Sunday, September 03, 2017

Рэйчел Карсон (1907-1964)/ Rachel Carson, life & work (part 2)

Продолжение; см. начало - часть 1

К 1957 году Карсон внимательно следит и анализирует федеративные планы о масштабном распылении пестицидов; Департамент сельского хозяйства США (USDA) планирует истребление огненных муравьев и прочие подобные проекты.


В оставшиеся годы жизни сферу профессиональных интересов Рэйчел Карсон составляли опасности бесконтрольного использования пестицидов.

В сентябре 1962 года опубликована самая известная книга Рэйчел Карсон, «Безмолвная весна» (Silent Spring), описывающая пагубное воздействие пестицидов на окружающую среду. По всеобщему признанию, эта работа положила начало зарождению природоохранного движения.

Мисс Карсон была не первым и не единственным человеком, поднявшим вопрос о вредном влиянии ДДТ. Однако сочетание «её научных знаний и поэтической речи» оказало огромное влияние на широкую аудиторию и способствовало всплеску обеспокоенности и протестов против использования ДДТ.

В 1994 году была опубликована очередная редакция «Безмолвной весны» – на этот раз с предисловием вице-президента Альберта (Эла) Гора (Al Gore, вице-президент США 1993-2001).



«“Безмолвная весна” – это глас вопиющего в пустыне, изменивший Историю», – пишет он.

В 2012 году «Американское химическое общество» (American Chemical Society) присвоило книге «Безмолвная весна» статус «Историческая национальная достопримечательность в области химии» (National Historic Chemical Landmark), за её роль в развитии современного движения в защиту окружающей среды.

Начиная с середины 1940-х годов Р. Карсон озабочена использованием синтетических пестицидов, многие из которых были разработаны учеными после Второй мировой войны на средства военных фондов.
В середине 1940-х годов вследствие пагубного влияния ДДТ на птиц и растения были поданы несколько судебных исков со стороны пострадавших граждан, требовавших прекращения воздушного распыления химикатов.

Программа федерального правительства 1957 года по ликвидации шелкопряда непарного [непарник; Lymantria dispar; насекомое-вредитель] подвигла Рэйчел Карсон посвятить свои исследования и свою новую книгу пестицидам и другим веществам, отравляющим окружающую среду.

Программа истребления шелкопряда непарного включала в себя воздушное распыление ДДТ и других пестицидов (смешанных с мазутом), причем и на частных землях. Землевладельцы на Лонг-Айленде подали судебный иск с требованием прекратить опрыскивание. Многие жители затронутых территорий внимательно следили за судебным разбирательством. Хотя суд был проигран, Верховный суд предоставил заявителям право запрета на потенциальный экологический ущерб в будущем. Это стало основой для последующих успешных действий в защиту окружающей среды.

Национальное Одюбоновское общество (The National Audubon Society, американская некоммерческая экологическая организация, занимающаяся охраной природы, а также исследованиями в области орнитологии) также активно протестовало против подобных программ по распылению пестицидов. Его представители обратились к мисс Карсон с просьбой помочь придать гласности информацию о правительственных методах распыления отравляющих веществ, а также о связанных с этим исследованиях.

И Рэйчел Карсон приступила к работе над проектом, длившемся четыре года – собирая примеры нанесения ущерба окружающей среде в результате использования ДДТ (позже материалы станут книгой «Безмолвная весна»).

Уже когда Рэйчел была на государственной службе, её серьезно беспокоило безрассудное использование отравляющих веществ, таких как ДДТ, для уничтожения насекомых.
В январе 1958 года произошел эпизод, подтолкнувший Карсон к дальнейшим действиям. Её подруга Ольга Оуэнс Хакинс (Olga Owens Huckins) направила письмо в издание Boston Herald. Дом Ольги и её частный птичий заповедник в Паудер Поинт, Даксбери, Массачусетс (Powder Point in Duxbury, Mass) попали в радиус распыления ДДТ с воздуха; были истреблены безобидные насекомые и птицы. Рэйчел потрясена: «Чем больше я узнаю о действии пестицидов, тем больше это шокирует. Я поняла, что это – готовый материал для книги. Мне открылось, что всё самое знáчимое для меня как для натуралиста, оказалось под угрозой, и что для меня не может быть дела более важного».

