелл.

Историк Хильда Кин говорит, что это был один из факторов, обозначавший приход войны: «Слыша новость о начале войны, люди поступают одинаково и следуют правилам: эвакуируй детей, вешай затемнение, убивай кота».

(на фото: спасенную собаку несут в «Баттерсийский дом собак и кошек»)

Самой страшной угрозой для животных оказались не бомбы, но отсутствие пищи: кошек и собак было нечем кормить.

Но были и такие люди, которые находили выход. Полин Кэтон (Pauline Caton), которой в то время было 5 лет, вспоминает, что «они с семьей стояли в очередях на черном рынке, чтобы купить конского мяса и накормить их домашнюю кошку».
А «Баттерсийский дом собак и кошек», несмотря на то, что там оставалось всего четверо сотрудников, сумел прокормить и сохранить в годы войны 145 тысяч собак.

В самый разгар хаотического истребления животных были те, кто отчаянно пытался помешать этому.
Герцогиня Гамильтон, богатая и любившая кошек, поспешила из Шотландии в Лондон, чтобы выступить по радио Би-Би-Си с обращением к народу: «Собакам и кошкам срочно нужен дом в деревне, в противном случае эти животные умрут от голода или будут убиты».

Историк Хильда Кин рассказывает: «У герцогини были средства, и она основала приют для животных». «Приютом» было отапливаемое помещение аэродрома в Ферне (Ferne).
Герцогиня отправила свою прислугу спасать животных в лондонском Ист-Энде. Сотни и сотни животных были перевезены в её дом в St John's Wood. Герцогиня принесла извинения своим соседям за собачий лай, который им приходилось слушать.

Но в те времена неуверенности большинство людей склонялись к наихудшему сценарию.
«Все боялись бомбежек и голода, люди считали неприемлемой «роскошью» держать животных в военное время», — объясняет Пип Додд (Pip Dodd), куратор Музея национальной армии. —
«Ветеринарный корпус королевской армии (Royal Army Veterinary Corps) и RSPCA пытались предотвратить убийства животных, тем более что собаки требовались для службы на фронте».

Учитывая невообразимые страдания, перенесенные за годы войны людьми, наверное, можно понять, почему такое масштабное истребление домашних животных остается малоизвестным.

Историк Хильда Кин считает, что этот эпизод истории остается неизвестным потому, что его тяжело рассказывать:
«Мало кто знает о гибели такого огромного числа домашних животных. Это малоприятная история, она не укладывается в традиционное представление о британцах, как о любителях животных. Людям не нравится думать, что при первом признаке начала войны мы все бежим, торопясь усыпить любимую кошечку».

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/



Читайте также: 750 000 домашних животных убиты за одну неделю в Британии в годы войны

Tuesday, October 14, 2014

За последние 40 лет с планеты исчезла половина живой природы/ Earth has lost half of its wildlife

источник: Earth has lost half of its wildlife in the past 40 years, says WWF

На фото: кучи мусора, сваленные в тундре за городом Иллулиссат (llulissat, остров Гренландия, принадлежит Дании) составляют разительный контраст айсбергам (на заднем плане) во фьордах Sermeq Kujullaq или llulissat Ice (объект Всемирного наследия ЮНЕСКО).

По данным новейших исследований, число диких животных на Земле сократилось за последние 40 лет вдвое. Ученые «Всемирного фонда дикой природы» (WWF) и Лондонского зоологического общества (Zoological Society of London, ZSL) выяснили: идет истребление биологических видов на земле, в реках и океанах: люди убивают в пищу животных в количествах, делающих популяции не подлежащими восстановлению, одновременно загрязняя или уничтожая ареалы обитания живых существ.

Профессор Кен Норрис (Ken Norris), научный руководитель Лондонского зоологического общества: «Если бы на следующей неделе умерла половина животных в зоопарке Лондона, это стало бы новостью номер один и об этом трубили бы все издания. Но то же самое происходит в глобальном масштабе на планете. Этот колоссальный урон для животных и природы не неизбежен; он – результат выбранного человечеством образа жизни. Для жизни и благополучия человека природа, обеспечивающая нас пищей, чистой водой и воздухом, имеет первостепенное значение».