Изначально Карсон, которая не считала себя репортером-следователем, сомневалась – браться ли за «книгу о ядах» (“the poison book”), как она её называла. К тому времени она, автор трех бестселлеров о море, считала себя натуралисткой, автором, пишущим о природе.
Выступить против крупнейших и могущественнейших промышленностей – пугающая перспектива для любого, а в особенности для одинокой женщины тех времен.

По мере продвижения ее изысканий, Рэйчел Карсон обрела поддержку большого сообщества ученых, документировавших физиологические и экологические воздействия пестицидов.
Кроме того, она воспользовалась своими личными связями со многими правительственными учеными, снабжавшими ее конфиденциальной информацией.
Читая научную литературу и беседуя с исследователями, Карсон обнаружила существование двух лагерей ученых-противников: те, кто отрицает возможную опасность распыления пестицидов, и те, кто открыт для признания риска нанесения вреда и готов рассматривать альтернативные методы (такие как биологический контроль над популяциями вредителей).

К 1959 году «Служба сельскохозяйственных исследований» Департамента сельского хозяйства США (USDA's Agricultural Research Service), в ответ на критику со стороны Карсон и других ученых, выпустила государственный некоммерческий фильм «Огненные муравьи в суде» (Fire Ants on Trial). Р. Карсон назвала его «возмутительной, вопиющей пропагандой», игнорирующей опасности распыления пестицидов (особенно дильдрина* и гептахлора**) для людей и дикой природы.

[*Дильдрин - высокотоксичное вещество, необычайно сильный многосторонний инсектицид, один из стойких органических загрязнителей.
** Гептахлор, из группы полихлорциклодиенов; это группа препаратов, которая после внесения в почву сравнительно быстро окисляется; высокотоксичный несистемный инсектицид контактного действия, весьма стоек к разрушению, относится к так называемой «грязной дюжине»)].

Весной того же 1959 года мисс Карсон написала письмо, опубликованное в Washington Post. В нем она связывает недавнее сокращение популяций птиц (по её выражению, «птичье безмолвие») с чрезмерным использованием пестицидов.

Это был также год «Великого скандала с клюквой» (Great Cranberry Scandal): клюква урожаев 1957-го, 1958-го и 1959-го годов в Америке, как выяснилось, содержала высокий уровень гербицида аминотриазола (провоцировавшего раковые заболевания у лабораторных крыс); продажа всех товаров с использованием клюквы была прекращена.

Рэйчел Карсон принимала участие в последующих слушаниях «Администрации по делам продовольствия и медикаментов» (FDA) о пересмотре правил использования пестицидов; она была обескуражена агрессивной тактикой представителей химической промышленности, которая включала в себя свидетельские показания экспертов, категорически противоречившие целым томам проработанной ею научной литературы. Кроме того, Карсон задавалась вопросом о возможных «финансовых вливаниях, скрытых за определенными программами по использованию пестицидов».

Исследования, проведенные ею в «Медицинской библиотеке Национального института здравоохранения» (Library of Medicine of the National Institutes of Health), сблизили мисс Карсон с учеными-медиками, изучавшими диапазон химикатов, провоцирующих возникновение раковых заболеваний. Особенно важной оказалась работа Вильгельма Хьюпера (Wilhelm Hueper, 1894-1978; see Discovering environmental cancer), ученого из Национального исследовательского института (National Cancer Institute) и директора-основателя отделения по изучению раковых заболеваний, вызванных факторами окружающей среды. Он классифицировал многие пестициды как канцерогенные вещества.