«Мы уже потеряли половину популяции животного мира. Мы знаем, что причиной тому – безудержное человеческое потребительство. Это – призыв к оружию, мы обязаны действовать немедленно. Более обширные площади должны быть защищены от застройки, разработок и вырубки лесов; пища и энергия должны производиться устойчивыми методами, без причинения вреда окружающей среде», – говорит научный руководитель «Всемирного фонда дикой природы» Майк Барратт (Mike Barratt).

Резкое сокращение числа животных, рыб и птиц было высчитано на основе анализа 10 тысяч различных популяций, в итоге включившем более 3 тысяч видов. Затем эти данные, впервые в истории, были использованы для создания среднестатистического «Индекса живой планеты» (Living Planet Index, LPI), отразившего состояние всех 45 тысяч известных позвоночных.


«Все слышали об FTSE-100 [ведущий индекс Британской фондовой биржи/ лондонский биржевой индекс - Е.К.]. Но основополагающий показатель, тенденцию к падению видов и экосистем планеты, мы упускаем. Если мы сумеем правильно отреагировать на происходящее, мы сможем обеспечить безопасную и устойчивую жизнь в будущем», – подчеркнул профессор Джонатан Бейли (Jonathan Baillie), руководитель программ по охране природы Лондонского зоологического общества. – «В противном случае чрезмерное использование и перерасход природных ресурсов неизбежно приведет к конфликтам».
Он отметил также, что «Индекс живой планеты» (LPI) – очень надежный показатель, принятый согласованной с ООН Конвенцией о биологическом разнообразии (Convention on Biological Diversity) в качестве ключевого понимания биоразнообразия.

Второй показатель в новом отчете «Живая планета» рассчитывает «экологический отпечаток» человечества (humanity’s “ecological footprint”), то есть шкалу использования природных ресурсов.
В настоящее время популяция людей на планете
вырубает деревья быстрее, чем вырастают новые;
вылавливает рыбу быстрее, чем численность успевает восстановиться;
выкачивает воду из рек и водоносных слоёв быстрее, чем дождевая вода успевает их восполнить;
производит больше углекислого газа (способствующего повышению температуры на планете), чем могут поглотить океаны и леса.


Чемпионы в нанесении «экологических отпечатков»: Кувейт, Катар, ОАЭ.

Отчет делает вывод: сегодняшний средний уровень потребления на планете таков, что потребуется полторы Земли для его поддержания. Данные по странам отличаются: например, для поддержания американского уровня потребления требуется четыре планеты Земля; для Великобритании – две с половиной.

Самое быстрое сокращение популяций животных наблюдается в пресноводных экосистемах: здесь с 1970 года число сократилось на 75%.
«Реки – основа экосистем. Всё, что происходит на поверхности почвы, в итоге оказывается в реках. Например, в Индии ежегодно десятки миллиардов тонн промышленных и прочих отходов сливаются в Ганг», – говорит Дейв Тикнер (Dave Tickner), главный советник «Всемирного фонда природы» по пресноводным запасам.

Наравне с загрязнением, пресноводным системам наносят вред плотины и растущий водоотвод.
По всему миру расположено более 45 тысяч крупных плотин (высотой в 15 или более метров). Дейв Тикнер отмечает: «Плотины буквально разрезают реки на тысячи кусков, что препятствует естественному течению речных вод. За последнее столетие население выросло в четыре раза, а потребление воды – в семь раз. Жизнь становится всё более иссушенной».

Однако наряду с исчезновением на территории США пресноводных видов (таких, как европейский угорь и американская саламандра), наблюдаются случаи восстановления популяций, например, выдры были на грани вымирания в Англии, но благодаря природоохранным мероприятиям в настоящее время эти животные обитают в каждом графстве.

С 1970 года число животных, обитающих на суше, сократилось на 40%. От лесных слонов в центральной Африке, которых истребляют браконьеры в масштабах, превышающих уровень рождаемости слонов, до белобровых гиббонов в Бангладеш и европейских змей (например, луговые и асписовые гадюки), уничтожение ареалов обитания разрушает популяции животных. Но опять-таки: интенсивные природоохранные меры могут повернуть упадок вспять и помочь восстановлению популяций, как это было с тиграми в Непале.

Морские млекопитающие тоже в среднем сократились численно на 40 %, особенно пострадали популяции черепах. Охота, разрушение ареалов гнездования, гибель животных запутавшихся в рыболовецких сетяхчисленность черепах сократилась на 80%.

Популяции отдельных видов птиц также понесли огромный ущерб. Численность серых куропаток в Великобритании снизилась на 50% с 1970 года, из-за интенсивного сельского хозяйства. В Австралии популяция краснозобиков (Calidris ferruginea) за 20 лет сократилась на 80% (по данным на 2005 год).

Наибольший урон численности животных наносится в низкодоходных, развивающихся странах, тогда как природоохранные усилия в богатых странах приносят в целом незначительные улучшения. Но следует отметить, что крупный урон дикой природе и животным в богатых странах был нанесен гораздо раньше 1970 года, этой отправной точки нового отчета. Так, последний волк в Великобритании был убит в 1680 году.

Кроме того, импорт продуктов питания и прочих товаров, произведенных в развивающихся странах при уничтожении ареалов обитания животных, означает, что именно богатые нации становятся причиной упадка дикой природы в развивающихся странах. Например, треть всех товаров, произведенных в результате вырубки лесов (древесина, говядина и соя) экспортировалась между 1990 и 2008 годами в страны Евросоюза.

Девид Нассбаум (David Nussbaum), исполнительный директор «Всемирного фонда природы» Великобритании говорит:
«Масштаб зафиксированного в данном отчете уничтожения природы должен стать сигналом тревоги для всех нас. 2015 год, когда страны мира планируют собраться и принять новое соглашение по проблемам климата, а также список мер и целей по устойчивому развитию, дают нам уникальный шанс обратить вспять тревожные тенденции.
Все – политики, бизнесмены, простые граждане – должны быть заинтересованы и ответственны за защиту того, что жизненно важно для каждого из нас: здоровое будущее для людей и природы».

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Monday, October 13, 2014

по поводу якобы бессмысленных запретов в заповедниках/ Igor Shpilenok - forest reserves

источник
Игорь Шпиленок, декабрь 2010

Сколько раз мне приходилось выслушивать возмущения людей по поводу якобы бессмысленных запретов в заповедниках. Мол, почему нельзя туристам ходить всюду где им захочется, почему нельзя собирать грибы-ягоды. Вот и вчера некоторые комментаторы удивились, что нельзя из заповедника сброшенные рога лосей и оленей выносить для украшения домашнего интерьера... Мол, все равно пропадет добро...

В каждом подобном запрете есть экологический смысл. Так и с рогами. Ведь не скапливаются в дикой природе горы сброшенных рогов, куда-то исчезают, значит они кому-то нужны? Редко удается найти целые сброшенные рога, обычно они уже обглоданы, как лосиные на верхнем снимке или дикого северного оленя на нижнем. Обратите внимание на вытоптанную вокруг лосиного рога на берегу ручья траву - видно, что лесные обитатели приходят сюда постоянно.

Дело в том, что рог - ценный источник дефицитных в природе минеральных веществ. Я своими глазами видел, как грызут рога полевки, белки, медведи. Кто еще? Задал я этот вопрос В. И. Мосолову, заместителю директора Кроноцкого заповедника по науке, который тридцать лет занимается изучением копытных животных и накопил о них большое количество наблюдений. Вот его ответ: «Сброшенные рога грызут и сами олени, и суслики, и полевки. Все-таки это чаще делают растительноядные животные, которым не хватает минеральных веществ. Хищники в этом отношении более обеспечены минеральными веществами за счет поедания мяса. Ну, с медведем по весне понятно, он тоже страдает дефицитом минеральных веществ!»

Часто мы мало знаем о тонких механизмах и связях, которые вечная природа отшлифовала до совершенства, и грубо ломаем и рвем их! Заповедники предназначены для сохранения природы в ее первозданности, со всеми тонкими механизмами и связями, многие из которых пока просто незнакомы нам.