Карсон и ее помощники, научные сотрудники, обнаружили доказательства существования связи рак-пестициды. Для мисс Карсон была очевидна токсичность широкого спектра синтетических пестицидов; хотя подобные выводы, за пределами небольшого сообщества ученых, изучающих канцерогенез пестицидов, считались противоречивыми.

Среди прочих побудительных причин, интерес, заставивший мисс Карсон взяться за написание книги (в которой список научной литературы, использованной как источник, составил 55 страниц!), был вызван письмом старых друзей, Стюарта и Ольги Хакинс (Stuart and Olga Huckins; см. об этом выше).

Мисс Карсон, убежденная в необходимости написать о пагубном воздействии распыления химикатов на окружающую среду, обрела заинтересованного слушателя в лице Пола Брукса (Paul Brooks), главного редактора компании Houghton-Mifflin издательского дома Boston (которая ранее опубликовала книгу Карсон «Берег моря»). Позже издатель называл «Безмолвную весну» самой главной книгой, с которой ему довелось работать (источник).


К 1960 году у Рэйчел Карсон набралось более чем достаточно научных материалов, писалось ей легко. Кроме исчерпывающих изысканий в научной литературе, Карсон ознакомилась с сотнями отдельных случаев воздействия пестицидов, и возникших в результате человеческих заболеваний и экологического ущерба.
Однако в январе 1960-го язва двенадцатиперстной кишки, за которой последовало несколько инфекционных заболеваний, на несколько недель приковали Рэйчел к постели, значительно отсрочив завершение «Безмолвной весны».

В марте, когда близилось полное выздоровление (а также окончание черновых вариантов двух глав книги, посвященных раковым болезням), Рэйчел обнаружила в левой груди кисты, одна из которых требовала мастэктомии (удаления грудной железы). Врач Карсон назвал эти меры предосторожностью и дальнейшего лечения не рекомендовал. Однако к декабрю выяснилось, что опухоль на самом деле злокачественная, и рак дал метастазы.

К осени 1960 года была завершена бóльшая часть книги, но дальнейшие проблемы со здоровьем мисс Карсон замедлили в 1961-м и в начале 1962-го её окончательную переработку.

Название книги было найти не так просто. Сначала «Безмолвная весна» предлагалось в качестве названия главы об исчезнувших птицах и птичьем пении. К августу 1961 года Карсон, наконец, согласилась с мнением своего лит-агента Мэри Роделл: «Безмолвная весна» станет метафорическим названием для всей книги (намекая на мрачное будущее для живой природы).

Основная тема книги – могущественное и зачастую негативное влияние людей на окружающий мир природы.

Рэйчел понимала, что среди её читателей будет много домохозяек; целая армия обеспокоенных граждан, которые обнаруживают в своих задних дворах погибших от отравления пестицидами дроздов и белок. К этим читателям она обращалась, например, описывая мертвую белку: «Шея и голова вытянуты, во рту грязь – можно предположить, что умирающий зверек грыз землю».

Главный аргумент мисс Карсон – пестициды оказывают пагубное воздействие на окружающую среду. Их правильнее называть биоцидами, пишет она, поскольку их воздействие редко ограничивается «целевыми» вредителями, против которых они направлены. Самый показательный пример – ДДТ, но и другие синтетические пестициды (многие из которых подвержены бионакоплению) подверглись тщательному рассмотрению.
Карсон пишет: «Нас ввергают в ужас генетические отклонения вследствие радиоактивного облучения. Но как же можно оставаться равнодушными к подобному воздействию химикатов, которые мы так щедро распыляем в окружающую нас среду

Кроме того, Рэйчел Карсон обвиняет химическую промышленность в намеренном распространении дезинформации, а должностных лиц – в некритическом восприятии претензий данной отрасли. Бóльшая часть книги посвящена воздействию пестицидов на природные экосистемы, но четыре главы описывают случаи отравления пестицидами людей, а также раковые и прочие связанные с пестицидами заболевания.
О ДДТ и раковых болезнях, ставших позднее предметом горячих дебатов, Карсон пишет не очень много:

«В лабораторных тестах на животных ДДТ оказался причиной возникновения подозрительных опухолей печени. Ученые из Администрации по делам продовольствия и медикаментов (FDA), сообщившие об обнаружении этих опухолей, не были уверены, как их классифицировать, но понимали, что есть некоторые “основания считать их раковыми новообразованиями (карциномами), имеющими низкий гепатоцит (клетки печени)”. Д-р Вильгельм Хьюпер [автор работы об опухолях и связанных с ними заболеваниях, см. выше] без сомнений оценивает ДДТ как “химический канцероген”».

Рэйчел Карсон предсказала рост будущих последствий, особенно в связи с тем, что у вредителей развивается устойчивость к пестицидам, тогда как ослабленные экосистемы становятся жертвами непредвиденных захватнических видов. Книгу завершает призыв обратиться к биотическому подходу в борьбе с вредителями, как альтернативе химическим пестицидам.

Относительно ДДТ, Рэйчел Карсон никогда не призывала к их запрету. Её доводы в «Безмолвной весне» сводились к тому, что даже если бы ДДТ и другие инсектициды не производили побочного действия на окружающую среду, неизбирательное злоупотребление ими контр-продуктивно, поскольку создало бы устойчивость насекомых к пестицидам, то есть пестициды стали бы бесполезными в устранении «целевых» популяций насекомых:

«Мир наслышан о триумфах войны против болезней, ведомой при помощи контроля над насекомыми-переносчиками инфекции, но мало слышал о другой стороне вопроса – о поражениях, о недолговечных триумфах, которые теперь четко подтверждают тревожное предположение о том, что на деле насекомое-враг стало, благодаря нашим усилиям, только сильнее».

Далее Карсон отмечает, что «программам по борьбе с малярией угрожает сопротивляемость комаров», и акцентирует внимание на рекомендации директора «Службы защиты растений Нидерландов»:
«Практическим советом должен быть “Распыляйте как можно меньше”, а не “Распыляйте на пределе ваших мощностей” ...Давление, оказываемое на популяцию вредителей, всегда должно быть как можно менее аргессивным».

Позицию мисс Карсон, изложенную в книге, можно подытожить следующим образом:

• «Химикаты – это зловещие и мало признанные (little-recognized) партнеры радиации в процессе изменения самóй природы мира – самóй природы жизни.

• С середины 1940-х годов было создано более 200 основных химикатов для уничтожения насекомых, сорняков, грызунов и других организмов, описанных в современном языке как вредители. Эти химикаты продаются под несколькими тысячами различных торговых марок.

• Спреи, порошки и аэрозоли сейчас применяются почти повсеместно – на фермах, в садах, в лесных и домашних хозяйствах. Неизбирательные (неселективные) химикаты, обладающие способностью убить каждое насекомое, и полезное, и вредное, заглушить птичье пенье и всплески рыбы в ручьях – покрыть листву смертоносной пленкой и задержаться в почве – всё перечисленное вместе, хотя целью могут быть лишь несколько сорняков или насекомых.

• Неужели кто-то думает, будто можно покрыть таким слоем ядов поверхность земли, не делая её непригодной для любых форм жизни? Их надо называть не “инсектицидами”, а “биоцидами”, уничтожителями всего живого.

• Мы должны контролировать популяции насекомых. Я не противопоставляю природу и вредных насекомых. Я сторонница щадящего, избирательного и разумного использования химических веществ. А протестую я против неизбирательного, тотального распыления».

Использованные источники: 1; 2; 3; 4

Подбор материалов и перевод – Е. Кузьмина © http://elena-kuzmina.blogspot.com/

Окончание - часть 3

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...