Thursday, October 09, 2014

Позитив: история верности/ A tale of loyalty - cat was able to track down her elderly guardian

Замечательная история преданности и тесной связи домашних питомцев и их опекунов: пушистая серо-белая кошка сумела разыскать стою пожилую хозяйку через несколько недель после переезда последней в дом престарелых.

Несколько месяцев назад Нэнси Коуэн (Nancy Cowen) готовилась перебраться в дом престарелых в Уэсткотте, Англия. Ей пришлось проститься с любимой кошкой по кличке Клео (Cleo), которую она приютила восемь лет назад.
Родственники Нэнси отдали кошку на попечение соседей, но у Клео определенно были другие планы.

Работники дома престарелых рассказывают, что пару недель спустя после приезда к ним Нэнси рядом с домом появилась неизвестная кошка. Она спала на скамеечках неподалеку и бродила около здания, заглядывая в окна. Сотрудники решили, что кошка бездомная. Она была симпатичной и дружелюбной, её стали подкармливать.

Однажды старушка Нэнси увидела кошку и отметила разительное сходство с Клео, которую ей пришлось оставить: «Только у моей кошки почти не было хвостика». Оказалось, что и у бродившей рядом с домом престарелых кошки нет хвоста. Тогда все убедились, что это и есть Клео.
Сотрудники были изумлены тем, что кошке удалось разыскать хозяйку. Клео явно понимала, что Нэнси находится в этом доме, просто сначала никто не догадывался, что это кошка одной из пансионерок. Как именно удалось Клео разыскать хозяйку, осталось загадкой: дом престарелых расположен далеко от бывшего места жительства Нэнси, кошка не могла просто идти следом.

К счастью, сотрудники дома престарелых не намерены препятствовать воссоединению Клео и Нэнси. Кошке позволили остаться в доме, тем более что она ни на минуту не отходит от Нэнси.

«В мире происходит так много печальных историй. Но история Клео и Нэнси такая чудесная. Мы все просто счастливы», - говорят сотрудники дома престарелых.

источник

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Sunday, October 05, 2014

35 000 моржей вышли на побережье Аляски из-за отсутствия льда/ Walruses Crowd Alaskan Shores as Sea Ice Fails to Form

источники: 35,000 Walruses Crowd Alaskan Shores as Sea Ice Fails to Form; 2

Это тревожный сигнал, свидетельствующий о росте глобального потепления, говорят специалисты Геологической службы США.

Для жизненного цикла моржей морской лед имеет основополагающее значение. Взрослые особи ныряют и питаются на ледяных платформах, а самки здесь приносят потомство и выращивают детенышей. Лед важен для спасения от хищников, избежания истощения: на льду моржи близко в пище, но защищены от врагов.

С сегодняшнего дня, по данным американских ученых, проводящих замеры толщины ледового покрова, лед, необходимый для выживания моржей, исчез.
«На Чукотском море ледового покрова нет, он полностью исчез. Это невероятно», — говорит Энтони Фишбах (Anthony Fischbach), биолог, участник геологической программы исследования моржей на Аляске.

В прошлые годы моржи отплывали на север, когда льды таяли, и возвращались на юг после формирования ледяного покрова. Но в 2007 году лед не сформировался, и моржам пришлось искать пристанище на побережье Аляски.

Хотя зрелище это стóит увидеть (моржи довольно комичны со своими морщинами и крупными бивнями), для животных оно таит опасность. Аномальное скопление означает быстрое распространение заболеваний, иссякание запасов пищи, близость хищников (бурые и полярные медведи), а также риск быть затоптанными в паническом бегстве (моржи крайне пугливые животные, даже при отдаленном появлении хищников или людей они суматошно кидаются в воду).

Маргарет Уильямс (Margaret Williams), руководитель арктической программы Всемирного фонда дикой природы (World Wildlife Fund) рассказывает: «Они напоминают гигантское стадо свиней. В нормальных условиях моржи равномерно распространяются по плоской поверхности. Теряя льдистый ареал обитания, они вынуждены выходить на доступную поверхность (песчаные пляжи, например), где скапливаются в огромном количестве. При малейшей опасности и паническом бегстве это грозит большим числом смертей из-за давки, особенно для молодняка».

Аномальные выходы моржей на поверхность имеют губительные последствия прежде всего для самок и детенышей. Им трудно добывать пищу, поскольку приходится проплывать всё бóльшие расстояния в её поисках.

Что можно сделать, чтобы спасти этих животных? К сожалению, мало что: биологи и прочие специалисты в Арктике могут лишь подсчитывать урон, наносимый популяции глобальным потеплением.
Представители Службы охраны рыбных ресурсов и диких животных США (U.S. Fish and Wildlife Service) предложили внести тихоокеанского моржа в список животных, которым грозит исчезновение, а также запретили самолетам летать на высоте ниже двух тысяч футов над отдаленными побережьями Аляски. Это требование связано с тем, что сейчас на прибрежных территориях моржи выводят свое потомство.

* * *
Крупнейшее в истории лежбище моржей/ Biggest Walrus Gathering Recorded as Sea Ice Shrinks

На побережье северной Аляски наблюдается крупнейшее в истории стадо самок и детенышей тихоокеанского моржа: более 35 тысяч особей.
(справа - выход на берег Аляски около 1.500 моржей, 23 сентября; слева - число животных увеличилось до около 35.000, 27 сентября)

Скептически настроенные относительно глобального потепления люди указывают на то, что это не первый факт крупного выхода моржей на поверхность. Но ученые утверждают, что столь многочисленное собрание моржей наблюдается впервые и вызвано таянием арктического ледникового покрова.

Впервые масштабный выход моржей на побережье был зафиксирован в 2007 году. В 2009 году было замечено около 3000 моржей на побережье; в 2011 году это число выросло до 30.000; в 2013 году сократилось до 10.000.

В мае 2014 года спутниками зафиксировано наименьшее из нормальных для этого времени года распространение ледникового покрова.
Лори Поласек (Lori Polasek), морской биолог из центра Alaska SeaLife Center, отмечает: «Будучи на Аляске воочию видишь последствия изменений климата. Из-за потепления климата мы потеряли летний арктический лёд».

Выходы моржей на поверхность – нормальное явление, добавляет биолог. Животные выходят отдохнуть и погреться на поверхности ледяного морского покрова. Самцы редко участвуют в таких «собраниях», обычно это самки, которые выходят на льды для рождения и выращивания потомства.

Эти гигантские морские обитатели – стадные животные, для которых крайне важен тактильный контакт друг с другом. В воде они плавают группами, бок о бок, а когда приходит время выйти на поверхность, следуют за вожаком. Моржи не любят отставать от своих.
Биолог Лори Поласек считает, что это крупнейшее собрание моржей останется у побережья Аляски еще от двух до четырех недель, а в воду вернется, когда начнется формирование зимнего ледяного покрова.

Климатические изменения будут иметь негативные последствия для моржей, а в особенности для тихоокеанских подвидов. В опасности оказывается молодняк – животным угрожают эпидемии и давка в случае панического бегства.
Популяция в условиях ограничения ареалов обитания восстанавливается медленно.
«Едва ли морские млекопитающие смогут адаптироваться к изменениям климата. Если льды продолжат исчезать, моржи будут вынуждены всё чаще выходить на поверхность, то есть потенциально вырастет число животных, погибших в давке в этих аномальных условиях. На определенном этапе популяция сократится до невосстановимого уровня», — говорит биолог.

Защитить стадо моржей от риска панического бегства при появлении полярных медведей или других хищников трудно, но от пугающего присутствия людей – можно и необходимо:
«Жители деревень неподалеку от лежбища моржей на побережье Аляски делают всё возможное, чтобы охранять стадо. Об охоте на животных нет и речи. Сокращено передвижение плавательных средств в этом районе. Делается всё возможное, чтобы защитить моржей от беспокойства со стороны людей», — говорит Лори Поласек.

Перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/


Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...